— Таская на спине ураган, — прибавил Келтэн. — Улаф, ты гений!
— Да, я знаю, — с надлежащей скромностью согласился талесиец.
— Мне это нравится, — объявил Вэнион. — А ты что думаешь, Сефрения?
— Это даст Спархоку и Беллиому возможность получше узнать друг друга, — согласилась она, — что нам прежде всего и нужно. Чем лучше они будут знать друг друга, тем легче им будет работать вместе. Прошу у тебя прощения, сэр Улаф. Выпаливай свои выводы всякий раз, когда пожелаешь.
— Что ж, отлично, — деловито сказал Вэнион, — ведь покуда Спархок будет совершать свои прогулки по миру, мы все станем невидимками — не настоящими, конечно, невидимками, но если с нами не будет Беллиома, наш таинственный друг не сможет ни услышать, ни учуять нас. Я прав?
— Пожалуй да, — согласилась Флейта. — А если бы и смог — Спархок наделает столько шума, что ему будет уже не до нас.
— Превосходно. Предположим, мы начнем отсюда. Спархок прыгнет в Дарсас и перебьет там все стекла. Потом он прыгнет назад, заберет нас и доставит в… — Вэнион всмотрелся в карту, — в Кирон на кинезганской границе. — Он постучал пальцем по карте. — Затем он попрыгает по разным местам, оставляя Беллиом и кольца открытыми, чтобы наш приятель всякий раз мог его учуять. Наконец он присоединится к нам в Кироне и спрячет Беллиом в шкатулку. К тому времени наш приятель так запутается, что уже не сможет понять, где мы находимся.
— Обрати внимание, Спархок, — ухмыльнулся Келтэн. — Именно так и должен мыслить магистр.
Спархок что-то проворчал. Тут в голову ему пришла одна мысль.
— Когда тронемся в путь, мне нужно будет поговорить с тобой, — сказал он негромко своему светловолосому другу.
— Что-нибудь случилось?
— Пока нет, но ты успешно к этому идешь.
Неряшливая служанка принесла еду, одарив недружелюбным взглядом Вэниона, и они принялись за трапезу.
Поев, они тут же встали из-за стола и начали собираться в дорогу.
— Так в чем же дело? — спросил Келтэн. Он и Спархок ехали позади всех.
— Не пытайся убить себя.
— О чем ты говоришь?
— Не скромничай, Келтэн. Я видел, что ты творил нынче утром. Ты хоть представляешь, насколько ты прозрачен для тех, кто хорошо тебя знает?
— Ты чересчур умен, Спархок, — упрекнул светловолосый пандионец.
— Это мой недостаток. У меня и так забот полон рот. Не прибавляй к ним еще и эту.
— Это наилучшее решение.
— Несуществующей проблемы, ты, олух! Алиэн положила на тебя глаз с тех пор, как мы покинули Чиреллос, и она не собирается отказываться от своего намерения. Ей нужен ты, Келтэн, ты, а не Берит. Если ты не прекратишь всю эту чушь, я верну тебя в Дэмос и заточу в орденском замке.
— И как же ты предполагаешь это сделать?
— У меня есть вот этот дружок, забыл? — Спархок похлопал себя по оттопырившейся на груди рубахе. — Я ухвачу тебя за волосы, заброшу в Дэмос и вернусь сюда прежде, чем Вэнион успеет сунуть ногу в стремя.
— Это нечестно.
— Ну вот, теперь ты говоришь совсем как Телэн. Я и не пытаюсь быть честным. Я хочу помешать тебе убить себя. Мне нужна твоя клятва.
— Нет.
— Дэмос прекрасен в это время года. Тебе понравится. Ты будешь проводить дни в молитвах. Келтэн выругался.
— Ты уже употребил некоторые слова, Келтэн. Теперь сложи их в нужную клятву. Поверь мне, друг мой, ты не сделаешь с нами ни шагу, пока не поклянешься мне, что прекратишь все эти глупости.
— Клянусь, — пробормотал Келтэн.
— Нет, этого недостаточно. Сделаем все как надлежит. Я хочу, чтобы эта процедура произвела на тебя должное впечатление. У тебя есть привычка забывать о том, о чем внятно не сказано вслух.
— Может, потребуешь, чтобы я подписался собственной кровью? — едко осведомился Келтэн.
— Это интересная мысль, но у меня под рукой нет пергамента. Я приму у тебя лишь словесную клятву — пока. Возможно, позже я передумаю, так что не прячь свои вены и хорошенько наточи кинжал.
— Спархок? — воскликнул посол Фонтен. — Что ты делаешь в Дарсасе? — Седовласый тамульский дипломат потрясенно воззрился на рослого пандионца.
— Я здесь проездом, ваше превосходительство, — пояснил Спархок. — Можно войти?
— Разумеется, мальчик мой! — Фонтен распахнул настежь двери, и Спархок и Флейта вошли в отделанный алым кабинет тамульского посольства.
— Вы хорошо выглядите, ваше высочество, — улыбнулся Фонтен девочке, но тут же пристальнее вгляделся в нее. — Извините. Я принял вас за дочь принца Спархока. Вы очень на нее похожи.
— Мы в дальнем родстве, ваше превосходительство, — ответила Флейта, не моргнув глазом.
— Ваше превосходительство, до вас уже дошли известия о том, что произошло в Материоне несколько недель назад? — спросил Спархок, пряча Беллиом во внутренний карман рубахи.
— Только вчера, — ответил Фонтен. — Император в безопасности?
— Моя жена присматривает за ним. У нас мало времени, ваше превосходительство, так что я не успею объяснить всего. У вас достаточно широкие взгляды, чтобы принять как непреложный факт, что стирики обладают некоторыми необычными способностями?
Фонтен слабо усмехнулся.
— Принц Спархок, в моем возрасте человек готов принять практически все. Каждое утро, просыпаясь, я обнаруживаю, что все еще жив, и после этого потрясения могу смотреть в лицо любым диковинам.
— Отлично. Я и мои друзья примерно час назад покинули эдомский город Корван. Они скачут к Кирону, городу на кинезганской границе, а я решил потолковать с вами.
— Час назад?!
— Просто примите это на веру, ваше превосходительство, — посоветовала ему Флейта. — Это одна из тех необычных стирикских способностей, о которых говорил Спархок.
— Не знаю, как много сообщил вам гонец, — продолжал Спархок, — но очень важно, чтобы командиры всех атанских гарнизонов Империи знали, что министерству внутренних дел больше нельзя доверять. Министр Колата работает на наших врагов.
— Мне никогда не нравился этот человек, — заметил Фонтен и проницательно взглянул на Спархока. — Это известие, Спархок, не столь уж важно, чтобы ради него ты нарушал все законы природы. Что ты действительно делаешь в Дарсасе?
— Оставляю ложный след, ваше превосходительство. У наших врагов есть способ обнаруживать мое присутствие, поэтому я хочу, чтобы они обнаружили его в самых разных уголках Империи — это приведет их в смятение. Мы с друзьями возвращаемся из Корвана сушей в Материон и предпочли бы не натыкаться по пути на засады. Так что этот визит отнюдь не тайный, посол Фонтен, и ты можешь дать знать кому угодно, что я побывал здесь. Наш противник скорее всего уже знает это, но пусть он получит подтверждение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
