ней, — кивнул он на Арину.
Арина опять сидела так, будто ничто происходящее ее не касалось. Она вновь, казалось, смотрела куда-то вдаль, хотя на самом деле все ее внимание было сконцентрировано на большом кухонном ноже, лежавшем неподалеку от нее, возле блюда, на котором она разрезала курицу.
Стараясь действовать предельно незаметно, Арина очень медленно, сантиметр за сантиметром, стала приближать к ножу свою правую руку.
— Что ты имеешь в виду, Макс? — спросил Виктор.
Он действительно уже ничего не понимал.
— Я имею в виду Арину, — повторил Макс. — Арина сама по себе кое-чего стоит, не так ли?
Макс опять усмехнулся:
— Пожалуй, что и немало, а?
— О чем ты говоришь? — спросил Виктор.
Он наконец начал догадываться и похолодел от ужаса при этой догадке.
Между рукой Арины и ножом оставалось всего ничего, каких-то пара сантиметров, когда Макс, то ли заметив ее намерение, то ли просто по случайному совпадению, взял нож, выбрал большое яблоко из вазы с фруктами и стал аккуратно срезать с него кожуру.
— Я говорю о деньгах, дружочек, — не спеша пояснил он. — Всего лишь о деньгах. Это же проще пареной репы — хочешь что-то получить, значит, ты должен заплатить за это. Ты хочешь Арину, нет вопросов, забирай ее, но только имей в виду, что это недешевое удовольствие. Я кучу бабок потратил на эту девку, так что будь готов раскошелиться…
Он собирался сказать еще что-то, но Виктор не дослушал. С потемневшим от гнева лицом вскочил из-за стола, бросился к Максу с твердым намерением вышвырнуть его из дома.
Макс действовал с привычной для него ловкостью. Быстро вскочил навстречу Виктору, мгновенно, неуловимым движением приставил нож ему к горлу, заставил попятиться, сесть на свое место.
— Ты чего так распсиховался, Витек? — угрожающе спросил он. — Не будь мудаком, старик, ты ведь совсем ее не знаешь. — Ну что ты о ней знаешь? — неожиданно закричал он.
Виктор молчал.
Макс вернулся на свой стул, как ни в чем не бывало стал с аппетитом есть яблоко.
— Ты что, знаешь что-нибудь о ее привычках? — заговорил он, не переставая жевать и обращаясь не столько к Виктору, сколько к самому себе. — Или имеешь хоть малейшее понятие о том, что она любит на самом деле? Или, может, ты в курсе того, как ее возбуждать? Так, чтоб как следует'. Чтоб у нее там все было мокро, сочилось! Чтоб она кончала столько раз, сколько ты захочешь?!. Ты что-то об этом знаешь, а? Нет, дорогой доктор, ни хера ты не знаешь. Просто хочешь задарма заграбастать что-то, что тебе совсем даже не принадлежит, вот и все. Нет, Витенька, нет, старичок!
Он шаловливо погрозил Виктору пальцем, как нашалившему ребенку.
— Разве так дела делаются?
Макс смачно выплюнул косточки от яблока прямо на скатерть и, причмокнув, медленно покачал головой, будто отвечал самому себе.
Теперь он смотрел прямо на Арину, смотрел в упор, не мигая, и та сжалась под этим взглядом, замерла, как зверек перед удавом, затаив дыхание и боясь шелохнуться.
— А эта неблагодарная сучка, — процедил Макс, явно наслаждаясь произведенным эффектом, — прекрасно все понимает. Она ведь уже большая девочка, вполне соображает, что можно и чего нельзя, правда, дорогая?
Арина по-прежнему сидела неподвижно.
В ожидании ее ответа застыл и Виктор. Он был настолько потрясен всем происходящим, что совершенно не знал сейчас, как реагировать и поступать.
Он ждал ответа Арины так, как будто от него зависела вся его жизнь.
Прошла целая вечность, пока она наконец разомкнула сухие губы.
— Пожалуйста, Макс, — прошептала она, — пожалуйста. Я пойду с тобой. Только прекрати это, не говори больше ничего. Не делай ему больно, прошу тебя. Не надо больше, хватит. Я сделаю все, что ты захочешь. Пожалуйста, Макс!
— Пожалуйста, Макс! Я сделаю все, что ты захочешь! — кривляясь, передразнил ее мягкий говорок Макс. — Ну, теперь ты видишь? — повернулся он к Виктору. — Еще бы она не сделала! Она ведь помнит, сколько Макс с ней возился, она знает, скольким она мне обязана, правда, дорогая?
Арина медленно кивнула.
— Еще бы! — повторил Макс.
Он внезапно словно утратил весь интерес к девушке, обращался теперь только к Виктору.
— Ты, доктор, вообще-то в своем уме? — спросил он.
Виктор пожал плечами, не зная, что ответить.
— Ты всерьез решил на ней жениться после того, как пару раз ее трахнул? — наивным голосом поинтересовался Макс. — Я тебе скажу по секрету, старик, я ее трахал восемь лет подряд, и мне такая херня в голову не приходила…
Виктор с такой силой сжал ручки кресла, на котором сидел, что пальцы его побелели. Пожалуй, ни разу за свою жизнь не испытывал он такого чувства ненависти и отвращения.
— Когда она приехала, — спокойно продолжал Макс, — она вообще ни о чем не имела понятия. Не знала, куда ветер дует, тыкалась во все щели, как слепой котенок. Если б я не вытащил ее за уши из того говна, в котором она тогда бултыхалась, поверь мне, Витёк, она бы в нем просто потонула. Я ее забрал с улицы, где она просто была дешевой блядью, дал ей все необходимое: жилье, жратву, тряпки. Хотел бы я знать, кто бы еще позаботился о ней так, как я!
Голос Макса неожиданно сорвался в хрип. Чувствовалось, что он еле сдерживается, чтобы не кричать. С каждой произнесенной фразой глаза его блестели все ярче, все крепче сжимались скулы, по всему лицу пробегала легкая судорога.
Виктор слушал его как завороженный.
— Ты только посмотри на нее!
Макс резко ткнул пальцем в сторону Арины.
— Посмотри на эту блядищу, на эту сучку неблагодарную! Знаешь, сколько раз она убегала и потом приползала обратно, скулила, как побитая собака?! Приползала, чтобы лизать руки хозяину! Вот эти руки!
Он гневно поднял руки кверху, потряс ими.
— Руки, которые ее кормили и холили! А главное, она прекрасно знает, чем это все заканчивается. Но ей нравится, понимаешь, искать на свою жопу приключений, это ее бодрит. Она знает, что ни один мудак на свете не будет ее терпеть, кроме меня. Но она обожает играть в эти игры, особенно с такими мудаками, как ты!
Виктор в ужасе смотрел на Арину.
Чувствовал себя распятым, каждое слово Макса словно вбивало новый гвоздь в его кровоточащее тело.
— Это правда? — спросил он ее.
— Чтоб ты сдох, Макс! — прошептала Арина, словно не слыша вопроса.
— Это правда, все, что он сказал? — настойчиво повторил Виктор.
Арина в бешенстве повернулась к нему. В лице не было ни кровинки.
— Что?!. — выкрикнула она. — Что ты хочешь услышать? Тебе
