Для того чтобы победить Моргессена, недостаточно просто оттачивать элементарные навыки стрельбы (уже через год вы сможете укладывать всю обойму в круг не больший, чем полтора калибра) – нам необходимо фактически создать новую ветвь ганфайта, направленную на ликвидацию одного конкретного человека. На это у нас с вами есть около пяти лет.
День 350-й
Фольк больше не падал на пробежках. Он прибегал последним, задыхался, отлеживался после на камнях, но все же не сдавался. Узнав об упорстве курсанта, генерал Гелл приказал положить в его тактический рюкзак три кирпича. С Малышом таких проблем не возникало. Былые многочасовые охотничьи погони по лесу были прекрасной школой, обеспечивающей Малышу постоянное место в первой пятерке. Зато Фольк стрелял… Стрелял, если не как бог, то как архангел точно. Гибкий и быстрый, он с одинаковой легкостью и изяществом проводил стокатты и имброкатты, стелился по земле в длинных эстокадах и парировал выпады наставника с оппозицией левой руки, или просто блокируя удар сильной частью ствола или предохранительной скобой. У Малыша все это выходило несколько хуже. Нет, конечно же, техника была отточенной, выстрелы точны, движенья быстры, но… Не хватало в движениях Малыша некоторой невыразимой… Воздушности, что ли? И если для боя с ординарным противником никакой такой воздушности нужно не было, то Моргессен… С Моргессеном Малышу не светило. То есть вообще никак. Гелл и Кроули проанализировали и проиграли уже более полусотни известных перестрелок с участием Моргессена и прекрасно знали, что стрелок уровня Малыша, как правило, погибал не позже пятой секунды. Если, конечно, Моргессен не использовал его как живой щит, что ситуацию только усугубляло.
– Что предлагаешь с этим делать, Эрвин?
– Думаю, что Малыш пойдет в авангарде. Это позволит Фольку дойти до Моргессена с холодным стволом, сохранив дыхание, боезапас и не получив случайных ранений… Честно говоря… Я не думаю, что Малыш дойдет при такой диспозиции, классическая парная тактика здесь была бы более эффективна, но здесь слишком высокие ставки.
– Малышом жертвуем?
– Ну… не то чтобы совсем, Эрби, но Фольку надо использовать оболочечные пули и быть готовым стрелять через напарника. А Малыша я еще поднатаскаю – расходный материал я не тренирую.
– Я знаю.
День 351-й
– Малыш, ты идешь в авангарде. Поэтому постарайся очень хорошо осознать сегодняшний урок. Бой на сближении против группового противника. В общем-то, дело нехитрое, если забыть на некоторое время об отличной возможности получить случайную пулю, благо в таких перестрелках случайные пули летают очень плотно. Поэтому не стоит рассчитывать на то, что вольты, полупируэты и формальные перемены линий помогут тебе остаться в живых. Спасти тебя могут только сближение и превосходство в плотности огня. Да, этого вполне реально добиться с couple de pistol – парой пистолетов, – если разумно перезаряжаться и стрелять, не давая противнику перехватить инициативу. Нет, в ближнем бою от couple de pistol вреда больше чем пользы. И, конечно, движение: надо бежать с той скоростью, при которой точность стрельбы все еще в пределах допустимого – с шести метров в арбуз. Хорошей скоростью можно считать шесть метров в секунду. Пули используем экспансивные, – Кроули замолчал, вспоминая что-то, и грустно этому чему-то улыбнулся – обувь с палубным протектором. Будет скользко.
– Можно вопрос, сэр?
– Что, Малыш?
– Как вы пришли к идее ганфайта?
…Когда имперские силы после срыва первой энголлъской кампании покинули остров, на побережье осталось девять добровольцев. Звали их Френсис Салазар, Тимми Лайт, Гюстав Пелтонен, Джек Гербер, Николас Оке, Вильям Сог, Фредерик Хаттори, Райд Сабенза, и Эрвин Кроули. Все они, кроме Кроули, были солдатами его императорского величества 22-го полка. Эрвин Кроули был молодым наёмным стрелком, чей шанс стать полноценным наемником сейчас равнялся шансу стать подножным кормом для энголлъской фауны и удобрением для ее флоры.
– Ну что, джентльмены, – сказал Френсис Салазар, который был единственным офицером в отряде, – ставлю свою жизнь против двух дымовых гранат, что прикрывать эвакуацию нам не придётся, а оставили нас здесь только для того, чтобы отступление полностью соответствовало канонам.
Никто не стал спорить с офицером, лишь Фредерик Хаттори – угрюмый здоровяк с акцентом уроженца юго-восточных островов – улыбнулся и сказал, что раз так, то он зря сегодня весь день думал о смерти и жил его как последний. И тогда Френсис Салазар развернулся и зашагал к окопам. И отряд пошел за ним.
Трое суток маленький заслонный отряд сидел в окопах, но противника так и не дождался. Настал четвертый день…
– Джентльмены, – сказал тогда Френсис Салазар. – Если на данный момент эвакуация не завершилась, то это уже проблема не наша. Мы свою задачу выполнили.
– А какие у нас теперь инструкции? – спросил тогда Фредерик Хаттори.
– Теперь мы можем считать себя в отставке.
– Не фига себе, – сказал Фредерик Хаттори.
– Так-то, – сказал Френсис Салазар.
И махнул рукой в сторону гор на горизонте. И они пошли в сторону гор.
Осень на Энголле дождливая и холодная. Питаться подножным кормом, как летом, было сложно. Джек Гербер – квалифицированный снайпер – иногда стрелял оленей, мясом которых отряд питался. Это и привлекло внимание лесников. А те доложили барону. А барон послал гонца к Валору Энголльскому.
Герцог же Энголльский послал батальон горных егерей, чтобы уничтожить последних имперских солдат на острове. Командовал тогда батальоном майор Хенри ван Дейк. Его бойцам не понадобилось много времени, чтобы отыскать в горах следы противника.
Но и Френсис Салазар набирал отряд не из тех, кто назывался солдатом лишь потому, что однажды интенданты выдали ему серо-зелёный мундир, яловые сапоги и магазинную винтовку образца 1630 года. Райд Сабенза обнаружил егерей ван Дейка ещё на дальних подступах и пробежал единым духом три километра, чтобы как можно раньше предупредить Френсиса Салазара.
– Батальон? – спросил Френсис Салазар.
– Батальон, – подтвердил Райд Сабенза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
