пытался придумать ответ, но мысли в голове путались и ничего не выходило.
– Карина, я…
– Лучше бы я умерла! Скажи, зачем такие бесполезные люди, как я, вообще существуют на Земле?! А ты? Признайся, ты общаешься со мной только из жалости? Может, тебя отец попросил?
Я молча слушал Карину. Она кричала, а я просто молчал и испуганно смотрел на призрака. Её взгляд был совершенно спокойным, будто она знала всё, что должно было произойти. Я не понимал, что мне делать. Не знал, как мне показать Карине, что она ошибается. Возможно, если бы она сидела передо мной и видела моё лицо, она бы поняла, что всё не так, как она думает. Но мы разговаривали по телефону. Вернее, Карина говорила, а я молчал. Я молчал, не в силах признаться. Признаться, что, на самом деле, мне нравилось гулять с ней. Мне нравилось общаться с ней на любые темы, ходить вместе в кино, есть мороженое. Чёрт, я ведь даже не чувствую вкус мороженного. Но мне нравилось есть его с ней. Мне нравится она, нравится Карина. Но я слишком напуган, чтобы признаться ей в этом. Я могу только молчать.
– Ты вообще ничего не хочешь мне сказать?! – голос Карины был практически умоляющим. Я не знал, что мне делать.
– Прости… – серьёзно? Прости? Карина обречённо вздохнула. Мы какое-то время молчали и просто были на связи.
– Тебе не нужно извиняться, – тихим голосом произнесла девушка. – Я уверена, что ты хотел помочь мне. Но не переживай, мне уже лучше. Так что не надо притворяться. Давай больше не будет продолжать наше общение. Пока, спасибо за всё.
Она бросила трубку. Я пытался позвонить ей, но абонент был не доступен. В отчаянии я швырнул телефон.
– Что будешь делать? – тихо спросила девочка-призрак.
– Выскажу ему всё! – я быстро вышел, оставив Голубоглазую одну. Я был зол, был зол… на отца. И я собирался сказать ему всё, что думаю. Это тот редчайший момент, когда я рад, что он дома.
– Ты издеваешься?! – крикнул я с порога в его кабинет.
– Артур? Я сейчас немного занят…
– Ты вообще чем занимаешься? Почему она всё ещё страдает? Она уже два месяца тусуется здесь, а толку никакого!
– Успокойся сейчас же.
– Ты вообще психолог или кто?! В чём суть вашей идиотской профессии, объясни, а? К вам приходят люди в надежде на то, что вы поможете, избавите их от боли. Они приходят к вам, потому что у них не осталось собственных сил. Для них вы – последний луч надежды. А ты что? Ты ничего не сделал! Ничего не сделал, чтобы Карине стало легче. Ты вообще можешь сделать хоть что-то полезное?
– Ты закончил? – равнодушным голосом спросил отец, однако, не сумевший полностью скрыть своё удивление от сложившейся ситуации.
– Я ненавижу тебя. – Я посмотрел на отца. Ни один его мускул не дрогнул при моих словах. Он и так всё это понимал. И ему было всё равно.
Я быстро вышел из комнаты.
Как меня всё это задолбало.
Глава 26. Просто знай
– Константин, как вы думаете, долго этот привлекательный молодой человек будет строить такое непривлекательное кислое лицо?
– Не знаю, Александр. Но знаю, что, если он продолжит, то это лицо навсегда останется на нём.
– Согласен, Константин. Неудивительно, что у него нет девушки.
– Но у вас тоже нет девушки, Александр.
– Константин, кто бы говорил.
– Я и говорю, Александр.
– Так, может хватит? – грозно прервал их я.
Прошло несколько дней. Я всячески избегал Голубоглазую (сам не понимаю, зачем), игнорировал отца. А главное, я не разговаривал с Кариной. Вернее, она не разговаривала со мной. Я не знал её адрес, а телефон всё время был заблокирован. Как-то так получилось, что мы даже не пересекались у меня дома, когда у неё должны были быть сеансы. Я не исключал того факта, что, возможно, Карина решила какое-то время не посещать психолога. Ну и, конечно, она злилась на меня. И здесь я был с ней солидарен.
Первой, кто заметил моё переменчивое настроение, стала Анастасия Борисовна. Она всячески пыталась выпытать у меня, почему я такой «угрюмый», но ей этого не удавалось.
Зато Саша и Костя вмиг смогли раскрыть правду. Они не знали ни о моих отношениях с отцом, ни о болезни Карины, ни о самой Карине. Они лишь поняли, что я поссорился со своей «подружкой» и сейчас, не спрашивая моего разрешения, создавали план, как же помирить меня с ней.
– Да господи, просто покупаешь букет и приходишь к ней под дом, – с уверенным видом сказал Костя.
– Ты вообще в каком году родился? – Саша посмеялся. – Это уже такая банальщина.
– А ты что-то лучше придумать можешь? – рассердился друг. – Нашёлся романтик главный.
– Парни, чем вы тут вообще занимаетесь? – сердито спросил я.
– Мы хотим помирить тебя с твоей девушкой! – сказали они хором.
– Правда хотите? – позади моей спины раздался женский голос.
Я с ужасом повернулся и заметил Карину. Она с ухмылкой смотрела на меня. Я сердито посмотрел на парней.
– Вы видели, что она идёт?
– Нет конечно… – по виду Саши я понял, что он нагло врёт. – Откуда мы вообще знаем, как выглядит твоя подружка?
– Она не моя подружка! – вскрикнул я, чем рассмешил обоих парней.
– Мальчики, не оставите нас? – спокойно спросила девушка. Парни лишь одобрительно кивнули и быстро смылись, оставив мне их счёт за кофе. Ну держитесь, вы мне не только за кофе заплатите, вы мне до гроба должны будете…
Карина села напротив меня и опустила голову. Мы молчали минуту, но в моей голове бушевал фонтан расшатанных мыслей. Я думал о том, что сказать и как сказать. Извиниться? А что дальше? Поддержать? Сказать, что она не должна так плохо думать о себе? Или признаться?.. Я мельком взглянул на Карину. Она, казалось, вообще не думает. Она просто смотрела на своё отражение в лакированном столе, а я трясся от волнения и неуверенности в дальнейших действиях. Я вдруг осознал, что за почти восемнадцать лет совершенно ничего не понял в человеческих отношениях. Пересилив себя, я решил прервать тишину.
– Кари…
– Артур! – Карина прервала меня раньше.
– Да? – тихонько переспросил я.
– Прости.
– За что ты извиняешься? – в недоумении спросил я.
– Я, честно, не хотела открывать тебе эту свою ужасную черту. Дело в том, что иногда меня душат навязчивые мысли и я… всегда справлялась с ними сама. Я постоянно думаю о том, сколько проблем я приношу всем вокруг. Думаю о своей слабости. Я ненавижу
