его к зеркалу, а затем рукой, слегка, будто боясь поранить, прикоснулась к отражающей поверхности. Я в это время стоял сзади неё и, сам не зная почему, чувствовал сильнейшую тревогу. Я не мог сказать ей, что это она. Потому что мне казалось, будто она и так это знает. Она знает, и она хочет сама это осознать. И я помог ей в этом.
– Это же я? – спросила девочка немного дрожащим голосом.
– Да.
Она вздрогнула, а затем улыбнулась. Но я не увидел в этой улыбке радости, счастья. Я не увидел привычную беззаботность Голубоглазой. Эта беззаботность, которая в ней всегда так меня раздражала, сейчас была той самой нужной эмоцией, которую я хотел увидеть на её лице. Мне хотелось, чтобы она вновь сказала какую-то глупость, начала дурачиться, чтобы я смог снять с себя эти цепи тревоги.
И ведь снова я беспокоюсь о себе.
– Артур, я кое-что поняла, – девочка первая прервала молчание.
– Да?
– В этом мире остался человек.
– Человек?
– Человек, который нуждается во мне. Который нуждается в моей помощи.
Глава 28. Портрет
Неупокоенные души… что их держит на земле? Обида, злоба, непонимание. Их смерть не была честной, они погибли внезапно. Многие из них мучились, не хотели умирать. Кто-то намеренно распрощался с жизнью, кого-то держит месть. Их всех объединяет одно – страх, неспособность контролировать свои чувства и эмоции, опасность.
Но что же держит на этой земле девочку, которая смотрит на звёзды из окна на моём балконе?
– Что значит «человек, который нуждается во мне»? – спросил я Голубоглазую.
– Мне трудно объяснить… но ты же сам не раз спрашивал себя, откуда я появилась, почему я здесь, почему не могу уйти.
– Да, но…
– Вот и я спрашивала. И много размышляла. Я не могу ничего вспомнить: ни кто я, ни сколько мне лет, ни как давно я вообще здесь нахожусь. Просто однажды я появилась, какое-то время бродила в поисках, а потом нашла тебя. Эта картина…она будто раскрыла внутри моей книги страницы, которые до этого были спрятаны. Я вижу своё лицо, пусть и со стороны, но это доказывает то, что я существую. Я не иллюзия, Артур.
– Конечно нет, я понимаю это, – я взял девочку за руку, – ты настоящая, поверь мне.
– Спасибо, – она улыбнулась и аккуратно убрала мою руку, будто стараясь сделать атмосферу ещё более напряжённой.
– Как ты поняла, что кому-то нужна твоя помощь? Что ты чувствуешь? Когда ты это почувствовала?
– Я поняла это, когда увидела свои глаза. Не знаю, почему именно глаза, но в них я увидела силуэт. Силуэт другого человека. Я не разглядела ничего: ни лица, ни фигуры. Но я почувствовала его тепло и… грусть. Ужасную, отчаянную тоску. Я вдруг поняла, что здесь меня ничего не держит и никогда не держало. И как только я это поняла, я услышала голос.
– Голос? Это всё произошло за то мгновение, что ты смотрела на себя? – я пристально глядел на девочку.
– Будто это длилось вечно, Артур! – она повысила голос. Затем, немного успокоившись, добавила. – Я услышала голос, который звал меня. Я даже не могу понять, мужской он был или женский. Но он звал, звал так отчаянно, что я просто не могу…не могу уйти, сдвинуться с места. Я должна, должна помочь, сделать хоть что-нибудь. Это очень, очень тяжело, Артур.
– Голубоглазая, успокойся, – я взял её за плечи и посмотрел ей в глаза, – всё в порядке. Лучше скажи, этот голос, который звал тебя, он звал тебя по имени?
Девочка удивлённо посмотрела на меня, будто я сказал что-то необычное и странное.
– Я…я не помню, – тихо ответила она.
…
Сегодня у меня было странное настроение. Эдакая смесь радости и тошноты. Почему радости? Накануне мне позвонила Карина и пригласила в гости, познакомить меня с её родителями. Почему тошноты? Потому что неведение – моё нелюбимое слово, а я просто не мог представить себе, что значил её этот жест. Зачем знакомить меня с её родителями? Мы друзья, да… но разве друзьям необходимо знать родителей друг друга? Впрочем, мой отец ей хорошо знаком… Может она вообще хочет представить меня, как сына её психолога? Или же…
– Я просто приду к ней домой, – спокойно проговорил я.
– Да, Артур, ты просто придёшь к ней домой, – послышался тоненький голосок за моей спиной.
– Голубоглазая, чтоб тебя! – она звонко засмеялась.
Причина моего непонятного настроения состояла ещё в том, что с нашего прошлого диалога с девочкой-призраком прошло уже пару дней, а она больше ни слова не сказала ни про портрет, ни про «человека, которого ей надо спасти». Я не особо лез с расспросами, ведь думал, что ей нужно время. А может, она решила разобраться во всём сама…
И ещё то, что мучило меня с самого начала нашего знакомства, – почему я? Почему именно я – тот, кто видит эту девочку? Неужели человек, которому ей надо помочь, это… я?
Но мне недолго оставалось размышлять над этим вопросом, ибо такси уже приехало, и мне пора было выходить.
Прямо у выхода я столкнулся со своим отцом. После нашей последней ссоры прошло немало времени, а мы так и не поговорили нормально. Странно, я почти перестал замечать его присутствие. Раньше я пристально следил за каждым его шагом, стараясь найти какую-то ошибку, провинность. Сейчас же я стал каким-то рассеянным в этом плане. Сам же отец наоборот всячески старался начать со мной разговор. Но какая-то часть меня вечно блокировала его попытки, несмотря на то, что другая хотела хотя бы попытаться быть нормальным сыном.
– Уже уходишь? – спросил он.
– Да, такси ждёт, – ответил я, натягивая кроссовок.
– Куда едешь? – не очень уверенно спросил отец.
– Карина позвала меня к себе, – я старался говорить максимально равнодушным голосом, чтобы не показывать своё волнение. – Хочет, чтобы я познакомился с её родителями.
– Правда? – удивлённо спросил отец, почёсывая подбородок.
– Да…правда, – пробурчал я. – Всё, мне пора. До вечера.
Я стремительно вышел из дома. Несмотря на приближающееся лето, мои горячие щёки почувствовали на себе прохладный ветерок. Я вздохнул с облегчением. Выйдя из дома, я будто освободился от какой-то цепи.
Ладно, пора. Меня ждут.
Глава 29. Визит
– Привет! Заходи, – радостно проговорила Карина, увидя меня на пороге своей квартиры.
Я вошёл в светлое помещение. Всё внутри пахло свежестью и чистотой. Коридор был достаточно просторным. Справа выделялось большое углубление. Сначала мне показалось, что это продолжение коридора, так как двери не было. Но через
