– Тони… мой муж… где он? С ним ничего не случилось?
Сестра покачала головой и тихо сказала:
– Я очень сожалею…
– Вы хотите сказать, что он умер?
– Очень сожалею, – снова повторила сестра. – Ваша машина потеряла управление и врезалась в бетонную опору эстакады. Ваш муж погиб мгновенно…
Значит, он никогда не увидит ребенка, которого считал своим… Бедный Тони… И бедная Грейс. Сквозь новый поток слез Кейт спросила:
– А как его мать… как она перенесла это?
– Сначала это была для нее страшная трагедия. С течением времени она немного пришла в себя. И, безусловно, большим утешением для нее стала малышка.
Кейт дотронулась до своей головы.
– Как долго я была без сознания?
– У вас были сильно повреждены кости черепа. Вы находились в коме почти пять месяцев…
– Пять месяцев?!
– Это счастье, что вы выжили, – рассудительно сказала сестра. – После того как машина ударилась об опору, она перевернулась и покатилась с откоса. Вы оказались запертой внутри. У вас были многочисленные травмы. Когда вас извлекли, все думали, что вы мертвы. Но врачи «скорой помощи» быстро доставили вас в больницу, чтобы спасти ребенка.
Значит, ребенку, которого она еще не видела, уже пять месяцев…
– Я сообщу миссис Каррэн, что вы пришли в сознание. Она будет очень рада. Она не может навещать вас в больнице, но звонит почти ежедневно, чтобы узнать, нет ли каких-то изменений. – Немного смутившись, сестра продолжала: – Я поняла, что у вас нет больше родственников… кроме сводного брата вашего мужа…
– Неужели он…
– Нет, по-видимому, он очень занят. – И сестра добавила более радостным голосом: – Но он оплачивает ваше пребывание в одной из наших лучших палат. И согласился на все затраты на ваше лечение…
Было горько думать, что она стала финансовым бременем для человека, который продолжал так ее ненавидеть, что даже ни разу не навестил.
Когда часа через два в ее палате появилась Грейс, Кейт пришла в ужас от того, как свекровь изменилась. Из элегантной моложавой женщины она превратилась в иссохшую нервную старуху.
Взяв Кейт за руку, она прошептала прерывающимся голосом:
– Дорогая, что я могу сказать? Всё, кроме малышки, – сплошной кошмар. – Предвосхищая вопрос, который Кейт собиралась задать, она добавила: – Я не принесла ее… Бедная малютка простужена, так что я посчитала это неразумным. – Потом она торопливо сказала: – Доктор заверил меня, что теперь, когда ты пришла в сознание, можно будет скоро взять тебя домой.
– А что с квартирой?
– Мы отказались от нее. – Слегка покраснев, Грейс пояснила: – Ты была так плоха, что не оставалось надежды. Но теперь случилось чудо, и… – Она замолчала, а потом отрывисто спросила: – Что ты собираешься делать, когда выйдешь из больницы?
– У меня еще не было возможности подумать об этом.
– Пожалуйста, Кейт, приходи жить к нам.
– Очень сожалею, но я не могу жить в доме Мэтью.
– Но Сара и Мэт…
– Сара?
– Невеста Мэта… Они собираются пожениться в конце июля. Я знаю, что они оба будут просто счастливы, если ты… – Поскольку Кейт продолжала мотать головой, Грейс с отчаянием заявила: – Но тебе же нужно где-то жить. И у тебя нет средств на то, чтобы содержать малышку… Могут потребоваться месяцы, прежде чем ты будешь в состоянии работать или даже просто ухаживать за ней… О, пожалуйста, не забирай ее от меня. Я всегда так мечтала о внуках… – Грейс зарыдала. – Теперь, когда Тони нет на свете, эта девочка – единственное, что у меня осталось…
У Кейт перехватило дыхание.
– У вас есть Мэтью… – сказала она.
– Это не одно и то же. Он никогда не был моим.
– Но когда они с Сарой поженятся, у вас, несомненно, будут еще внуки.
– Нет. Не будут… – Грейс вытерла лицо носовым платком. – Сара не может иметь детей. Когда она была совсем юной, то по глупости сделала аборт. Неудачный… Но они с Мэтом хотят детей, и, если бы что-то случилось с тобой, они бы удочерили малышку… – Увидев, как изменилась в лице ее невестка, Грейс побледнела сама. – О, нет, моя дорогая. Ты не должна даже мысли допускать, что мы хотели этого… Мы молились о твоем выздоровлении…
Меньше чем через две недели, после дней и ночей мучительных раздумий, от которых у нее поднималась температура, Кейт надела болтающееся теперь на ней платье для беременных, старенькое зимнее пальто, висевшее после чистки в шкафу в ее палате, и, воспользовавшись пересменкой у обслуживающего персонала, покинула больницу.
Она шла вслепую, сама не зная куда. Единственным ее желанием было уйти как можно дальше от роскошной палаты, которая стала ее тюрьмой.
Был конец мая. Вечер выдался прохладный и хмурый. Тротуары блестели от мелкого дождя, едва смочившего пыль. В воздухе пахло озоном.
Как обычно, улицы были запружены машинами. Но в этот час, когда люди уже пришли с работы домой, а ночная жизнь еще не началась, пешеходов было мало.
Вскоре дождь усилился, холодный и безжалостный. Плечи тонкого пальто Кейт намокли. Хотя она все еще шагала как в полусне, здравый смысл подсказывал ей, что нужно найти какой-то ночлег.
Но ее кошелек был пуст. В нем лежали лишь кредитные карточки.
Хорошо бы дня на два снять комнату в недорогом отеле, а за это время попытаться подыскать какую-нибудь работу…
Но Кейт понимала, что это невозможно. У нее не было багажа и ее одежда выглядела поношенной, поэтому ей, конечно же, сразу откажут. Она долго шла по незнакомым улицам, когда навалившаяся усталость заставила ее остановиться и прислониться к ограде.
За оградой находилось сооружение, похожее на часовню. На черной доске виднелась надпись золотыми буквами: «Миссия Святого Спасителя. Морнингсайдские Холмы. Если вы голодны или у вас нет крыши над головой, заходите к нам».
Словно Бог услышат ее молчаливую молитву…
Звук открывающейся двери вернул Кэролайн к действительности. В комнату вошел Мэтью.
– Извини, что я так поспешно ушел, но я боялся, что ситуация серьезная.
– Ну и как?
– Теперь все под контролем. Пожар потушили, а самый опытный из моих механиков проверяет повреждения и выясняет возможную причину возгорания.
Он сел на диван рядом с ней и положил руку на спинку.
Она сидела неподвижно. Сердце ее колотилось.
– О чем ты думала, когда я вошел? Ты казалась такой потерянной и опустошенной.
– Н-не помню.
– Просто ты не хочешь мне говорить. – Усмехнувшись, он добавил: – Я всегда считал, что жена не должна иметь секретов от мужа.
Ее сердце заколотилось еще быстрее, и она уточнила:
– Я пока еще не твоя жена.
– Но скоро будешь. И чем скорее, тем лучше.
Не услышав возражений, он провел пальцем по ее щеке и задумчиво проговорил:
