Она продолжала молча смотреть на него.
– Ну? – нетерпеливо спросил он.
Быть его женой было бы прекрасно. Это было бы счастьем, о котором она не смела и мечтать. Но какова была цена? Что, если он хотел жениться на ней только для того, чтобы причинить ей боль?
Пока Мэтью, видя ее нерешительность, вглядывался в ее лицо, в ней шла борьба между желанием и страхом.
То ей казалось, что, перестав быть просто няней, которую можно уволить в любое время, и став мамой Кетлин и женой Мэтью, она обретет главное. То ее одолевали сомнения. Жить в браке с Мэтью, наверное, будет так же опасно, как посреди минного поля…
Но какой у нее выбор?
Она могла признаться в том, кто она на самом деле, и потребовать свою дочь назад…
Но у нее не было ни дома, ни возможности содержать ребенка. Было бы безумием лишать Кетлин прекрасного дома и любящего отца, который был готов сделать для нее все что угодно.
Точно так же немыслимо было уйти и никогда больше не видеть ни дочери, ни единственного любимого человека.
Она должна была использовать шанс, который он ей давал.
Когда она подняла на него свои ясные глаза, в которых читалось ее решение, Мэтью понял, что выиграл.
– Да. Я выйду за тебя замуж.
– Отлично, – удовлетворенно кивнул он. – А сейчас я иду в коттедж и принесу тебе подходящую одежду. Потом мы пойдем заберем Кетлин и сообщим ей радостную новость.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Занавески были задернуты. Где-то за ними осталась заснеженная ночь. В слабо освещенной комнате горящие поленья отбрасывали дрожащие тени, создавая атмосферу уюта и уединения.
Кэролайн сидела рядом с Мэтью на диване. В комнату доносились звуки рождественских гимнов, исполняемых собравшимися вокруг огромной елки на улице.
После всех развлечений и впечатлений этого дня Кетлин быстро уснула в своей кроватке. Как и предвидел Мэтью, больше всех других новых игрушек и подарков ей понравились шарф в красную и зеленую полоску для Барнэби и его новая шапочка с помпоном. Медвежонок проходил в них весь день.
Новость о том, что Кэролайн будет теперь ее новой мамой, конечно же, привела малышку в восторг. Это был еще один подарок от Санта-Клауса…
Мэтью распорядился, чтобы их вещи и елку перенесли в его апартаменты в главном корпусе.
– Поскольку мы собираемся пожениться, меня больше не беспокоит то, что здесь всего две спальни… – Его зеленые глаза сверкнули. – Если ты, конечно, ничего не имеешь против, чтобы делить со мной постель прежде, чем мы станем мужем и женой.
Кэролайн была немного взволнована тем, что он так торопит события. Но, приняв бесповоротное решение и будучи не в силах устоять перед заманчивой перспективой проводить ночи в его объятиях, она покачала головой.
Странное выражение мелькнуло на его лице и тут же исчезло. Она понимала, что так же сильно нужна ему, как и он ей.
А потом он произнес будничным и бесстрастным голосом:
– Тогда я хочу, чтобы ты, во имя соблюдения приличий, надела обручальное кольцо. Мы поедем и купим его прямо сейчас…
Она была поражена стремительностью, с которой действовал Мэтью, и просто растаяла от удовольствия.
– «Кляйн – лучший ювелирный магазин в Клир-Лейке, так что, если хочешь посмотреть, что у них есть…
– Но они же закрыты, – словно в тумане произнесла она.
– Это личное одолжение, которое не займет много времени.
– Но сегодня же Рождество.
– Владелец – мой старинный друг. Я позвоню ему. И попрошу Глэдис побыть полчаса с Кетлин. Если мы сообщим Глэдис о нашей помолвке, это будет самым быстрым способом довести новость до всего обслуживающего персонала.
Когда они подошли к магазину, их уже ждал высокий симпатичный мужчина лет сорока со светлыми вьющимися волосами.
Широко улыбаясь, он хлопнул Мэтью по спине:
– Поздравляю! И ты держал это в секрете!
– Решение пришло неожиданно, – признался Мэтью и, повернувшись к Кэролайн, сказал: – Дорогая, познакомься. Это Роберт Кляйн.
– Очень приятно, – улыбнулась Кэролайн. И после того, как они пожали друг другу руки, добавила: – Я чувствую себя виноватой в том, что мы беспокоим вас в праздничный день.
– Не тревожьтесь. Я понимаю, почему Мэт так торопится надеть кольцо вам на палец. А у нас есть прекрасные камни.
У Кэролайн были очень тонкие пальцы, и всего два кольца оказались ей впору. Одно было с большим солитером, другое – с россыпью мелких бриллиантов.
– Какое тебе больше нравится? – спросил Мэтью.
– С одним камнем, – запнувшись, сказала она.
– Прекрасный выбор, – согласился Кляйн. – Цвет лучше. И камень более чистый.
Достав кольцо из коробочки, Мэтью надел его Кэролайн на палец и поднес ее руку к своим губам. Сердце ее забилось от счастья.
– Ну вот. Надеюсь, подарок к помолвке тоже подойдет.
– Ты уже и так задарил меня, – запротестовала Кэролайн. – А я даже не купила тебе рождественский подарок.
Не обращая внимания на ее возражения, Мэтью наклонился к Кляйну и что-то шепнул ему на ухо.
– Да, у меня есть, – ответил ювелир и исчез в глубине магазина. Возвратившись, он протянул Мэтью продолговатую, обтянутую кожей коробочку.
– Спасибо. Я выпишу чек на то и другое.
– Можешь сделать это завтра, – сказал Кляйн, и мужчины обменялись рукопожатием.
Обняв все еще пребывавшую в каком-то полусне Кэролайн за талию, Мэтью повел ее назад.
Они поблагодарили Глэдис, показали ей кольцо, и женщина ушла, возбужденная новостью и тем, что оказалась здесь в такой важный момент.
Не прошло и нескольких минут после ее ухода, как в дверь постучали: принесли бутылку шампанского с поздравлениями от обслуживающего персонала.
Поблагодарив посыльного, Мэтью с насмешливой улыбкой взглянул на Кэролайн.
– Ну, что я тебе говорил?
Он достал два бокала, открыл бутылку и налил искрящийся напиток. Протянув ей бокал, он провозгласил:
– За нас. За то, чтобы мы по-настоящему узнали друг друга.
Наверное, эти слова должны были ее насторожить, но после всех треволнений она ничего не чувствовав, кроме радости.
Случившееся казалось Кэролайн сном, и ей хотелось ущипнуть себя…
Чувство нереальности происходящего не оставляло ее и сейчас, восемь часов спустя, когда они с Мэтью сидели рядом на диване и слушали рождественские песнопения, доносившиеся через окно.
Словно прочитав ее мысли, он повернулся к ней со словами:
– Уже почти сутки прошли, а я все еще не отдал тебе это… – Он полез в карман пиджака и извлек из него плоскую продолговатую коробочку, которую получил от Роберта Кляйна. Не сводя глаз с ее лица, он вкрадчивым голосом спросил: – Тебе не любопытно узнать, что я выбрал специально для тебя?
