Он сделал еще жест, и трандошан, подпиравший одну из колонн, взял бластеры наизготовку.
– Объяснитесь, – рявкнул Рокко. – Чем правдоподобнее у вас получится, тем дольше вы проживете.
Человек, который, если верить И–5, был Джаксом Паваном, произнес:
– Рокко, я понятия не имею, чей это дроид. Я его вижу впервые в жизни. И коротышку тоже, – он указал на Дена.
– Ладно, – тихо сказал Ден. – От меня на День Радости ты открытку не получишь.
– Кил–и калиа ку ках, джедай[8], – прорычал гангстер. – Я думал, ты умнее. – Он посмотрел на трандошана и добавил: – Кипуна наниа[9].
Трандошан взвел бластеры.
– Подожди, – выкрикнул Паван. – У нас был уговор!
– Был. В прошлом. А через пару секунд в прошлом окажетесь вы. – Хатт развернулся, и его бесхребетное тело расползлось по каменному полу.
«Вот и все, – подумал Ден, ощущая необычайное спокойствие. – Хорошо хоть, я под землей».
Вспышка красного света со стороны И–5 заставила его обернуться. Свет исходил из спрятанного в указательном пальце лазера, но был направлен не на Рокко и не на трандошана. Луч был нацелен на одну из картин – а может, окон? – на которой сменяли друг друга пейзажи Нал–Хатты. Казалось, изображение поглощает высокоинтенсивный луч света: по картине начала расползаться алая клякса.
Рокко повернулся, хлюпая всем телом. Ден и не представлял, что хатты могут двигаться так быстро.
– Что ты делаешь? – завопил Рокко.
– Прикажи трандошану опустить оружие, – сказал И–5. – Остальные пусть тоже разоружатся. И верните оружие моим товарищам.
– Эники! Эники![10] – взмолился хатт и кинул взгляд на подчиненных: – Делайте, как он сказал! Йатука![11]
Пока охранники разоружались, кто–то принес оружие Павану и его спутнице.
– Деактивируй боевых дроидов и оборонительные механизмы, – проинструктировал хатта И–5. – И, пожалуйста, не пытайся меня одурачить. Сейчас мой лазер настроен на коллимацию пять–точка–три. Чуть выше, и он растопит сплав денсекриса и импервия.
Рокко побледнел – все тело хатта покрылось нездоровыми серыми пятнами. Ден никогда не видел этих огромных слизняков такими испуганными.
Четверка медленно двинулась к выходу. И–5 продолжал целить пальцем в картину до тех пор, пока они не вышли в коридор. Там дроид был вынужден отключить лазер.
– Что теперь? – спросил Ден.
– Теперь бежим.
Прежде чем они достигли лифтов, до них донеслись звуки погони – вой репульсоров. За беглецами гнался большой охранный дроид.
Паван принял боевую стойку и активировал меч.
– Бегите дальше, – сказал он, чуть вздрогнув. – Я их задержу.
– А где твой легион дройдеков? – осведомилась тви’лека, чье имя Ден не знал. – Этот дроид пройдет сквозь феррокритовый бункер, как нейтрино сквозь плазму.
– Ты должна выполнить задание, – сказал Джакс. – Найди дроида и…
– Извините, – сказал И–5.
Он обошел джедая и из обоих лазеров выстрелил в потолок над ближайшим поворотом. Затем, используя свой вокабулятор, начал издавать высокочастотный визг: звук был настолько высоким, что Ден, вероятно, единственный его слышал. И очень об этом жалел.
Паван и тви’лека посмотрели на дроида и переглянулись. Но прежде чем они смогли вымолвить хоть слово, Ден увидел, как по потолку начинают расходиться трещины – как хрустальные змейки в растревоженном гнезде. Как только охранный дроид показался из–за угла, потолок обрушился, похоронив его под тонной обломков.
Настала почти полная тишина, изредка прерываемая стуком камешков, осыпающихся с потолка. Затем тви’лека с благоговением в голосе произнесла, обращаясь к И–5:
– Потолок сделан из керамической стали. Как ты сумел?..
Груда обломков, заблокировавшая проход, всколыхнулась. Затем еще раз, уже сильнее.
– Предлагаю убраться отсюда, – предложил И–5. – Похоже, «Аракид» делает дроидов на совесть.
Пока они ехали в турболифте, Ден полюбопытствовал:
– Так как же ты обрушил потолок?
– Ультразвуковые вибрации и жар от моих лазеров. Даже керамическая сталь не устоит перед такой комбинацией.
– Ладно, быстро ты сообразил, – признал Ден. – Но та картина на стене, что это было?
– Изображение с замедленной люминесценцией.
– Сверхтекучая жидкость, – добавила тви’лека. – Заморожена почти до абсолютного нуля, поэтому свет через нее ползет как слизняк.
– Именно. К тому же очень плотная. Можно сказать, картина толщиной в несколько световых лет. Практически окно в прошлое.
– Так что же произошло бы, если бы ты прожег защитный слой? – спросил Ден.
– Интересный вопрос, – ответил И–5. – Должен признать, мои знания о переохлажденных конденсатах не так полны, как хотелось бы. Но, учитывая коэффициент плотности и вероятную скорость расширения… Скажем так, хорошо, что Рокко согласился на мои требования.
– Хочешь сказать, ты мог взорвать всю подземную базу Рокко?
– Нет, – ответил И–5 невозмутимо. – Я хочу сказать, что мог взорвать несколько кубических километров сектора Яам.
Ден побледнел, тут же ощутив, как кусок сверххолодного конденсата растекается по его желудку.
Достигнув поверхности, они ступили в тускло освещенный переулок в Трущобах. Здесь громоздились кучи мусора и старой мебели – и пахло соответствующе.
– Разумеется, – добавил И–5, – моему лазеру даже на полной мощности понадобилось бы примерно три недели, чтобы расплавить защитный слой. К счастью, Рокко этого не знал.
Пока Ден приходил в себя, дроид повернулся к сыну своего старого друга и сказал:
– Джакс! Как я рад, что наконец…
– На это нет времени, – отрезал Паван. Вытянув руку, он нажал на главный выключатель на шее дроида. И–5 замер, и его фоторецепторы потухли.
Ден посмотрел на него оскорбленно. Не обратив на салластанина внимания, Паван повернулся к своей спутнице и произнес:
– Теперь они знают, что мы ищем дроида. Мы должны найти его раньше.
Ларант кивнула, и они зашагали прочь, не оглядываясь на Дена и И–5.
Ден включил своего друга. Процессор дроида снова заработал, и тот в неверии уставился вслед Павану.
– О да, – сказал Ден ошарашенному другу. – Он определенно рад тебя видеть.
Глава 24
Захватив управление «Скитальцем», автопилот уводил Ника подальше от дворца – обратно в сектор Яам. У Росту совсем не было настроения крутить штурвал и тянуть–толкать ручки, какое бывает у ребенка, дорвавшегося до любимой игрушки, поэтому он просто откинулся в кресле пилота и смотрел на проносящийся мимо бесконечный город.
Казалось, его сознание было полно дыр, из которых мысли вытекали, не успев толком зародиться. Или, быть может, мысли были настолько ужасающи, что избавление от них было за благо.
Ему предоставили элементарный выбор. И неудивительно – серьезные решения всегда просты. Он предаст Джакса Павана и заманит его в ловушку, расставленную Дартом Вейдером…
Или Вейдер уничтожит весь его гхош.
Ник не сразу в это поверил. Клан Росту кочевал по крупнейшему высокогорному плато на Харуун–Кэле вместе со своим скотом – огромными траводавами, которые составляли основу жизни всего народа. Как Вейдер мог выследить его племя?
Разумеется, ответ был прост – ему и не нужно было. Вейдер мог запросто уничтожить с орбиты все плато.
Звездный разрушитель обладал для этого достаточной огневой мощью. Все, что требовалось, – приказ темного повелителя. И Вейдер ясно дал понять, что его не будет мучить совесть, если придется отдать такой приказ.
Инфразвуковая вибрация ионных двигателей расслабляла; в ее гармонике не было изъяна. Да, если подумать, «Скиталец» был весьма неплох. Предыдущие владельцы хорошо о нем заботились – во всяком случае, обо всем, что касалось механики и электроники. И в определенной мере грузовик можно было назвать невидимкой: не то чтобы у него была маскирующая система, просто сотни таких корабликов сновали туда–сюда по планете, как огненные осы вокруг стручковника, и никто не обратил бы внимания на еще один.
Да, это был отличный корабль. Целиком и полностью его корабль. Жаждешь опасных приключений в открытом космосе – пожалуйста! Больше не нужно мыкаться по городским каньонам Корусканта – ведь теперь у него есть звездолет. Ник мог улететь куда угодно, заняться чем угодно и стать кем угодно. Он мог сменить имя, раздобыть новые регистрационные номера и отправиться в Неизведанные Регионы, начав жизнь с чистого листа. Возможно, он будет возить спайс по Дуге Кесселя. Или вступит в Солнечную стражу в звездном скоплении Корбетт. Или станет гонщиком на космическом ралли.
