Леди Хетти уехала с визитом – Дейзи отпустила ее, сказав, что ей не нужна сиделка и она прекрасно проведет день с книгой в руках. И в самом деле, какое удовольствие читать, думала она, глядя на первую страницу книги, которую открыла с полчаса назад. Она была так занята, живя дома – там вечно надо было что-то налаживать, кому-то помогать. Теперь, может быть, она вернется домой раньше, чем ожидала.
Мысли Дейзи, помимо ее воли, вернулись к недавно происшедшим столь неожиданным для нее событиям. И зачем только она согласилась на эту помолвку? Ей вовсе не хотелось участвовать в столь глупом спектакле, но она все-таки уступила и теперь чувствовала себя оскорбленной. Как там ни говори, но лорд Кинкейд красивый и порядочный человек, и то, что он помолвлен с ней, просто смехотворно. Ей отчаянно захотелось шепнуть кое-кому на ушко, что они помолвлены не в самом деле. И ничего не будет страшного, если она скажет Роуз, и брату Джайлза, и сестрам. Они должны знать правду.
Она чувствовала себя ужасно, там, в гостиной леди Джулии, в окружении ее семьи. Все они думали, что их помолвка настоящая, а она обманывала их – людей, которых уже успела полюбить. Взять хотя бы преподобного Артура Фэрхейвена. Как бы она хотела, чтобы у нее был такой брат! Приезжает к сестре каждый день только для того, чтобы растереть ей спину, надо же! И как любит своих сестер. Она готова была расплакаться от его добрых слов.
Не меньше ей нравилась и леди Джулия, с ее отменным чувством юмора, и леди Джудит, которую она была готова опекать, как родную сестру. Дейзи подозревала, что Джудит, самая молодая в этой прекрасной семье, была очень избалована; она казалась гораздо менее зрелой, чем Роуз. И все же, думала Дейзи, если найти к ней правильный подход, то при своей красоте и любви к жизни Джудит может со временем превратиться в очень достойную женщину.
И вот в присутствии таких замечательных людей она сегодня все утро притворялась, будто готовится стать их сестрой и женой их любимого брата! Неужели ей и дальше придется так отвратительно лгать? Но она просто не сможет жить, вечно сдерживая себя…
Не слишком приятные размышления Дейзи неожиданно были прерваны появлением лорда Кинкейда.
– Вы здесь одна? – Он с удивлением огляделся вокруг. – Остальные сами покинули вас или вы попросту выгнали их всех?
Дейзи подозрительно посмотрела на него.
– Не знаю, что вы имеете в виду, но хочу сразу сказать вам, что мне не надо, чтобы меня относили в мою комнату, и уж конечно, никакой опийной настойки. Один раз в жизни попробовала, и хватит. Я проснулась вчера поздно, с ужасной головной болью, а рот у меня будто был набит мхом. Если вы хотите дать мне еще одну дозу, то вам придется повалить меня на пол и насильно влить мне ее в горло.
– Я в восторге оттого, что вам приятно видеть меня. – Лорд Кинкейд поклонился. – Но не стоит при этом так волноваться. Я пришел, чтобы пригласить вас на прогулку.
– В самом деле? – Она в первый раз с момента его появления улыбнулась. – Должна признаться, что меня не очень-то захватывает этот «Робинзон Крузо», хотя мне говорили, что книга очень интересная…
– Может быть, самое интересное начинается со второй страницы, – улыбнулся виконт и перевел взгляд на ее колени. – По крайней мере я помню, что у меня тоже интерес возник не сразу.
– Можете не брать меня на прогулку, если не хотите – ведь вам при этом придется изображать, что вы влюблены в меня. Теперь я уже жалею, что согласилась на помолвку. Какой абсурд!
– Не волнуйтесь, я взял фаэтон. – Лорд Кинкейд внимательно посмотрел на свою очаровательную собеседницу. – Мне подумалось, что если вы будете сидеть так высоко над землей, люди не заметят ваших морщин и седых волос.
– О! – Дейзи, не выдержав, рассмеялась. – Вы ведь прекрасно знаете, что я имела в виду.
– Мое единственное опасение состоит в том, что вы, увидев маленькую собачку, или подозрительную личность, или даже какое-нибудь невзрачное насекомое, тут же завопите и потребуете, чтобы я остановился прямо посередине Роттен-роу.
– Что за ерунда! – Дейзи продолжала улыбаться. – Я вовсе не хочу привлекать к нам внимание.
– Может быть, мне следует записать эти слова? Или достаточно будет позвонить вашей горничной, чтобы она принесла вам шляпку и сапожки? Кстати, это платье, что на вас, очень хорошенькое, так что я не думаю, чтобы вам была нужна шаль или мантилья.
После того как все приготовления были закончены, лорд Кинкейд отнес Дейзи на руках к фаэтону и посадил ее на высокое сиденье. Оказавшись в экипаже, она мгновенно забыла о своих протестах, как и о решении провести всю прогулку в гордом молчании.
– Какой замечательный вид отсюда! Мне кажется, что я нахожусь на целую милю от земли. И какие красивые лошади! Можно мне взять вожжи, как вы думаете? Я отлично умею управляться с ними, вот увидите.
– Ничуть не сомневаюсь, – холодно заметил лорд Кинкейд, садясь рядом с Дейзи и беря вожжи в свои руки. – Вы, наверное, привыкли мчаться по деревенским дорогам со скоростью не меньше тридцати миль в час, даже когда вам некуда спешить. Но это Лондон, дорогая, поэтому мой ответ – нет.
Дейзи послушно сложила руки на коленях и приняла независимый вид. Когда лошади тронулись, она почувствовала приятное возбуждение.
– А как было бы хорошо промчаться в таком экипаже со скоростью тридцать миль в час, разве нет? – Она повернула к Кинкейду сияющее лицо.
– Стареющим леди, которым уже исполнилось двадцать пять и молодость которых давно прошла, обычно вполне достаточно и трех миль в час. – Виконт наградил ее легким поклоном, и Дейзи снова от души рассмеялась.
Глава 11
Лорд Кинкейд за свои двадцать восемь лет уже успел понять, что только очень молодые люди или те, кто никогда не достигает настоящей зрелости, наивно полагают, будто человек без труда может сделать свою жизнь такой, какой, по его мнению, она должна быть.
Зато в некотором смысле знакомство с обеими леди Моррисон оказалось даже полезным: леди Хетти теперь была счастлива, как жаворонок, и меньше тревожилась о личной жизни своих сыновей. У нее появились две молодые особы, о которых она заботилась, сопровождала на светские приемы, и ей было чем похвастаться перед своими подругами. Она гордилась тем, что Дейзи помолвлена с ее кузеном и что Роуз так хороша собой и обладает столь добрым характером.
Джулия и Джудит тоже извлекли из этого определенную выгоду. Бедняжка Джулия с нетерпением ждала окончания своего отшельничества, прекрасно понимая, что ее ждет триумф, когда в одно прекрасное утро дитя появится на свет. Дейзи приезжала к ней каждый день, развлекая ее своей болтовней, и лорд Кинкейд чувствовал некоторое неудобство при мысли о том, что произойдет, когда Джулия узнает правду про их помолвку. Она полюбила Дейзи так, будто они были кровными родственницами, и это его слегка пугало.
