После всего перенесенного пережить еще один шок унижения она уже не сможет.
» Нужно что-то делать! Что-то делать!«— судорожно думала Тэлия.
Смутно, словно издалека, до нее донесся голос леди Уэнтмор:
— Я возьму голубую шляпку. Кажется, в ней я выгляжу лучше всего. Ты не согласен, Артур?
— Да, голубой цвет тебе восхитительно идет, дорогая.
— И с твоей стороны было так мило пообещать подарить мне ее, — сказала леди Уэнтмор. — Спасибо тебе!
— Погоди, погоди! — заторопился лорд Дервиш. — Не торопись! Надо узнать цену, я не дам себя одурачить!
Леди Уэнтмор звонко рассмеялась:
— Никто не собирался тебя одурачивать, Артур! Ты так проницателен и умен.
— Надеюсь, — довольно произнес лорд Дервиш.
Тэлия бросила взгляд на миссис Бертон, которая, заметив, что леди Уэнтмор сменила прежнюю свою шляпку на новую, извинилась перед своей клиенткой и поспешила к лорду Дервишу.
— Я вижу, ваша светлость довольна, — сказала она. — И вы, надеюсь, тоже, милорд. Мы всегда стараемся угодить вам, как самому нашему ценному и давнему партнеру.
— Это зависит от одного и только от одного, — начал лорд Дервиш.
Держа в руках голубую шляпку, Тэлия скрылась с ней в заднем помещении.
— Упакуйте ее, — сказала она, обращаясь к одной из работниц. — А миссис Бертон, если она будет меня спрашивать, скажите, что я на минуту вышла подышать воздухом.
— Подышать воздухом? — переспросила женщина. — Это на тебя не похоже, Тэлия! Ты ж никогда на улицу носа не кажешь, пока не придет пора домой идти!
Тэлия не стала утруждать себя ответом и, открыв заднюю дверь, вышла наружу.
Мгновение она стояла в нерешительности, а затем, подобрав юбки, пустилась бежать.
Если кто-то и удивился, заметив девушку, бегущую к Беркли-сквер по Хэй-Хилл, то Тэлия никого не видела.
К тому моменту, как она достигла импозантного крыльца Хеллингтон-Хауса, стараясь не попасться на глаза никому, кто мог идти ей навстречу, Тэлия совершенно запыхалась.
Только тогда она остановилась перевести дух, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
В этот момент двери распахнулись, и двое лакеев, одетых в хеллингтонские ливреи, выйдя на крыльцо, принялись расстилать на ступенях крыльца красный ковер.
Секундой позже Тэлия увидела графский фаэтон на углу здания.
Она поняла, что успела в нужный момент.
Взбежав по ступенькам на крыльцо, она увидела в дверях зала дворецкого, прислуживавшего им вчера за ужином.
— Мне нужно поговорить с его светлостью, — сказала она.
— Доброе утро, мисс, — вежливо ответил дворецкий. — Я доложу его светлости, что вы здесь.
Тэлия проследовала за ним через зал, и он провел ее в уютную комнатку, которую, как подумала девушка, могли использовать для подобных нежданных посетителей графа.
Но она не могла думать ни о чем, кроме своего отца и ловушки, в которую он попадет, ступив на родной берег.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь отворилась снова и вошедший дворецкий сказал:
— Не пройдете ли вы за мной, мисс? Его светлость в библиотеке.
Будучи не в силах облечь в слова то, что она собиралась сказать, но понимая, что вопрос о жизни матери и свободе отца решится в ближайшие минуты, Тэлия проследовала за дворецким в зал.
Он открыл дверь в помещение, стены которого были уставлены книгами.
Граф подошел к ней, и, взглянув ему в лицо, Тэлия увидела, что он удивлен.
Подождав, пока за дворецким закроется дверь, он спросил:
— Что случилось? Почему ты здесь?
Она подняла на него взгляд, и увидев ее глаза, граф еще некоторое время смотрел на Тэлию, после чего сказал:
— Ты в шоке. Присядь и все мне расскажи.
Первой его мыслью было, что ее мать умерла. По виду девушки было понятно, что произошло нечто страшное, иначе она никогда не пришла бы к нему сама.
Граф также был сильно изумлен, когда всего лишь за несколько минут до выхода из дома дворецкий вошел в библиотеку и объявил:
— Вас хочет видеть леди, милорд.
— Леди? — резко спросил граф, уверенный, что это леди Аделаида. Ему вовсе не хотелось откладывать свой отъезд из-за нее.
— Та молодая леди, с которой вы ужинали вчера, милорд.
Некоторое время граф не мог поверить услышанному.
Затем он поспешно произнес:
— Позовите ее сюда!
— Будет исполнено, милорд.
Когда дворецкий направился за гостьей, граф подумал, что только лишь веская причина могла заставить ее не просто встретиться с ним в дневное время, но и прийти к нему лично.
Еще утром граф начал волноваться, что Тэлия снова ответит отказом, и ему придется изобретать очередной способ уговорить ее встретиться с ним.
Прошлым вечером она не высказала прямого отказа выслушать его план или просто увидеться с ним снова, но граф опасался, что после расставания с ним Тэлия вновь найдет какую-нибудь причину не прийти на встречу.
Лишь из-за боязни того, что граф раскроет ее тайну — и лишь Богу было известно, что это за тайна! — согласилась она поужинать с ним вчера.
И хотя он надеялся, что волшебный поцелуй все изменил, полной уверенности в этом у него не было.
Но все же, несмотря на всю не правдоподобность и нереальность происходящего, она была здесь, и явно не из-за желания насладиться его обществом.
Сейчас, глядя на нее, он видел, как она расстроена, и желал развеять все ее страхи и несчастья, что бы с ней ни произошло.
— Я… не буду садиться… — еле слышно произнесла Тэлия. — Мне… кое-что нужно… сказать вам, но… это… тяжело выразить словами.
— Я вижу, ты расстроена, — сказал граф. — И, как мне кажется, сильно торопилась добраться сюда. Я велю подать кофе или, может, тебе лучше выпить бокал вина?
— Мне ничего… не надо… Только… выслушайте меня.
— Ты знаешь, я готов, — сказал граф. — Но я не могу видеть тебя такой. Дай мне руку, дорогая.
— Н-нет! Нет!.. — воскликнула Тэлия. — Не прикасайтесь… ко мне, пока… вы… не выслушали меня…
Граф удивился, но продолжал стоять в ожидании, понимая, что девушка пытается собраться с мыслями.
Ему трудно было видеть ее лицо, так как она стояла, низко опустив голову, и серая шляпка почти что полностью скрывала черты Тэлии.
Граф с любопытством ожидал, понимая, что вопросы могут только усложнить ситуацию.
В конце концов Тэлия решилась взглянуть графу в глаза.
— Вы спрашивали, согласна ли я стать вашей… любовницей? — чуть слышно прошептала она.
— Это грубое слово, — сказал граф, — особенно в том случае, когда дело касается нас обоих. При том, что скоро все должно измениться, и мы оба будем счастливы.
— Я не могу… согласиться… на то, что вы… предложили мне, — сказала Тэлия, — потому что мама никогда… не должна узнать об этом, но если…
