Что-то в лагере неуловимо изменилось. В воздухе повисло осязаемое напряжение, причина которого заключалась в девочке — под её смоляными прядями, бесцеремонно падающими на лицо, злобой пылали черные глаза.
Лагерь притих в очередной раз. Девчонка, не особо повышая голос, взяла в оборот одного из командиров шайки.
— Если ты имеешь что сказать — говори в открытую, — приказал она, еще не устоявшимся, звонким подростковым голосом.
Говорила она, как и все, необычно, будто на другом языке — хотя и очень похожем, на родной язык Сэта. Впрочем, за это время он уже свыкся, и почти не замечал разницу.
— Нет, повелительница… — залепетал двухметровый головорез в разодранной кольчуге, — я просто предположил… О Потрошителях нет известий всего-то три дня, возможно они еще не добрались до темницы того демона… Не преждевременно ли нам отказываться от блокады Измора и отправляться туда всей ватагой?
Девчонка, к которой обратились как "повелительница", поджала губы:
— Среди всех вас, только Потрошители были верны нашему королевству. Если у них не получилось освободить Асмодея, это сделаю я — и возьму вас всех с собой, иначе ваша мерзкая братия разбежится по округе и моим теням прибавится работы.
Повисла гробовая тишина, удовлетворенная оказанным влиянием девчонка повернулась к карте, когда набравшись смелости, двухметровый громила покраснел и выпалил, словно мальчишка, впервые признающийся в любви:
— Госпожа, этот демон просидел в темнице целый век, его голод и злоба обрушится на нас, как только мы его освободим.
— Еще одно слово и ты умрешь страшной смертью, — холодно уведомила она. — Я повторяю в последний раз: предоставь усмирить демона мне. С утра я заберу твою банду вместе с Серыми плащами и Кровавыми дровосеками на запад, а Святые отправятся назад к зубу Дракона.
При этих словах, стоящих рядом с ней полунагой бандит, в рваных штанах
и в берестяной маске, важно кивнул.
— Цель Святых, — продолжила она, — помочь Сантане удержать эту крепость. Ибо мои тени доложили, что для того чтобы её отбить, имперцы выслали целую армию во главе с одним из принцев. Конечно, Сантана справится без труда — но лишний риск ни к чему. Возможно, придется удерживать ворота, пока Первородный сводит имперцев с ума…
Сэта пробрал мороз. Она говорила это, смотря немигающим взглядом на пляшущие языки костра. И заглянув в эти черные и бездонные как колодца глаза, Сэт переменил свое мнение — он больше не считал ее девчонкой.
Наваждение прошло, как только она захлопала ресницами. Будто опомнившись, произнесла, обращаясь к верзиле:
— Может быть, ты со своей бандой хочешь поменяться местами со Святыми? Предпочтешь Асмодею общество Сантаны?
Верзила активно замотал головой:
— Вот и отлично, — похвалила она. — Жаль, конечно, что придется оставить окрестности Измора, но это лишь на время. Когда к нашей шайке, которую вы по скудоумию называете армией воров, присоединится Асмодей, мы заключим договор с жителями Города мертвых. И тогда Измор, а за ним и все города империи падут к ногам Сумеречного князя. Весь мир будет принадлежать нашему королевству!
На ее лице возникла улыбка, в других обстоятельствах Сэт назвал бы ее приятной, и счастливой — но сейчас он внутренне содрогнулся.
Оглядев своих командиров, и не увидев в их глазах фанатического огня, она вновь презрительно поджала губы.
— Ладно, — сказала она, — я вас прощаю. В конце концов, сегодня хороший день. Планы Князя выполняются с успехом, тем более, что завтра Империя лишится своего принца… Вы точно разослали гонцов с приказом всем отрядам вернуться к рассвету?
Все главари синхронно кивнули.
— Да госпожа, — сказал один из них. — Но вы должны понимать, что некоторые группы ушли довольно далеко, а другие гонцам так и не удалось разыскать…
— Плевать, — сказала она, — на рассвете я спущу своих теней, и те, кто не присоединиться к нам к этому времени, пожалеют о том, что родились на свет…
При очередном упоминании теней, многие члены шайки затряслись как осины на ветру. Главари же тоскливо переглянулись.
Сэт задумался, что бы это значило, но потом понял, что его это не касалось. Он принялся отползать, но тут вмешался проклятый голос:
— Враг за спиной!
Сэт не успел ни испугаться, ни осознать, из-за спины и вправду раздался чей-то голос:
— И кто это у нас тут?
Мгновенно перевернувшись на спину, Сэт рефлекторно перекатился и увидел, как вонзается меч, ровно в то место где пару секунд назад находились его лопатки.
Не имея возможности обороняться, забыв все на свете, Сэт вскочил и попытался максимально разорвать дистанцию с силуэтом в плаще.
Вот только путь к лесу был отрезан, и Сэт, чтобы спастись, на рефлексах выскочил на освещенное место. Отовсюду раздались крики, подбежавшие бандиты взяли его в кольцо и лишь нож Сэта, пару раз мелькнувших рядом с ухмыляющимися лицами, удерживали их на расстоянии.
— Ты кто? — спросила девушка с раскрашенной тушью лицом. — Как здесь оказался?
В её голосе, как и во взглядах разбойников, пока что больше было удивления, нежели кровожадности.
— Не подходите! — выдал Сэт первое, что пришло на ум.
Раздался смех. Вмиг настроившиеся на веселый лад разбойники стали зубоскалить, как умели:
— Не бойся, будет совсем не больно…
— Да-да, опусти нож, паренек, не зли дядек.
— А ты смотри, кремень попался, даже лезвие не дрожит.
— Заткнитесь, — негромко произнесла девчонка, но это слово всех парализовало.
— Отвечай, кто ты и кто тебя послал!
— Никто меня не посылал!
Она откинула капюшон, её окрашенные тушью глаза, в свете костра блеснули багровым. Вытащив из сумки книгу, она раскрыла её на середине с таким видом, будто это было самое грозное оружие во вселенной. Впрочем, разбойники вокруг поспешили отступить на два шага, сохраняя при этом такую тишину, что слышан был звон цепочки, сковывающий корешок книги с ремнем девчонки.
— Всё довольно! Говори имя!
— Чье?
— Свое!.. Для начала.
— Сэт.
— Что Сэт?!
— Я — Саймон Сэт.
— А титул?! Род, земли?
— Слушай, как тебя там… я не аристократ.
— Так ты бастард? Неужели? Играться со мной вздумал? — зашипела она. — Тогда пеняй на себя…
Её губы сжались в тонкую линию, но из её чрева, на несколько различных голосов, по округе стали разноситься непонятные слова — наложенные один на другой тексты речитатива обильно переплетались с бессвязными возгласами. Было похоже, что души мертвецов спорят и проклинают кого-то унисон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
