Его улыбка, вероятно, стала самодовольной — она впервые настолько осмелела, что решилась назвать его уменьшительным именем, и Денису это понравилось. Он наклонился и уже на дольше припал ртом к подрагивающим губам Оли, лаская, пытаясь дать ей немного больше уверенности в том, что развивалось между ними.
- Так вот, - с трудом выдохнул он, когда заставил себя все-таки оторваться от таких податливых губ. Она слишком охотно ему отвечала, чтобы Денис легко сохранял контроль. - Несмотря на все это и на мое желание прямо сейчас уложить тебя на этот стол и заняться с тобой любовью, - прошептал он, едва ли не ей в рот. - Ты имеешь полное право послать меня к черту. И если ты все-таки подумаешь, и согласишься работать в Кофейне — твое желание или нежелание поддерживать со мной отношения — не отразятся на твоей работе. Ясно?
Он замер и попытался угадать мысли Оли по глазам. Но...
Как тут можно хоть о чем-то говорить или думать, когда ее прерывистое дыхание сбивает с мысли? Когда пульс грохочет в том же ритме, которое отбивает ее сердце в груди, чересчур плотно прижатой к телу Дениса? Так, словно и нет между ними тканевой прослойки? Как можно, вообще, о чем-то думать?
И тем не менее, Денис старался преодолеть это и стать выше физического возбуждения. Потому что для него и правда было важно объяснить Оле свою позицию и мнение. Разрешит она или нет их отношениям стать чем-то больше — он не перестанет ее уважать, и не будет думать хуже о своей красуне из-за этого.
Оля вздохнула. Мучительно медленно и долго, раздражая его грудь трением своих напряжённых сосков, что не мог скрыть хлопок платья. И переключилась со своей тесьмы на его сорочку, теребя теперь острый уголок воротника.
- Деня, так не бывает, - она улыбнулась с какой-то несвойственной ей грустью и даже горечью. - Мужчины все равно смотрят иначе потом, после... Все равно воспринимают не так. И относятся иначе. Может я и не очень опытная, но видела, как это бывает, - она не смотрела ему в глаза. - Знаю, как относятся все вокруг, сама злилась, когда одной из горничных многое сходило с рук и меня заставляли делать ее работу, - Оля смущенно скривилась. - Я человек, не святая, и мне было обидно, - честно призналась она. - Я не уважала эту девушку. И не хочу, чтобы ко мне относились так, - она передернула плечами.
Денис поглубже вдохнул.
Он понял, что она пыталась объяснить. И уважал Олю за то, что она не пыталась показаться идеальной или лучше, чем большинство. А ведь тем самым, и правда, становилась чище людей, отрицающих, что могут осуждать или обижаться на окружающих за решения и поступки. Но не отказался от желания прояснить все до конца.
- Оль, между прочим, у мужчин не один секс на уме, - Денис усмехнулся, видя как она вздернула бровь с недоверием. - Ладно, по-большей части не только он, и не у всех, - с улыбкой, которая казалась обезоруживающей, как он надеялся, подмигнул Денис. - Так что, я почти обиделся, что ты именно так восприняла мое предложение. Я и правда хотел тебе помочь. Хоть и выиграл бы от твоего согласия — потому как имел бы возможность видеть тебя постоянно рядом. А теперь — ты почти убедила меня, что я - развращенный мужлан. Даже грустно...
Он умолк и чертыхнулся, поняв, что она снова воспринимает всерьез его шутки. Об этом очень ясно говорили ее расширившиеся глаза с растерянными, испуганными тенями.
- Оля, - Денис крепче сжал ее плечи и немного встряхнул. - Оля, я не серьезно, это шутка..., - черт, так ему придется перестать вообще шутить.
Или надо в ускоренном темпе приучить ее различать его юмор. Разработать какой-то экспресс-курс.
- Деня, я не то имела в виду, правда, - она с силой ухватилась за его воротник, даже удивив Дениса таким отчаянным жестом. - Я не имела в виду, что ты.... такой, - отпустив ткань, она взмахнула руками. - Ты не так вел себя все то время, что мы знакомы. Я просто хотела сказать, что так подумают твои работники, и так посчитают все, кто тебя знает, что ты взял меня только потому, что сейчас я интересна тебе...
- Никто, кто знает меня, так не подумает. Никогда, - отрезал он немного отодвинув Олю от себя, чтобы смотреть ей прямо в глаза.
Правду говорят, что задеть нас могут только те, кто нам небезразличен. Слова Оли его задели, несмотря на разницу в возрасте и весь здравый смысл.
И она это поняла. Денис по глазам видел, что Оля ощутила, как ему неприятно такое слышать.
На несколько мгновений в кабинете повисла тишина, напряжение которой никто из них не прерывал. А потом Оля отступила на шаг.
- Прости, - напряженно выговорила она, вцепившись пальцами в край стола. - Я не хотела тебя обидеть или..., - видно ей трудно оказалось подобрать слова, потому что Оля никак не могла продолжить.
Денис шагнул следом, уже собираясь сказать, что ладно, он понял, попытаться наладить мир, который внезапно и непонятно, оказался под угрозой. Но его остановил ее голос.
- Прости, что по другим судила тебя, - она виновато усмехнулась. - Я не хотела тебя обидеть. Просто..., - Оля еще сильнее вцепилась в стол. - Знаешь, не обижайся, Денис. Ты старше меня, опытней, знаешь и видел куда больше. А я сужу только по своей жизни, по начальнику, который намекал, что не против получить от меня нечто побольше хорошо выполненной работы, и по другу, который хотел зарабатывать деньги, став моим сутенером, и при этом обещал, что все равно будет меня любить, сколько бы мужчин не заплатило за меня в постели, - она скривилась, с трудом облизнув сухие губы.
Денис застыл, ощущая, как злость и ледяной гнев начинает сдавливать виски.
Твою ж...! Он так понял, что имелся в виду тот Николай, который из обиды уволил Олю. В этот момент Денису захотелось с ним поговорить. Серьезно. Так, чтоб за всю жизнь не забыл. И даже посмотреть боялся в ее сторону.
Но Оля, похоже, не заметила его реакции.
- У нас просто разные жизни, и разные меры, по которым мы оцениваем мотивы и поступки, - она грустно глянула на него. - Извини, я правда, не хотела, чтобы ты решил..., я не хотела обидеть тебя. Ты — слишком хороший. Очень. Я даже не думала, что такие есть, - она отвернулась, не позволяя ему на себя смотреть.
А Денис, сжимая пальцы в кулаки, мог бы поклясться, что она вот-вот расплачется.
- Нам, наверное, всегда будет трудно это преодолеть. Кроме того, что я не слышу, вот это непонимание, из-за разного взгляда на мир, который нас окружает. У тебя все иначе, и не потому, что ты слышишь мой голос... Просто, у тебя все хорошо, Деня, и семья, и мечты в жизни сложились. Ты можешь позволить себе смотреть на людей и их поступки с верой в доброту и оптимизмом. А я - нет. Я не верю людям. Рассчитываю всегда на себя. Тогда нет боли и обиды. Тогда никто не сможет тебя бросить, потому что ты не ждешь, что кто-то останется рядом на всю жизнь. Просто сам пытаешься жить и не причинять другому боли. Я сразу знала, что у нас все не одинаково, но ты... ты так мне нравишься, - Оля стала говорить глуше, слова выходили оборванными и невнятными. - Мне так захотелось поверить, что что-то может выйти..., - она вновь передернула плечами. - Но так ведь не бывает, и нам лучше...
