выдает Алиса.
Знаю, что еще скажешь?
Вызов в ее глазах сменяется паникой. Все же не стоит так открыто показывать, что тут к чему.
- Если это все, то я пойду, - говорю ровным тоном, успел уже натренировать.
- Стой, - задушенный оклик.
Естественно, я остаюсь стоять.
- Игнат, ты должен отказаться от сегодняшней драки! - выпаливает Алиса, вскидывая повыше подбородок.
Ах, вот оно что. С этого и надо было начинать.
- Испугалась за своего мальчика? Как это мило.
- Вадим, он…, - восклицает Принцесса, игнорируя мою шпильку, но запинается на полуслове.
И хотя мне должно быть пофиг, горечь затапливает, я не контролирую.
Она…пришла просить за него. Все это только для того, чтобы поговорить о нем…
- Слишком нежный для драк, - заканчиваю за нее. - Но он сам захотел. Дальше можешь не продолжать.
Отталкиваюсь от стены, и иду на выход.
С каждым шагом запах апельсинов и праздника становится слабее. А реальность должна окончательно отрезвить. Не стоило так расслабляться…
- Игнат, постой! У него черный пояс по карате, я на той перемене узнала.
Останавливаюсь и оборачиваюсь.
- А еще…я…В общем, подслушала, случайно, его разговор по телефону. И он сказал, что всегда носит с собой нож!
Апельсиновый флер возвращается, и снова кружит голову.
Алиса делает шаг ко мне, заглядывает в глаза.
- Я…переживаю, - бормочет она, и тут же прячет взгляд.
А я опять стою как безвольный истукан и снова ловлю неподдельный кайф.
От близости и осознания, что она волнуется за меня, а не за него. Настолько, что даже готова признаваться в этом открыто.
Подается ко мне, и, наплевав на все, я достаю руки из карманов и обнимаю.
За плечи вначале, и несколько секунд просто не дышу. Но справившись, аккуратно скольжу дальше по ее ровной спине, пока, наконец, не прижимаю к себе ее всю.
Соблюдая, при этом долбанные приличия. Не хватало еще напугать. Она ведь маленькая.
Но даже так…Как же меня долбит и размазывает…
Это настолько высший кайф…
Лучше я чувствовал себя лишь тогда, когда нес ее на руках после падения. Понимал, зачем она это сделала. Она всегда любила быть в центре.
Она всегда должна быть в центре. Чего бы ей это ни стоило.
И я был совсем не против, лишь бы шею себе не свернула.
Но когда понял, что все норм, и волнение отошло на второй план, тогда реально улетел в астрал.
Хоть и понимал, что ничего нам с ней не светит.
Но в тот момент специально шел помедленнее. А она обвивала меня за шею, и уткнувшись носом в ключицу, дышала на меня. А я дышал ароматом ее волос.
Сейчас я также усиленно вбираю его в себя. Как будто стараясь накопить про запас.
Какой же бред.
Как будто, если как следует напитаюсь, он будет со мной постоянно. Она…будет со мной всегда…
- Я…хочу, чтобы ты вернул мне кулон, - слышу нежный голосок.
Вдыхаю в последний раз, и, собрав все силы, отпускаю.
- Игнат!
- Проехали с кулоном, Принцесса, - предупреждаю.
Хрена ли про него, ту сцену мне не забыть еще долго. Это слишком.
- Я уверена, что ты его не выкинул!
А я уверен, что еще минута наедине, и я швырну тебя на парту, обездвижу, ухватив за запястья, и…
Нельзя, нельзя, нельзя. Ты…Не сходи с ума.
- Теперь при каждой встрече будешь говорить об этом? – выдаю вместо этого, безжалостно прогоняя видение, пока не размотал во всех подробностях.
- Если надо, то при каждой. Ты не мог выбросить. Не успокоюсь, пока не вернешь!
Шагаю к выходу, и рывком распахиваю дверь.
- Ты…Ты решил поиздеваться надо мной! Ты!!! Противный! – доносится мне в спину.
- Тогда пожелай, чтобы я проиграл, - бросаю, не разворачиваясь.
- И пожелаю! Зря я тебя предупредила, зря! Пусть ты проиграешь, пусть! Я буду несказанно этому рада. Ах, как я буду рада!
…
Эти слова еще долго стоят в моих ушах.
А после уроков мы собираемся на поле.
Против ожидания, не вся школа, лишь старшие классы, и те, кто прошел, в общем, фейс контроль. Парни собрали телефоны, чтобы никто ничего не снимал, а потом не слил.
- Думаешь, самый крутой? – усмехается Рудской.
А я вообще ни о чем не думаю.
- Ну что ж…
Кажется, он чувствует себя вполне уверенно. Для новичка. Ах, да, у него же черный пояс. И нож где-то в одном из карманов, к тому же. А то и не один.
Еще раз пробегаю глазами по его телу и одежде. Прицениваюсь к тому, как двигается. Прикидываю, какого удара ожидать.
- Молчишь? – прищуривается парень.
…
- Молчишь? – глумливо шепчет один из четверых.
Их лица выплывают из темноты, и склоняются надо мной. Каждое в жутком оскале. Их глаза горят азартом и жестокостью.
Я бы и рад ответить, но…
Не получается.
Рот может выдавать лишь нечто беззвучное, только тихие хрипы. Внутри все скручивает от боли.
- Проси, чтобы мы оставили тебя в покое. Умоляй.
- Идите нахрен, - наконец, кое-как выдавливаю.
И тогда они снова нападают.
Мне шесть, а каждому из них не меньше, чем по десять или одиннадцать. Меня…предупреждали насчет них. Но я не послушал, и вступил в перепалку. Не пересел за другой стол. А потом влез в чужую драку. В общем, оказался несговорчивым.
Они наказывают.
Они делают это ночью, подняли меня с постели.
Выволокли в закуток коридора, пытались сломать, а потом бросилидоживать до утра.
Вначале я не мог подняться. Не видел и не слышал ничего. В голове, и легких полыхал настоящий огонь. Но потом кое-как, практически наощупь, дополз до своей постели.
Самым сложным было наутро врать, что я поскользнулся в душе и упал.
Взрослые, не верили, но так и не выбили из меня, кто это сделал. Напоследок заметили, повезло, что зубы остались целы.
Повезло, когда остался жив после аварии, повезло теперь. Наверное, скоро мне можно будет вручать первый приз за везение.
- Можешь сдавать, нам все равно ничего не будет, - билось фоном в мозгу.
Но я не сдал. Не потому, что испугался их угроз, которые слышались между строк. А потому что решил сам. Сам разобраться. И работать над собой, чтобы больше не допускать подобного.
У меня...Наконец-то, появилась цель…
Впервые со смерти родителей, появилась хоть какая-то гребаная цель.
…
- Алиса мне нравится.
