— Я должен забрать ваш меч, сэр.
Сталкер в упор посмотрел на Хока. Фишер мгновенно подалась вперед. Сталкер бросил на нее взгляд, улыбнулся и протянул Хоку меч лезвием вверх.
— Пожалуйста, капитан. Вы, разумеется, вправе проверить.
— Благодарю вас, сэр рыцарь. Мы при первой же возможности вернем ваше оружие.
— Не беспокойтесь. У меня есть другое.
Следом за остальными гостями он скрылся в гостиной. Стражи переглянулись и слегка расслабились.
Затем Хок повернулся к Гонту, стоявшему на коленях около тела.
— Осторожнее, сэр, вы можете уничтожить вещественные доказательства.
Чародей, поняв намек, поднялся.
— Его горло просто вырвано. Никаких следов от орудия убийства — рана ужасна.
— Послушайте, — перебил его Хок. — Ваше заклятие еще в силе?
— Да. Я вам сообщу, если оно будет нарушено. Вне сомнения — убийца находится в доме.
— Хорошо. Спуститесь в гостиную и присмотрите за Кэтрин Блекстоун. Она в шоке. Вслед за первым ударом сразу второй. Бедняжка…
— Конечно.
Гонт вежливо кивнул и спустился в гостиную. Стражи задумчиво смотрели на бездыханное тело Боумена.
— Теперь мы не можем ждать ни от кого помощи, — сказала Изабель, — Нам придется искать убийцу самим.
— Да, — согласился Хок. — Если мы его не отыщем, до утра в доме никого и не останется. Никого…
5. КРОВАВАЯ НОЧЬ
— Итак, приступим, — произнес Хок. — Сначала осмотрим тело.
Они отложили оружие, опустились на колени и внимательно исследовали труп. На шее зияла страшная рана. Хок сердито нахмурился.
— Это сделано не мечом, — проворчал он. — Края раны рваные и неровные. Такие следы остаются от ножа с зазубренным лезвием. Посмотри, как разорвана кожа. Странное нападение. Будь мы не в доме, я бы предположил, что на него бросился зверь.
— Я согласна, — отозвалась Фишер. — Посмотри на его руки и грудь.
На груди Боумена — длинные окровавленные разрезы. Такие же раны покрывали его руки, которыми он, по-видимому, пытался прикрыть горло.
— Странно, — буркнул Хок, рассматривая раны на руках. — У него ведь было время поднять руки, почему же он не успел воспользоваться кинжалом? На лезвии нет ни капли крови.
— Возможно, он уронил кинжал, — предположила Изабель. Все произошло в один миг. Боумен не успел защититься. Бедняга. — Она присела на корточки и с состраданием уставилась на тело. — Знаешь, Хок, мне не по себе, даже стыдно: ведь Боумен был мне неприятен. Временами я готова была его разорвать на кусочки. Я считала, что убийца — он…
— Я тебя понимаю. Я тоже так думал. В этом есть резон — у него был мотив и возможности… И он мне тоже не нравился. — Хок устало помотал головой. — Ну ладно, извиниться перед ним мы все равно уже не сможем. Но зато мы отыщем его убийцу. Итак, если Боумена больше нет, кто у нас теперь главный подозреваемый?
— Кэтрин? — неуверенно произнесла Фишер — Она ведь первой оказалась на месте преступления.
— Вряд ли, — возразил Хок. — Одно дело всадить кинжал в грудь, а другое… Тот, кто нанес такие раны, обладает огромной силой — так быстро справился с человеком. Только голодный волк мог так разорвать горло. Вспомни, Кэтрин находилась очень близко к телу, но на ее одежде нет и следа крови.
— Ты прав. Убийца Боумена должен быть весь в крови. Ты видел…
— Нет, — быстро ответил Хок, — я внимательно рассматривал присутствующих, но крови ни на ком не заметил. Может, у убийцы было время переодеться.
— Черт, — выругалась Фишер, — если бы мы нашли одежду, поиск убийцы значительно бы упростился…
— В этом деле все непросто, — сурово оборвал ее Хок. — Хотя мы проверим все комнаты, но, боюсь, окровавленной одежды не найдем. Убийца слишком умен.
— А почему ты отобрал меч у Сталкера? — внезапно спросила Фишер.
— А что?
— Ты сказал, будто собираешься кое-что проверить. Что ты имел в виду?
— Да так, пустяки. Мне, откровенно говоря, не хотелось чувствовать его у себя за спиной с мечом в руках. Вспомни, ведь на нем оказались только брюки. А где рубашка? Сдается, он ее снял, желая избавиться от следов крови.
— Возможно. Знаешь, Хок, нам с тобой и раньше приходилось распутывать сомнительные дела, но это будет самое гнусное. Какая-то бессмыслица. Я понимаю, что Блекстоуна могли убить, у него врагов было больше, чем у всех нас вместе взятых. Но почему теперь Боумен? И зачем такой зверский способ убийства?
— Понятия не имею.
Поднявшись с колен, Хок какое-то время внимательно изучал кинжал убитого, потом заткнул его за голенище сапога. Фишер тоже поднялась и осторожно озиралась по сторонам. Меч она из рук не выпускала. Хок посмотрел на тело Боумена.
— Может быть…
— Что?
— Не исключено, что его смерть была случайной. Боумен вышел в коридор и, возможно, столкнулся с преступником, поэтому у того не было другого выхода, как только убрать нежелательного свидетеля.
— Но этим не объяснишь жестокость, с которой убийца расправился с Боуменом… И почему такие странные раны на руках и груди? Они явно напоминают следы когтей.
— Что ты хочешь сказать? По-твоему, он убит зверем?
— Не обязательно. Вспомни убийцу из Долины. Все считали, будто убийца — медведь, а им оказался человек с медвежьей лапой, привязанной к дубинке.
— Да, я помню это дело. Но зачем убийца пошел на такие хитрости, когда с Блекстоуном он расправился самым тривиальным образом? Если только…
— Если только что?
— Если только действовал тот же самый убийца. Вспомни, Визаж угрожала убить Боумена и отомстить за Блекстоуна…
— Два убийцы под одной крышей? Помилуй, Хок, это уж слишком! — застонала Изабель. — Я слышала слова Визаж, но в них звучали горе и гнев. Ты же ее видел. Неужели ты предполагаешь, будто такая крошка могла убить человека подобным способом?
— Нет, конечно. Слушай, а я ведь уже видел подобные раны.
— Правда? Где?
— В Девилс Хук, — резко ответил Хок. Он посмотрел на мертвое тело и сердито потряс головой. — Дело с каждой минутой все запутывается. Пойдем осмотрим спальни. Вдруг нам повезет.
— Будем надеяться.
Они начали с первого помещения слева от лестницы. Эту комнату Гонт предоставил Кэтрин после убийства Блекстоуна. Комната выглядела совершенно нежилой: горела масляная лампа, постель не смята. Кэтрин не откинула даже покрывала.
— Странно, — пробормотал Хок, глядя на постель. — Она была в шоке, Гонт дал ей успокоительное, но взгляни, она даже не прилегла. Она даже не разделась.
— Наверное, кого-то ждала, — предположила Фишер. — Боумена, например.
