из пластиковых отходов, по которым течет красное?
— Не хуже, чем Эолов и их остроконечные капюшоны, в которые они все никак не отвыкнут прятаться по поводу и без. Не хуже, чем обноски Странников. Столкнутся — и ничего с ними не произойдет. Ты же проповедуешь терпимость и толерантность здесь. Столкнутся — и пойдут дальше, — уже тише отвечает Тэсс. — А я предпочитаю теперь забывать. Сколько времени прошло, один ты и знаешь, один ты, наверное, и можешь его выносить. И все это.
— Твои мысли далеко, опять, — вздыхает Ки.
— Послушай, — Тэсс бросает взгляд за стекло, глубоким вздохом подавляя подкатившую волну тошноты. — Это все твое детище, понимаю. Но я устала. Мне просто плохо от этих просторов, от людей, марширующих по ним. Ты хотел эту Точку, но не я.
— А чего же ты хотела? — медленно вставая со своего места оператора, вкрадчиво произносит Ки. — Чего, Тэсс?
— Раньше — всего этого, только без одиночества. Теперь — просто уйти.
— Нет. Прости. Точка не отпустит тебя. Она нуждается в тебе, Тэсс. Все эти люди — нуждаются. Извини.
— Отпусти, — повторяет Тэсс совсем тихо. — Запиши мой рассказ — я скажу, что и как попросишь — и отпусти меня, дай уйти.
— Но куда же ты пойдешь, дитя? — Ки не тянется, чтоб дотронуться до ее руки или плеча, он физически не выносит латекса. — Куда? Идти не к кому.
— Я пойду на испытание. Не говори, что охранные системы Точки исчерпали себя, каждую декаду ты, Ки, проводишь через них десятки прибывающих в Точку.
— Не на полных мощностях, — кивает он в ответ. — И они проходят большими группами. И… И под моим контролем.
— Зачем? — усмехается Тэсс. — Боишься?
— Не все из них способны на то, на что были способны вы с Хэлом.
— Отпусти меня одну. Без твоего контроля, без вот этой мигающей надписи «Оператор» на твоей груди. Отпусти меня на испытание. Каким бы оно ни было, все лучше, чем так, как сейчас.
— Хорошо. Если это то, чего ты действительно желаешь. Только позволь тебе кое-то рассказать.
— Если я откажусь, ты ведь все равно заставишь слушать. Я видела, как тебе теперь подчиняются. Так что давай быстрее с этим закончим, и я уйду.
— Я постараюсь покороче. Ты должна знать… Связь, ее природа — не то, что мы думаем о ней. Что она такое нам не понять — тормозит какой-то барьер. Будто падает ментальная стена каждый раз, как ты пытаешься докопаться до ее сути.
— И?
— Мы с Эей были Связанными. Связанными Эолами. Когда нам вживили Диски и надели браслеты для прямых доступов в Архивы… я до сих пор помню, как она тогда взяла меня за руку. Мы лежали, как и положено в процессе вживления, на твердых кушетках, вокруг все было бело, Эолы в своих остроконечных капюшонах и прочее. Мне было холодно, Эя протянула свою ладонь, когда ограничители сняли — и меня обдало жаром. Потом, спустя много времени, меня отправили с отрядом Обороны в один из Оазисов Зеленых подавить восстание. Я никогда не забуду пустые глаза Освобожденных. Оборона била Зеленых электрощупами, Освобожденные попадали под раздачу тоже, падали, как мешки. Нежить, ни капли мысли за пустыми глазами без зрачков. А потом, возвращаясь в свой Оазис, я попал в бурю, совсем как Хэл. И я сломался. Я бежал! Меня подобрали Падальщики, тогда они еще не были так свирепы, они искали путь. Там был один старик, Падальщики ведь увлекаются модификациями тела, заменяют части себя на искусственные запчасти. Что выходит из строя… Этот старик отказывался на такие замены. У него не было ноги и глаза, но он говорил, что именно это его дорога. Он подсказал мне, как быть дальше. И я вспомнил про Точку — и понял, зачем она есть. Я тайно вернулся в Оазис Эолов, там, где оставил Эю. Я встретился с ней, но она уже стала Высшей, не физически, но ментально. Я пытался рассказать ей все, что узнал и понял — она уловила только то, что показалось ей необходимым. Я не замечал ничего, наша Связь помешала мне понять, что ей не стоит знать всего, что я тогда знал. Я рассказал о легенде, которую узнал от старика Падальщика. О Точке она уже знала! Не знаю, откуда, у нее был доступ, как и у меня, только я брезговал им пользоваться, а она… Высшая! И я говорил, говорил, что мы можем открыть Точку, что наша Связь это сделает. Но она… она сказала — и я никогда не забуду эти ее слова — «Уходи. Мы были близки, и поэтому я даю тебе эти мгновения, чтобы уйти. Я всегда буду против этого. Я должна найти себя, и этот путь не хуже других. Я буду против тебя, Ки, как ты себя ни назови. Я буду идти навстречу каждому твоему слову, и буду спорить с ним. Это мой путь.» А потом я ушел. Начал собирать таких же, как я, ищущих. Мы стали называть себя Странниками, мы начали восстанавливать заброшенные, отработанные Оазисы. К нам прибилась Мэмми, организовала Убежище, оно бесконечно кочевало по Пустыне… И странно — ни разу не попалось никому, кроме нас… Но я искал Точку, искал вас — два «ключа» к ней. И ничего из этого не сработало так, как я хотел.
Глава 16. Испытание
— Ты уверена? — Ки не глядя набирает шифр на замке. Полотно двери, ее пластик изъеден зеленью. — Даже я не знаю, что там может быть для тебя.
— Странно, да? — ухмыляется Тэсс. — Мы ни разу не поинтересовались, как те, кто создал Точку, кто собрал образцы растений, почв, вод и энергии, смогли сконструировать испытание, как умудрились сконструировать систему, которая может считать с тебя все, что угодно. Кем они были, Ки? Кто бы смог одинаково хорошо поработать с реальностью и тем, что только в твоей голове?
— Кид не рассказал мне этого, — Ки выдыхает, — да и как бы он мог, всего лишь наблюдатель. Он и Точки не видел полностью, только ее часть. Рассказы его были почти полностью сказкой.
— И ты делаешь сказку былью, да? — теперь Тэсс позволяет себе действительно рассмеяться. — Ходьба по струнке и рассказы о былых свершениях. Это твоя сказка, Ки?
— Ступай, — один резкий кивок в сторону открывшегося портала. — Я обещал, что не буду отслеживать то, как ты будешь проходить свое испытание, но я не обещал держать дверь открытой для тебя.
Ки толкает Тэсс в темноту — и той остается только один звук: двери, со скрежетом и почти плотоядным причмокиванием, закрываются. На нее обрушивается темнота.
***
Нет ни белого пространства, ни влажных джунглей — одна только тьма. С высоты, с боков, сзади, спереди — обломки и осколки, провода и гофрированные трубки.
— Я должна, — тихо произносит Тэсс, конечно же, только самой себе, ей хочется верить в то, что она одна тут. — Все лучше, чем следить за маршами и слушать, как Ки расписывает свой дивный новый мир.
Она пробирается, аккуратно шагая, разгребая невидимые преграды перед собой. Она ищет — и не находит ни единого источника света.
— Может, это и есть мое испытание? Бродить во тьме до скончания времен? А что? — усмехается она тишине. — Неплохо. Плата сразу за все.
Движение вперед начинает отнимать силы, время теряется, оно ощутимо искажается. Так же, как и тьма вокруг. Поначалу это только тонкая полоса слепящего света — Тэсс просто прикрывает лицо рукой. Но полоса растет. Тэсс закрывает глаза и продолжает идти. На появившиеся вокруг нее голоса.
— Температура объекта — норма, — произносит приятный женский голос откуда-то сверху. — Процесс восстановления на начальном этапе. Слуховые функции восстановлены
— Дайте пакет и пришлите кого-нибудь тут убрать, — вклинивается еще один голос, без эмоций.
Тэсс проводит руками по воздуху, замечая, что он стал плотнее — и почти превратился
