– Что передать маме?
И, не смотря на троих беглых вампиров, на заснувшую по моей вине итальянскую красавицу, потерянную счастливую монетку и волшебный пергамент, стонущего у стены Федерико, смертельную угрозу всей семье Лепрэнто и насквозь пропитанный кровью костюм, я набрал в легкие побольше воздуха, закрыл глаза и уверенно произнес:
– Скажи маме, что у меня все хорошо!
Глава 9. Недоброе утро
Когда я снова открыл глаза, ничего не изменилось. Должно быть, потому что прошло не более трех секунд. Селеста смотрела на меня удивленно-задумчивым взглядом, в ее бездонных зелено-голубых глазах читалось сочувствие и полное недоумение. Кажется, у нее никогда не было младших братьев или сестер. По крайней мере, тех, кому грозила смертельная опасность.
Федерико, сидя на полу, с треском снял свою темную майку и снова прислонился спиной к холодной стене. Его грудь, плечи и живот были сплошь покрыты старыми шрамами, страшные белые рубцы сильно выделялись на загорелой коже. На счету этого крепкого парня было не менее сотни драк, из которых он непременно выходил победителем, раз остался жив. Не обращая внимания на нас, Рико принялся вытирать майкой кровь со своего лица, отчего и без того темная ткань в свете тусклых ламп быстро стала черной. Два ужасных глубоких шрама теперь всегда будут пересекать его загорелое лицо. Большие серые глаза каким-то чудом остались целы: клыки вампира впились в щеку всего на полсантиметра ниже.
Дверь на пожарную лестницу распахнулась, выпустив из ночного клуба Андреа, который тащил за руку Диану. Девушка теперь была одета, как обычный подросток – в однотонную темную футболку и суженные синие джинсы. Странно, куда подевались ее рога и копыта?
В руке, свободной от мертвой хватки Андрэ, девушка несла обычный стакан, наполненный странной светящейся бирюзовой жидкостью, на поверхности которой то и дело всплывали пузыри. Создавалось впечатление, будто напиток был газированным или кипел прямо в стакане.
– Я привел вам барменшу! – гордо заявил на английском мальчишка, захлопнул ногой дверь и посмотрел на Селесту. – Зачем она тебе понадобилась?
– Эта мне незачем! – ответила та, разочарованно покачав белокурой головой. – Мне нужна была Лаэна! Девушка-львица! А ты кого притащил?
Андреа беспомощно захлопал голубыми глазами, уставившись на Диану, точнее, на ее стройные, длинные, красивые девчачьи ноги в отличных фирменных джинсах и новых кроссовках. От совсем недавней короткой юбки, козьих лап, сплошь покрытых пушистой рыжей шерстью, и аккуратных серых копыт не осталось и следа. Он взглянул на голову. На огненно-рыжих кудрях, умело уложенных стойким лаком, теперь не лежал зеленый венок из свежих листьев винограда и не торчала пара небольших, как у молодого козленка, рожек. Она что, тоже сняла их? Что за маскарад?
– Лаэна? – переспросил Андреа, виновато краснея; он сдул с лица прядь своей непослушной белобрысой челки и стал оправдываться, как первоклассник после каникул, – Львица? Когда я вбежал в клуб, там у всех лапы… то есть ноги стали нормальными!
Селеста обреченно тяжело вздохнула, пробормотав в мою сторону (естественно, на русском, чтобы никто ничего не понял) что-то вроде:
– Сам объяснишь Аресу, – она коснулась пальцами рукояти Витаниса, клинка смерти за ее темным кожаным поясом, – почему на этом корабле нежити стало больше, чем крыс.
– Это дорогущий круизный лайнер, – виновато пожал я плечами, – здесь нет крыс.
А что еще можно ответить девушке с роскошными белокурыми волосами и кучей непонятных претензий именно ко мне? Она сама-то себя понимает?
– Не ссорьтесь! – улыбнулась Диана, рывком освобождая свою руку из хватки Андре. – У меня кое-что есть для вашего покусанного красавчика!
Федерико приоткрыл глаза и потянулся к стакану с сомнительным напитком, но барменша бесцеремонно плеснула ему в лицо кипящую бирюзовую жидкость, вылив ровно половину. Раздалось громкое шипение, будто в огонь попала вода. Рико громко вскрикнул, закрывая лицо руками, над его головой в воздух начали подниматься ядовито-зеленые клубы дыма, запахло чем-то жженым. Андре выругался на итальянском, бросаясь к брату.
– Это кислота?! – закричал я. – Ты совсем опухла?
Диана усмехнулась и вылила остатки своего зелья на руку Рико, ту самую, которую покусал вампир. Парень все еще закрывал ладонями лицо, пряча его от присутствующих. С его губ сорвался громкий стон, вокруг заплясали зеленые клубы дыма. Андрэ, не помня себя от шока, схватил барменшу за руку, пустой стакан тут же выскользнул из ее пальцев, разлетевшись вдребезги о ступени. Звонкое эхо побежало по всем этажам запасной лестницы.
– Что ты с ним сделала?! – закричал Андрэ, падая на колени перед старшим братом и пытаясь убрать его руки от лица. – Ты заплатишь за это!
– А я думала, что кто-нибудь заплатит мне! – усмехнулась Диана; ее карие глаза смотрели обиженно и оскорбленно из-под черных длинных ресниц. – Я жду!
Федерико наконец-то убрал ладони от лица: там, где раньше по его загорелым щекам бежала кровь, блестели ярко-бирюзовые капли напитка. От двух глубоких ран осталась лишь пара тонких, словно серебряные нити, параллельных шрамов, проходящих от верха его щеки до подбородка. Его короткие, растопыренные во все стороны темные волосы цвета спелого ореха, насквозь пропитались волшебным зельем и теперь доходили ему до плеч, словно он не был у парикмахера уже несколько лет. То же самое случилось и с его щетиной: она превратилась в густую темную бороду и длинные закрученные вверх усы. Рико стал похож на молодого маркиза из средневековой Италии. Напиток каким-то чудесным образом увеличил его серо-голубые глаза, исправил сломанный нос и предал его лицу благородный вид.
– Федерико! – выдохнул Андрэ, хватая обновленного брата за укушенную руку; от клыков вампира на коже осталась лишь пара серебристых шрамов-точек. – Ты… ты похож на… на…
– Казанову! – улыбнулась Селеста, за руку поднимая Рико с пола.
– Но… как? – шепотом спросил раненый, ощупывая свою бороду и лицо руками. – Как?!
По его могучим плечам и накаченному торсу все еще стекали капли магического зелья, стирая за собой шрамы и рубцы и разглаживая смуглую кожу парня, словно утюгом.
– Кто-то, кажется, собирался мне заплатить? – напомнила о себе Диана, развернувшись к Андрэ. – Быстрее, красавчик, меня ждут в баре на палубе!
– Конечно, сеньорита! – ответил скрипач, громкое эхо несколько раз повторило его слова. – Все что захочешь! Мой отец не пожалеет ни купюр, ни золота!
– И все? – разочарованно произнесла рыжая барменша. – Теперь все смертные так платят за жизнь? Бумажками и побрякушками?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
