Зельма в принципе никуда не торопилась, поскольку прекрасно, по ее словам, знала, где находится ресторан. Супруги Бюхнер шли довольно быстро, но часто останавливались, чтобы передохнуть и «подышайт волшебный аромат эукалипт». Джакомо Бартоломео, судя по выражению его лица, успел трижды проклясть свое решение взять с собой подрамник, который нещадно колотил его по тощим бледным ногам и сползал с плеча. Гордон Джонсон старался изо всех сил — но его коротеньким пухлым ножкам было не угнаться за Пруденс и Брюсом. Тропинка между тем шла в гору все круче и круче, так что даже Кэти начала спотыкаться и слегка пыхтеть.
Они уже углубились практически в чащу эвкалиптов, когда небо разорвал ослепительный сполох молнии, а вслед за ним раздался ужасающий грохот. Кэти оглянулась и увидела, вернее не увидела Зельму. Это было странно, поскольку ослепительно-зеленое парео и розовый купальник явно не могли затеряться в листве. Кэти нерешительно посмотрела вперед — растянувшаяся процессия была уже не видна между деревьев. Кэти снова посмотрела назад.
Куда могла деться эта глупая Зельма Паттерсон? Кэти Спэрроу ужасно злилась — но и тревожилась. Зельма успела прилично выпить, а здешние тропинки ровными не назовешь. Вдруг она споткнулась, упала, ударилась головой и потеряла сознание?
Интересно, как же ее тогда тащить...
Кэти решительно зашагала в обратном направлении, но очень скоро поняла, что заблудилась. Вокруг высились громадные деревья, тропинку она потеряла, духота стала ужасающей, а гром теперь гремел почти не останавливаясь. Иногда яркие вспышки молний пробивались даже сквозь листву, и Кэти вдруг пришло в голову, что при грозе ни в коем случае нельзя находиться под высокими деревьями... Правда, их тут очень много, но где гарантия, что молния не ударит именно в то, под которым сейчас стоит несчастная Кэти Спэрроу? Совершенно не понимая, в какую сторону она идет, Кэти бросилась на просвет — и неожиданно оказалась на опушке эвкалиптовой чащи. Именно в этот момент, словно по заказу, от неба до моря полыхнула ветвистая ярко-синяя молния, оглушительно грянул раскат грома, и на голову перепуганной Кэти Спэрроу обрушился поистине тропический ливень. Вероятно, именно такой дождь имеется в виду в выражении «небеса разверзлись»...
Кэти пронзительно завизжала и кинулась обратно под сень спасительных эвкалиптов. Про Зельму Паттерсон она больше и не вспоминала.
Сразу стало холодно, тонкий льняной сарафан противно облепил все тело. Проклиная самоуверенность леди Пилбем, девушка съежилась под деревом, тщетно стараясь укрыться от дождя. Эта худощавая лошадь наверняка уже сидит в кафе и посмеивается... нет, ржет над заплутавшей в лесу секретаршей своего ненаглядного Брюси...
Внезапно затрещали кусты, и Брюс Блэквуд, ухитрявшийся импозантно выглядеть даже в легкомысленных бермудах и прозрачном дождевике на голое тело, возник перед Кэти Спэрроу. Он распахнул полы дождевика, Кэти кинулась к нему в объятия и возопила:
— Брюс! Какое счастье! Откуда у тебя плащ?
— Отобрал у Гордона. Они уже в ресторане, сидят и трескают буйабес, а я пошел искать тебя.
— Ты хороший, добрый человек, Брюс Блэквуд, Господь вознаградит тебя за доброту. Я боюсь грозы.
— Лучше скажи, как ты здесь оказалась? Если бы не твои вопли, я прошел бы мимо.
— Я Зельму искала. Она отстала и куда-то делась. Надеюсь, ее не смыло в море.
— Силикон не тонет.
Кэти не удержалась от ехидства:
— А как же тебя отпустила леди Пилбем?
— Я сбежал. Она сегодня явно не в себе. Всю дорогу вещала о своей любви к экологии. Магнитная буря, не иначе.
— Нехорошо так говорить о своей без пяти минут невесте.
— Понятно. Еще одна спятила. Ох уж эти бури...
Кэти сердито посмотрела ему в глаза.
— Если ты не видишь очевидного, то так тебе и надо. Она же демонстрирует, какой вы будете замечательной парой. Мало того что счет общий, так еще и интересы...
— Я не собираюсь на ней жениться, а она пока не собирается за меня замуж. Зачем я ей?
— Как — зачем? А зачем покупают породистых лошадей? Ты — красавец, богач, удачливый бизнесмен, твои фото украшают все глянцевые журналы мира... Пруденс поставила перед собой стратегическую цель, а чего Пруденс хочет — то она и получает.
— Вот спасибо! А я, значит, бессловесный идиот, который идет на поводу у решительной бабенки?
— Но ведь это решило бы все твои проблемы разом... Вместе у вас будет контрольный пакет акций, который позволит контролировать все предприятия и...
— Посмотри на меня, Кэт.
Она испуганно и растерянно посмотрела ему в глаза — и утонула в их бездонной, потемневшей глубине. Брюс медленно провел ладонью по пылающей щеке Кэти.
— Что с тобой, Котенок? Почему ты говоришь об этом сейчас, под дождем, в лесу, когда я тебя обнимаю и твое тело так близко? Ты хочешь отвлечь меня от единственной мысли, единственного желания, которое мучает меня весь этот месяц?
— Брюс, не надо...
— Смотри мне в глаза, Котенок. Ты же смелая, почему ты боишься? Ведь ты сама сказала: любовь — это когда на равных и по-честному.
— Мы никогда не будем на равных, Брюс.
— Что это за ерунду ты несешь? Ты еще вспомни, что я граф.
— Мы и без того принадлежим к разным мирам.
— А так?
И он прижал ее к себе еще крепче, а потом наклонился и стал целовать — медленно, нежно, страстно... Кэти закрыла глаза. Через некоторое время Брюс оторвался от ее губ и тихо спросил:
— Почему ты все время бежишь от меня? Неужели я такой плохой парень?
— Нет. Просто ты — охотник.
— В каком смысле?
— Ты не меня любишь, тебя дразнит моя неприступность, мой отказ быть с тобой. Ты не виноват, у тебя такая натура... Как только я уступлю, ты потеряешь ко мне интерес.
— Ты так уверена?
— Я не хочу проверять это на своей шкуре...
Вместо ответа Брюс снова стал целовать ее, и Кэти Спэрроу обреченно поняла, что не в силах ему сопротивляться. Она закинула руки Брюсу на шею, прижалась к нему и ответила на его поцелуи со всей страстью, которая скопилась в ее сердце...
Время утратило смысл. Дождь больше не имел значения. Вообще ничто не имело значения, только руки Брюса, только его губы у нее на плечах, груди, губах.
В этот момент громко и отчетливо треснул сучок, и визгливый голос Зельмы Паттерсон дурашливо произнес:
— Оп-па! Так вот что значит «личный помощник»? Я бы сказала, «глубоко личный».
Кэти и Брюс повернулись как по команде, еще тяжело дыша и не вполне придя в себя. Зельма стояла в нескольких шагах от них, крепко держась за ствол молодого эвкалипта. Парео и купальник плотно облепили ее телеса, блондинистые локоны повисли словно мокрая пакля, поплывшая косметика придала лицу довольно устрашающее выражение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
