чувствуя, как от собственных действий длинный палец проникает глубже, принося сладкое, на грани боли, удовольствие. Меня разрывало от ощущений. Я никогда не испытывала подобного. Желая повторения, резче толкнулась на него, снова насаживаясь на палец и чувствуя, как острые зубы осторожно прикусили клитор. Двигалась снова и снова, наслаждаясь остротой ощущений.
— Черт, это слишком горячо!
Резко выйдя из ануса и подскочив на ноги, Киллиан жестко схватил меня за бедра, проникая в лоно одним резким толчком.
Руки погладили ягодицы и скользнули выше, вынуждая меня оторваться от спинки дивана и прижаться к резко вздымающейся груди. Зубы прикусили шею, а толчки становились все резче и настойчивее, сотрясая все мое тело. Проникая глубоко, заставляя почувствовать каждый сантиметр твердого члена.
Закинув руку за голову, я вцепилась в волосы мужчины. Рвущееся наружу вожделение сводило с ума. По комнате разносились крики, стоны, рычание, страстные влажные шлепки от двух сгорающих в своем удовольствии тел.
Кульминация была резкой и всепоглощающей, я билась в конвульсиях, удерживаемая в вертикальном положении лишь сильными руками. Чувствовала, как тело сотрясается, плавится в бушующем наслаждении. Я не могла дышать, сжимаясь в накатившем оргазме.
Киллиан не заставил себя долго ждать, с последним резким толчком прижался губами к моему плечу, царапая зубами кожу и изливаясь глубоко во мне.
Не отпуская меня, он повернулся, падая на диван и утягивая меня за собой, устраивая на своей тяжело вздымающейся груди и прижавшись губами к моей макушке.
Некоторое время мы молчали, просто пытаясь отдышаться и прийти в себя от пережитых острых ощущений.
Когда Киллиан наконец заговорил, его голос был тихим и хриплым.
— Лисенок... я так боюсь...
Приподняв голову с широкой мужской груди, я заглянула в серьезные сиреневые глаза.
— Что именно тебя пугает?
— Что проиграю в битве, что снова тебя потеряю, — его слова были пропитаны мукой, что лежала на сердце тяжелым грузом. — Я умру, если ты снова исчезнешь из моей жизни.
— Да, я помню... проклятие инкуба.
— Да причем здесь проклятие? Я просто не хочу такой жизни! Фрейя, я чертовски сильно тебя люблю!
Глава 31
Киллиан
В подземелье Альмарэна было холодно и промозгло. Но это все мелочи. Тело изнывало от усталости.
"Если задуматься, в последний раз я нормально спал перед выездом в Ристол. Как бы инстинкты и реакция не подвели в самый неподходящий момент".
Я поддался сонливости, окутывающей меня, подобно теплому одеялу, уносящему в спокойное небытие. Даже сырость и затхлый воздух не помешали провалиться в сон.
Проснулся от звука шагов, эхом раздающихся по темнице. Протерев глаза и смахнув дремоту, я, стараясь сохранить расслабленный вид, отвернулся от арочного входа, прислушиваясь к приближающимся звукам.
На пороге показался худощавый рыжеволосый феникс. Именно его я меньше всего хотел видеть. Похоже, что, преодолев свой страх, он решил спуститься. Очевидно, желание увидеть меня за решеткой пересилило ужас, что я в нем вызвал при нашей последней встрече... А жаль.
Вальяжно подойдя к клетке, он, улыбаясь, прошелся по мне презрительным взглядом.
— Наконец — то ты на своем месте... Даже глаз радует. Монстрам не место среди нас.
— С каких пор Вы, советник Мальхом, позволяете себе подобную фамильярность?
Цыкнув, этот рыжий таракан схватился за решетку.
— Ты не заслуживаешь другого обращения... Монстр, чудовище хуже нежити, шляющейся по вашим лесам. Если те убивают инстинктивно, ты, расчетливый ублюдок. Намеренно влезаешь в головы своих жертв, внушая им ненормальные мысли, — он как — то нервно сглотнул, а меня окутал сладкий привкус его страха.
"Нет... Он не смог его преодолеть. Тогда почему он здесь?"
— Не долго тебе здесь сидеть. Готовься к свиданию с виселицей, — продолжал плеваться проклятиями феникс.
Поднявшись с жесткой скамьи, заменяющей кровать, подобно хищнику, я направился к прутьям решетки.
— Да, Мальхом... Ты даже не представляешь, насколько прав. И как только двери решетки откроются, я приду за тобой... Могу убить тебя во сне, если хочешь, — выдавил из себя кровожадную ухмылку, зная, какое впечатление она произведет на трусливого слабака. — Хотя, знаешь, нет. Ты не заслуживаешь легкой смерти, — в качестве награды меня окутал более приторный запах ужаса. Советник тяжело сглотнул. — Я чувствую твой страх... Он сводит с ума, я прав? Как ты вообще осмелился сюда спуститься?
— Я тебя не боюсь, — в опровержение его слов голос феникса дрогнул.
— Кажется, я тебя раскусил. Ты знаешь об инкубах больше других и привез сюда Фрейю, чтоб спрятаться за ее спиной... Не слишком ли жалко? Какой же ты мужчина?
Прислушиваясь к чувствам Мальхома, я надеялся ощутить злость, ненависть, презрение, но то, что я почувствовал, выбило меня из равновесия. Страх рассеивался, оставляя вместо себя трепет и безумный восторг.
"Черт! Да он ненормальный. Такая биполярность невозможна для здорового существа".
— Вот именно, Киллиан! Пока ты сидишь, запертый в этой убогой дыре, я волен делать, что захочу. Что ты почувствуешь, если твою обожаемую рыжулю сожрут гули или растерзают ырки? Она бесполезна для меня... Я ее брал как чистокровную, но кто бы мог подумать, что ты все испортишь. Мелкий гаденыш, только появившийся в убежище... Приблуда без рода и племени. Как тебя вообще приняли такого. Все из — за тебя!
— Только тронь ее!!! Решетка для меня не помеха, — готовый напасть, я схватился за прутья по другую сторону от кровного врага. — Что ты несешь?! Как у тебя язык повернулся?! Ты забрал ее. Вынудил бросить меня! Чего ты еще хочешь?
Все больше убеждаясь в его сумасшествии, я не знал, чего ожидать.
Страх Мальхома стал растворяться, сменяясь извращенным удовольствием от этого разговора.
— Неужели... — вопросительно он посмотрел на меня, обдумывая свои мысли, — Как интересно... Выходит, я знаю об инкубах больше, чем ты сам?! Как я и думал, ни на что не годишься... Так боишься своей природы, что не хочешь знать правду... Но ты уже нанес вред...
Прежде чем я успел хоть что — то сказать, на лестнице снова послышались быстрые шаги, и на пороге оказался один из фениксов, сопровождающих Мальхома.
— Советник Мальхом, все в сборе. Мы готовы выезжать. Миледи ожидает в главном холле.
Не произнося ни слова и больше не обращая на меня внимания, оба феникса покинули комнату, оставляя в моей душе замешательство и растерянность.
Глава 32
Фрейя
Все слишком странно. Подготовка к отъезду была поспешной. Мы будто сбегали из Альмарэна, никого не предупредив.
По словам стражи, Азариэль был на совещании и должен освободиться только через час, как и планировали заранее.
Зеса тоже нигде не
