с готовностью принимала это знание и хотела узнать еще больше. Я давал ей книги, и она с жадностью прочитывала их. Она организовала и прошла курс с Кэрол и со мной по Каббале, иудейским мистическим писаниям, которым много сотен лет. Реинкарнация и промежуточные планы — основополагающие догматы каббалистической литературы, однако большинство современных евреев не знает об этом. Дух Минетты укреплялся, в то время как тело ее разрушалось. Страх смерти у нее уменьшился. Она начала жить в предвкушении воссоединения со своим любимым мужем, Беном. Она верила в бессмертие своей души, и это помогало ей выносить боль. Она держалась за жизнь, ожидая рождение еще одного внука, первого ребенка ее дочери Донны. Она встретилась с Катериной в госпитале во время одного терапевтического курса, и они моментально сошлись. Искренность и честность Катерины помогли Минетте укрепить веру в существование жизни после жизни.
За неделю до смерти Минетта была госпитализирована в онкологическое отделение госпиталя. Кэрол и я могли проводить с ней время, беседуя о жизни и смерти и о том, что нас всех ждет после смерти. Женщина удивительного достоинства, она решила умереть в госпитале, где за ней могли ухаживать медсестры. Донна, ее муж и их шестинедельная дочь пришли к ней, поговорить и попрощаться. Мы все почти постоянно были рядом с ней. Около шести вечера, незадолго до того как Минетта умерла, Кэрол и я, придя домой из больницы, почувствовали сильную потребность вернуться, что мы и сделали. Следующие шесть или семь часов были наполнены безмятежностью и трансцендентальной духовной энергией. Хотя дыхание у Минетты было затруднено, она больше не чувствовала боли. Мы говорили о ее переходе в промежуточное состояние, о ярком свете и духовном присутствии. Она молча просмотрела свою жизнь и постаралась принять ее негативные фрагменты. Казалось, она знает, что не сможет уйти, пока этот процесс не завершится. Она находилась в ожидании очень особого момента, чтобы умереть: раннего утра. Она проявляла все больше нетерпения, ожидая наступления этого момента. Минетта была первым человеком, процесс умирания которого я контролировал таким образом. Она укрепилась духом, и наше горе было смягчено всем этим опытом.
Я выяснил, что моя способность исцелять пациентов значительно возросла не только относительно фобий и тревог, но и особенно относительно утешения, связанного со смертью, умиранием или горем. Интуитивно я знал, в чем была проблема и в каком направлении нужно проводить терапию. Я мог передавать чувство покоя и надежды. После смерти Минетты ко мне обращались за помощью и другие люди, умирающие или пережившие смерть близких. Многие не были готовы узнать о Катерине или литературе на тему жизни после смерти. Но, далее не передавая это специфическое знание, я чувствовал, что все же могу поделиться посланием. Тон голоса, явное понимание процесса и их страхов и чувств, взгляд, прикосновение, слово — все это могло сработать на определенном уровне и затронуть струнку надежды, забытой духовности, общечеловеческих знаний и далее больше. А для тех, кто был готов к большему, рекомендованные книги, чтения и рассказы об опыте Катерины и других были подобны потоку свежего воздуха, ворвавшемуся в открытое окно. Те, кто был готов, ожили и восстановились. А прозрение они обрели еще быстрее. Я убежден, что психотерапевты должны открыть свой ум. Как необходима научно-исследовательская работа, чтобы точно зафиксировать опыт и переживания, связанные со смертью и умиранием, точно также требуется больше практической, экспериментальной работы в этой области. Психотерапевтам необходимо учитывать возможность жизни после смерти и включать это в свою работу с пациентами. Им нет надобности использовать гипнотическую регрессию, но их ум должен быть открытым, они должны делиться своим знанием с пациентами и не игнорировать их опыт и переживания.
В настоящее время люди травмированы возрастанием угрозы их жизни. Эпидемия СПИДа, угроза ядерного уничтожения, терроризм, болезни и многие другие катастрофы нависли над нами и терзают нас каждодневно. Многие подростки считают, что им не удастся пережить далее свое двадцатилетие. Эта невообразимая ситуация отражает колоссальные стрессы в нашем обществе.
На индивидуальном уровне послания Катерины подействовали на Минетту ободряюще. Ее дух укрепился, и она почувствовала надежду перед лицом большой физической боли и разрушения тела. Но послания предназначены для всех нас, а не только для умирающих. И для нас есть надежда. Нам нужно больше клиницистов и ученых, сообщающих о других «Катеринах», чтобы подтвердить и распространить эти послания. В них имеются ответы. Мы бессмертны. Мы всегда будем вместе.
ГЛАВА 12
С нашего первого гипнотического сеанса прошло три с половиной месяца. У Катерины не только полностью исчезли болезненные симптомы: помимо исцеления, у нее наблюдалось развитие некоторых качеств и способностей. Она просто светилась, окруженная энергией спокойствия. Люди тянулись к ней. Когда она завтракала в кафетерии нашего госпиталя, многие мужчины и женщины стремились присесть за ее столик. «Вы прекрасно выглядите. Я просто хотел вам это сказать», — обычно говорили они ей. Она, как рыбак, наматывала их на невидимую психическую «катушку». А ведь до этого на протяжении нескольких лет она питалась в этом кафе, совершенно не привлекая ничьего внимания.
Как обычно, она быстро погрузилась в глубокий гипнотический транс в моем едва освещенном кабинете. Ее светлые волосы разметались по декоративной подушке.
«Я вижу здание… Оно каменное. И наверху здания что-то вроде шпиля. Оно находится в гористой местности. Очень сыро… очень сыро снаружи. Я вижу повозку. Я вижу едущую мимо повозку… спереди. На повозке сено, какая-то солома или еще что-то, корм для животных. На ней несколько мужчин. Они держат что-то вроде знамени: палку, на конце которой что-то развевается. Очень яркие краски. Я слышу, что они говорят о маврах… маврах. И о войне. У них на голове какой-то металлический головной убор… Это 1483 год. Речь идет о викингах. Мы воюем с викингами? Идет война».
«Вы находитесь там?» — спросил я.
«Я этого не вижу, — ответила она тихо. — Я вижу повозки. Они двухколесные, два колеса и открыта задняя стенка. Они открытые, т. е. по бокам; перекладины, деревянные перекладины, скрепленные вместе. Я вижу… что-то металлическое у них вокруг шеи… очень тяжелый метал в форме креста. Но концы изогнуты, они круглые… на кресте. Сейчас праздник в честь одного святого… Я вижу мечи. У них какие-то ножи или мечи… очень тяжелые, с очень тупым концом. Они готовятся к сражению».
«Попробуйте найти себя, — скомандовал я. — Посмотрите вокруг. Возможно, вы солдат. Откуда-то вы их видите».
«Я не солдат», — уверенно ответила она.
«Посмотрите вокруг».
«Я принес кое-что
