В полдень восьмерка «мигов» под командованием комэска старшего лейтенанта Соколова нанесла повторный штурмовой удар по материальной части самолетов противника на аэродроме Сингурены (Бельцы). На стоянках аэродрома самолеты противника размещались в двух группах, одна из которых насчитывала до 20 истребителей Me-109, а вторая — до 15 бомбардировщиков, все самолеты стояли нерассредоточенными. С высоты 300–400 метров МиГ-3 атаковали стоянки бомбами ЗАБ-50, АО-25 и пулеметным огнем. Возникло несколько очагов пожара, было повреждено и уничтожено до 10 вражеских самолетов. В результате достигнутой внезапности аэродромные зенитные средства открыли огонь с запозданием, когда уже на аэродроме рвались бомбы и горели самолеты. На свой аэродром с боевого задания не возвратились старший лейтенант Анатолий Соколов и младший лейтенант Алексей Овсянкин. По докладам экипажей, их самолеты, сильно поврежденные зенитно-пулеметным огнем, ушли от аэродрома противника и произвели посадку, а вероятнее всего… упали на территории, занятой противником.
Старший лейтенант Соколов Анатолий Селиверстович родился в 1914 году в Москве, русский. В Советской Армии с 1932 года. В 1935 году окончил Военную школу летчиков. В полк прибыл в феврале 1940 года на должность заместителя командира авиаэскадрильи. После окончания курсов 7 июля 1941 года вступил в обязанности командира 1-й эскадрильи, с этого же числа принял участие в боях. За короткое время проявил себя смелым и отважным командиром, водил группы на штурмовку вражеских войск, сопровождение своих бомбардировщиков на задание, вел воздушную разведку.
Младший лейтенант Овсянкин Алексей Иванович родился в 1919 году в деревне Долгое Зарайского района Московской области. Русский. В Красной Армии с 1937 года. В 1938 году окончил Борисоглебскую военную школу летчиков. В полк прибыл с первого дня его формирования. Еще до начала войны участвовал в дежурстве по охране государственной границы от проникновения вражеских самолетов-разведчиков. Летал на всех типах самолетов, имевшихся на вооружении полка. В бою проявлял находчивость, отвагу и мужество, сбил два вражеских самолета.
В этот же день четверка «мигов», возглавляемая старшим лейтенантом Ивачевым, с летчиками Комлевым, Лукашевичем и Меметовым, выполняя задачу прикрытия переправы через Днестр в районе Рыбниц, вела воздушный бой с группой «юнкерсов», прикрываемых «мессерами». Самолет Константина Ивачева получил незначительные повреждения. На смену четверке Ивачева в воздух поднялась пара МиГ-3 летчиков Виктора Викторова и Николая Столярова. Эта пара с боевого задания на свой аэродром не возвратилась — по данным наземных наблюдателей, летчики вели воздушный бой с большой группой самолетов противника.
Лейтенант Викторов Виктор Михайлович родился в 1912 году в рабочей семье в деревне Новая Старицкого района Калининской области. Русский. В Красной Армии с 1934 года. Закончил Военную авиационную школу летчиков в 1939 году, в полк прибыл в первые дни его формирования на должность командира звена. В боях принял участие с первого дня войны. Совершил свыше 50 боевых вылетов, в воздушных боях лично сбил три самолета противника.
Младший лейтенант Столяров Николай Матвеевич родился в 1918 году. Русский. В Красной Армии с 1938 года, в этом же году окончил Борисоглебскую военную школу летчиков. С прибытием в полк был назначен командиром звена. В боях принял участие с первого дня войны. Произвел свыше пяти десятков боевых вылетов. О судьбе летчика были противоречивые сведения — одни утверждали, что Николай Столяров погиб в воздушном бою, по другим источникам, он был тяжело ранен в воздушном бою и с места падения самолета эвакуирован в госпиталь на лечение.
С этого дня активная боевая деятельность полка в небе Молдавии была в основном закончена, хотя вылеты главным образом на воздушную разведку и штурмовку продолжались еще несколько дней. 55-й истребительный полк получил новые задачи, на другом направлении. Личный состав стал готовиться к перебазированию, летчики изучали район предстоящих боевых действий.
Оставим пока фронтовые дела и вернемся к 1938 году, продолжим наш путь из Минского аэроклуба в Борисоглебское военное училище летчиков-истребителей.
Борисоглебское военное авиаучилище
Это было в декабре 1937 года. Группа бывших учлетов, окончивших Минский аэроклуб, получив путевку в военное училище, направлялась по железной дороге в Борисоглебск, небольшой город в Воронежской области, знаменитый своим старейшим военным авиационным училищем.
С прибытием в училище мы были помещены в огромную казарму и оказались на положении карантина, не имея возможности выйти за ее пределы. Казарма представляла собой многоэтажное кирпичное здание с жилыми, служебными и учебными помещениями.
К этому времени сюда уже съехалось много таких же, как мы, парней, окончивших другие аэроклубы страны. По летной подготовке все были примерно одного уровня, за исключением небольшого числа инструкторов аэроклубов, имевших больший опыт и значительный налет на учебных самолетах. В основном же это были разношерстные группы людей, имевших желание стать военными летчиками, — рабочие, служащие, учащиеся, колхозники, бывшие солдаты и матросы.
Потянулись томительные дни ожидания — мы проходили мандатную и медицинскую комиссии, слушали беседы более опытных летчиков, занимались спортом.
Постепенно, по мере формирования учебных групп и подразделений, в карантине оставалось все меньше и меньше людей. Так пришел и мой черед в один из первых дней января 1938 года, когда была укомплектована очередная группа. Мы пошли в баню, сбросили свою разношерстную гражданскую одежду и переоделись в военную курсантскую форму. Мы неимоверно преобразились, стали непохожими на самих себя — воины, да и только!
5 января 1938 года нам был объявлен приказ о зачислении нас курсантами военного авиационного училища летчиков и распределении по подразделениям. Я попал во 2-й отряд 3-й эскадрильи, которой командовал майор Иван Терентьевич Батыгин. Затем нам было объявлено распределение по звеньям и летным группам.
Старшиной был назначен бывший моряк-старшина Кондик, знающий цену дисциплине и умеющий ее поддерживать. Он приучил нас к морскому термину «кубрик» вместо «казарма». Досталась и мне должность старшины летной группы, на моих петлицах теперь красовались знаки различия — по два красных треугольника — командир отделения.
Я был зачислен курсантом третьего звена, которым командовал опытный летчик и командир старший лейтенант Степанищев, а летчиком-инструктором летной группы стал лейтенант Пантелеев, уже немолодой, спокойный по характеру, добродушный и опытный летчик.
С первого дня мы поступили в распоряжение своих старшин, которые под руководством помощника начальника училища по строевой подготовке занимались с нами изучением уставов и строевой подготовкой. Мы не могли и шагу ступить без строевой подготовки, начиная с подъема и до отбоя, с отведенных часов для занятий по строевой подготовке и кончая всеми видами передвижений — в столовую, учебные классы и даже на прогулки.
Через две-три недели мы уже значительно преобразились — подтянулись, приобрели строевую выправку. Находясь в строю, по команде «Равняйсь!» видели грудь четвертого, животы подтянуты, плечи развернуты, шинели расправлены, пуговицы и сапоги начищены, воротнички белоснежные… Вот с этого и началась наша курсантская жизнь.
На площади Борисоглебска в торжественной обстановке, при развернутом знамени части, в день двадцатой годовщины Красной Армии и Военно-морского флота я принимал военную присягу:
— Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных Сил, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным… Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему Народу, своей Советской Родине и Советскому Правительству. Я всегда готов по приказу Советского Правительства выступить на защиту моей Родины — Союза Советских Социалистических Республик, и как воин Вооруженных Сил я клянусь защищать ее мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагом…
Профессию защитника Родины я выбрал по зову своего сердца, поступив добровольцем в военное училище. Пройдет немного времени, и я стану кадровым командиром Военно-воздушных сил, пронесу с честью и достоинством сквозь дым и пожарища Великой Отечественной войны высокое звание советского воина.
В молодые годы я не думал о службе в армии, но невольно, сам того не замечая, сложившиеся обстоятельства стали подготовкой к этой почетной миссии. Я всегда любовался подтянутостью, выправкой и дисциплинированностью воинов и командиров Красной Армии. Особенно привлекала синяя форма с голубыми петлицами военных летчиков, полеты самолетов в голубом небе, которые иногда приходилось наблюдать, с большим интересом смотрел на стальных птиц и любовался — какие же это счастливые люди!
