позволит превращаться в кандидатов, имеющих только одно средоточие, или в золотых зародышей бога, обладающих гигантским ядром духа? — продолжил допытываться я.
— До золотых вам ещё расти и расти, пока только бронзовыми, но суть ты понял правильно. Больше не потребуется блокирующих энергетический голод артефактов, не потребуется скрывающих уровень амулетов. Твои навыки управления энергией объединятся и станут сильнее раза этак в три относительно текущего состояния. Но даже этого тебе не хватит, чтобы соперничать с Хорнитом. Его текущий уровень — серебряный бог.
— Делайте шар на четырёх, — произнёс я, подводя итог разговору. — Без Вилеи я туда не сунусь. Что касается Хорнита — будем решать проблему по мере её появления. Кроме того, что на него нельзя воздействовать энергией, в чём он ещё хорош?
— Во всём. Скорость, сила, ловкость, боевое предчувствие, атакующие и защитные техники. Хорнит — это вершина возвышения в том виде, в котором её понимают большинство идущих к бессмертию. В своё время он изрядно попил кровушки у даосов. Остановить его смог лишь Докравит. Да и то — не остановить, а сойтись на том, что у них боевая ничья. Три раза встречались эти монстры, три раза расходились ни с чем, оставив после себя выжженую пустыню или огромные кратеры. Озеро в четвёртом поясе на севере вашей Империи является результатом столкновения Докравита и Хорнита. Точнее, не само озеро, а огромные углубления в земле. Не стоит недооценивать его, ученик. Этого монстра тебе не победить.
— Нет непобедимых, наставник. Главное подобрать правильное оружие.
— Надеешься на абсолютные артефакты и умение доставать их из аномалий? Можешь сразу об этом забывать. Даже если ты откроешь аномалию внутри его тела и выпустишь артефакты, максимум, чего ты добьёшься — потеряешь их. Чего я только не перепробовал за девять тысяч лет нашей активной жизни, чтобы прибить эту заразу. Ладно, не за девять — за четыре. До блокировки у Хорнита против меня не было шансов.
— Шар на четверых, наставник, — повторил я. — Три месяца на то, чтобы Вилея закончила покорять кристалл. Ещё вам нужно договориться с Хорнитом об участии в походе. Это реально?
— Он спит и видит, как бы сводить Вилею на базу. Но не может. Излучение уничтожит даже его.
— Вот видите — уже есть что-то, с чем Хорнит справится не может, — усмехнулся я, но ответной улыбки не получил. Лис был слишком серьёзным, словно речь шла не о его «брате», а о грозном и опасном враге, с которым Лис за свою долгую жизнь так и не смог справится.
— Хорошо, ученик, я всё подготовлю. Вернёмся к нашему пленнику. Что ты планируешь с ним делать?
Лис перевёл взгляд на Шана Ри. Демон по-прежнему сидел в кресле, не в силах пошевелиться. Причём сидел так, как я понял, уже несколько часов. Сколько бронзовый зародыш бога может обходиться без воздуха? Часа три-четыре? Скорее всего, но точно не больше. Как ни крути, но рано или поздно придётся возвращать ему подвижность.
— Что и обещал — отдам Альмирде, — ответил я.
— Повторюсь, ученик — это мой пленник. И мне решать, когда он умрёт. Если вообще умрёт. Ты готов отвечать за то, что сделает мать твоей жены? Ты можешь гарантировать, что она не вздумает убить Шана Ри, даже зная о будущем наказании? Учти — даже если ты лично убьёшь Альмирду за неповиновение, спрашивать за смерть Шана Ри я буду с тебя. Причём жёстко спрашивать. Вплоть до того, что откажусь от идеи создать из вас новых смотрителей!
— О которых вы до сих пор ничего не пояснили, — я попытался разговорить Лиса, но тот не повёлся:
— Сейчас это не является темой разговора.
— Раз не является, то мой ответ не меняется. Шан Ри будет превращён в медного воина, после чего пойдёт в услужение Альмирде. Нет смысла угрожать, наставник. Своё слово я сказал, отказываться от него не собираюсь, даже если в результате меня будет ждать смерть.
— Тебе Вилея нужна?
— С ней проще, но её присутствие необязательно. У нас всё? Я могу заниматься своими вещами?
— За Шаном Ри стоит совет Князей, — после паузы произнёс Лис, продолжая меня пугать. — Как только они узнают о том, что ты сделал, начнут мстить. Вплоть до того, что постараются ужалить не тебя, а тех, кто тебе дорог. Твою семью. Будь к этому готов. Если ты сделаешь то, что обещал, пути назад не будет. Ты станешь врагом мира демонов.
— Это помешает мне быть смотрителем? — спросил я с ехидцей, но сегодня Лис явно не выспался. Он продолжал отвечать на полном серьёзе:
— Наоборот — это сделает тебя независимым. Смотритель не должен быть другом — его задача приводить систему к стабильному состоянию, а не заниматься панибратскими отношениями с теми, за кем он наблюдает.
— Тогда не понимаю, для чего весь этот разговор?
— Для того, чтобы ты понимал всю степень ответственности, что на тебя свалится. Ты ещё юн, ученик. Многие твои поступки обусловлены не разумом, а эмоциями, свойственными юности. Импульсивности. Неосторожности. Когда-то я был на твоём месте. Разве что обладал силой. За что и поплатился — меня остановили и ограничили. Превратили в инвалида, способного только на ехидства и смешки. Я не хочу, чтобы ты повторил мою судьбу. Не хочу, чтобы тебя ограничили. С этим… тяжело жить. Просто поверь.
— Я искатель, наставник, — я поднялся на ноги, показывая, что разговаривать дальше нет никакого смысла. — И своё решение, как искатель, я уже принял. Для того, чтобы попасть на базу древних людей, мне нужна Вилея. Если с нами увяжется её наставник — так тому и быть, но отдавать ему свою жену я не собираюсь. Вплоть до того, что я просто прибью этого демона. Как? Даже не спрашивайте — просто прибью. Что касается Шана Ри — он заслужил то, что с ним сделает Альмирда. Я поговорю с ней. Объясню, что убивать своего бывшего мужа нельзя. Однако и останавливать не стану, если она решит нарушить моё распоряжение. Потому что такова воля Неба. У вас есть претензии и какие-то пожелания относительно этого демона? Можете считать, что я вас внимательно выслушал и принял ваши слова к сведенью. Но делать буду так, как велит мне совесть, а не мой наставник.
Лис ничего не ответил — лишь убрал защитную формацию и
