– Вот и я про то. Объезжать… – медленно, будто всё ещё пребывая в задумчивости, он подошёл к одной из лошадей, запрыгнул на неё. Та попробовала взбрыкнуть, но вдруг успокоилась, а Холд соскочил на землю и пошёл к следующей… Через какое-то время он повторил ритуал со всеми ездовыми роботами, и вернулся к своему скакуну, ловко взобравшись на него.
– Я не верю своим глазам… В первый раз вижу подобное. Как? Как ты сделал это?
– Не спрашивай. Я их просто чувствую…
– Чувствуешь? Знаешь, у меня снова мысли начинают появляться, а не тень ли ты…
– Ну а даже если бы я и оказался ею, что тогда? Ты застрелила бы меня, или отправилась сообщать в тот самый отдел, который тут этим заведует?
– Не знаю… Наверное, сделала бы вид, что всё нормально, и донесла бы куда надо.
– А, замечательная гражданская позиция! Уважаю. Ладно, хватит болтовни – поехали. Лошади пойдут за нами.
– Ты ещё и на расстоянии можешь ими управлять?…
– Да нет, просто дал установку, следовать за собой. Видишь, уже подбираются…
– Знаешь, ты меня не перестаёшь удивлять. Боюсь предположить, что там следующее выкинешь…
– Да ничего страшного. Просто превращусь как-нибудь в гадкого монстра с щупальцами, и проучу тебя, как тенями обзываться… А то, знаешь ли, так как-нибудь назовёшь человека свиньёй – а он после этого хрюкать начнёт. Ведь слова имеют некоторую силу, уж не знаю, на подсознание или ещё как влияют – но это действует.
– На под что они действуют? Опять непонятно говоришь, запутать меня пытаешься… И успокойся, всё, не обзываюсь я больше. Не хочу с монстром вдвоём несколько дней по глуши скакать. А то, мало ли что ему в его щупальца взбредёт…
– Вот то-то же. Рад, что ты наконец вняла доводам разума. Теперь могу быть спокоен и не превращусь ни во что. Только, сначала объясни мне пожалуйста ещё пару вещей.
– Опять? Да когда ты уже угомонишься-то?…
– Ну вот такой я, придётся тебе принять это как есть…
– Да я уже смирилась. Давай, жги, что там у тебя ещё…
– Мне не дают покоя слова Августа. Вернее, две его фразы. Первая – про то, что вы ещё встретитесь, но он будет другой. Вторая – про стрелы. Что за стрелы, какие стрелы? У него внешне только какие-то ранения были, на пулевые не похожие, но что-то такое, близкое…
– Нда-а-а уж. И опять – откуда ты такой свалился, а?
– Дык оттуда, где этих, с щупальцами раздают. Ты главное не думай об этом, и просто ответь, ладно?
– Отвечу, чего уж там… Снявши голову, по макияжу не плачут…
– Ни разу не видел тебя накрашенной.
– Да ты вообще меня не знаешь, если по чесноку. Как и я тебя. Что же касается твоих вопросов. Стрелы… Он весь был истыкан стрелами, ты их просто не видел. Ведь индейцы – порождения хаоса, и они используют особое оружие. Их томагавки, луки, копья, щиты – это сгустки энергии, которую можно увидеть, а можно и нет. Поэтому, ты не видел, и я не видела – но Август был истыкан стрелами, как дикобраз. Вообще удивляюсь, как он до нас с такими ранениями добрался. Но это я с конца начала отвечать тебе. А про его слова, что мы ещё встретимся… Ты знаешь вообще про гибель Императора, про её последствия для мира, как это произошло? Нет? Так и знала… Тогда – слушай!
Slice FFA157D6000223F4
Выполняя последнюю просьбу Августа, Холд и Лиз, наконец, доскакали до того места, где осталось стадо и те, кому поручили следить за ним. Когда на горизонте удалось разглядеть жиденький дымок от костра, оба испытали огромное облегчение – ведь проскочить мимо цели по однообразным равнинам было проще простого, и до самого конца отсутствовала полная уверенность, что они не заблудились.
В лагере было несколько человек, расположившихся вокруг огня и, по видимому, занимавшихся готовкой. Однако, реакция на приближение вернувшихся из экспедиции оказалась на удивление спокойной и меланхоличной – лишь негр, тот, что был назначен старшим, помахал рукой, другие же сидели спиной или в пол оборота, и не проявляли никаких признаков интереса. Это было странным, учитывая, что из всех отправившихся в погоню возвращались только двое, да ещё и ведя за собой лошадей остальных без седоков.
Правда, те несколько ковбоев, кто не обращал внимания на всадников, в конце концов, всё же повернулись. Когда до них оставалось уже несколько десятков шагов. И… Они выстрелили почти одновременно.
Многочисленные тренировки не прошли даром – Холд на одних рефлексах вскинул винтовку, которую уже держал наготове. Необычное поведение встречающих сразу заставило его напрячься, и он подсознательно ждал чего-то подобного. То же самое и с Лиз – она будто ждала этого момента, и молниеносно выхватила из кобуры свой шестизарядник.
Множество выстрелов слились в сплошную канонаду, клубы порохового дыма полностью скрыли происходящее. Когда они рассеялись – стало ясно, что целым не остался никто. Почти все ковбои лежали неподвижно – тот счастливчик, в которого угодила единственная выпущенная пуля из спрингфилда, представлял собой грустное зрелище, да и сорок пятый калибр красноволосой красавицы оставлял мало шансов на спокойную жизнь до старости в тишине и покое. Трое, забыв про всё, корчились, истекая кровью, лишь один силился встать, так и не выпустив оружия из рук. На земле оказались и Холд с Лиз – первый просто обессиленно облокотился на ногу своего мустанга, вторая – стояла на коленях, зажимая рану в животе…
А ещё, они теперь были не одни. Место кровавой схватки обступили взявшиеся будто из-под земли многочисленные бойцы, с бронзовой кожей и в странных нарядах. Одежду большинства из них составляли лишь набедренные повязки, кожаные гамаши и мокасины, лишь немногие носили также красочно расшитые рубашки. В руках индейцы – а никем другим эти новые действующие лица быть не могли – сжимали копья, луки и томагавки, светящиеся, чем-то напоминающие неоновые вывески, и придававшие внешнему виду суровых воинов какую-то иррациональную праздничность. А из-за разбегающихся в испуге коров подъезжала группа всадников – и самым первым среди них был белый человек.
– Кто тут у нас… О, да я помню эту штучку! Старая знакомая! И его тоже, да… Беглый раб, хорошо позабавились с тобой тогда, да?
– Чтоб ты сдох…
– Спокойно, красавица, не надо так волноваться. Всё равно же не поможет. Эй, Быстрая Рысь, отбери-ка у неё оружие! А то, нервирует как-то.
Один из индейцев быстро метнулся к женщине, которая, облокотившись на свою лошадку, встала и вытянула из чехла винтовку, и резко выхватил из её рук оружие.
Дикий Билл, не обращая никакого внимания на своих раненых людей, подъехал к Лиз вплотную и спешился.
– Боюсь только, придётся тебя проучить… За непотребное поведение. За то, что скрылась от нас, и за то, что опять попалась, – бандит засмеялся, сам радуясь собственной шутке. – Дружка твоего, кстати, тоже ждёт много интересного, но сначала ты… Помнишь мой нож, как…
Закончить он не успел. Конь Холда резко дёрнулся вперёд, и точным ударом обоих передних копыт заставил душегуба упасть на землю изломанной куклой. Оглядевшись вокруг, мужчина сказал, не обращаясь ни к кому конкретно:
– Он умрёт. Позвольте добить его. Чтоб не мучался… – медленно потянув из кобуры большой револьвер, разукрашенный рунами и с камнями в рукоятке, он осторожно навёл его на корчащегося и пускающего кровавые пузыри Дикого. Никто не помешал ему. Раздался выстрел.
Slice FFA157D60012CE7D
– Докладываю: явных угроз на территории не обнаружено, потенциальная опасность со стороны диких животных – семь процентов, вероятность её успешного отражения – девяносто девять процентов. Так же, считаю необходимым сообщить, что под одним из домов имеется металлическая дверь, которая, вероятно, ведёт на склад или в бункер.
– Ого, вот это интересно. Получится взломать?
– Наличными средствами – невозможно, требуются специальное оборудование.
– Всё равно, покажи, где это. Саня, Азиль, подождите ребят тут. А я пока схожу, гляну, что там такое наш разведчик нашёл…
Центурион, выполняя приказ, на месте развернулся и заковылял по улице, Руслан – следом за ним. Спустя какое-то время они оказались у одного из домов – не многоквартирной ваысотки, а двухэтажного, видимо – частного. Робот скрылся в темноте проёма гаража, где когда-то были ворота, и откуда-то из глубины объявил:
– Дверь находится здесь.
– Я что-то ни черта не вижу, что за дверь и где… – пробурчал жрец, вошедший следом.
Тут же раздался грохот, и пол стены оказалось обрушено наружу.
– Так лучше?
Руслан с удивлением посмотрел на своего подчинённого – он не мог понять, это ему почудилось, или в голосе механического воина мелькнуло что-то похожее на иронию. Но, тем не менее, и правда стало значительно светлее, и получилось разглядеть наклонный съезд куда-то под землю, а также находящуюся в конце его металлическую плиту, кажущуюся на глаз достаточно толстой и тяжёлой.
