После того, как приложил ладонь к магическому сканеру у двери Уэса, знакомый роботизированный голос произнес:
— Добро пожаловать, Уайетт Джеймисон. Пожалуйста, проходите.
Дверь со щелчком открылась, и я шагнул внутрь.
Уэс стоял у дальней стены, глядя на предгорья Айдахо через окна от пола до потолка. Его кабинет был огромным, в нем имелось все магическое голографическое оборудование, такое же как и в главном командном центре.
Но сегодня ни одна из этих голограмм не светилась.
Это не предвещало ничего хорошего. Я надеялся, что эта встреча связана с предстоящим заданием, но если бы это было так, магическая система слежения работала бы.
— Майор Джеймисон, — сказал Уэс, не поворачиваясь ко мне. — Присаживайтесь.
Хотя никогда не суетился перед командиром, но сейчас холодность его тона сразу же вывела меня из себя. Я сделал, как он сказал, хотя шерсть моего волка встала дыбом от его приказа. Это самое сложное в работе в СВС. Как альфа по праву рождения, мы инстинктивно хотели командовать, а не быть тем, кем командуют. Но умение подчиняться пошло на пользу мне и моему волку.
Это научило нас дисциплине.
По крайней мере, так было до тех пор, пока Эйвери Мейерс не вернулась в нашу жизнь.
Уэс остался у окна, сцепив руки за спиной.
— Вчера я прочитал отчет о падении вашего нового рекрута в реку. Этого не должно было произойти.
От облегчения я расслабил плечи. Так вот о чем была эта встреча.
— Да, сэр, вы правы. Я принимаю все…
— И я также прочитал отчет пилота, в котором отмечено ваше территориальное поведение по отношению к другому вашему новобранцу, Эйвери Мейерс.
Я сжал губы.
Уэс резко обернулся, выражение его лица было холодным.
— А потом я услышал другие слухи о том, что ты поехал за ней в бар прошлой ночью и вернулся час спустя вместе с ней. Итак, я проверил записи с камер наблюдения, и из того, что могу понять, вы двое отправились в ее квартиру, и ты вернулся в свои жилые бараки только восемь часов спустя. — Он сделал зловещий шаг ко мне и положил руки на стол. — Не могли бы вы посвятить меня в то, что произошло за эти восемь часов, майор Джеймисон?
— Сэр, я знаю, как плохо это выглядит…
— Это не просто выглядит плохо, майор, — рявкнул он. — Это выглядит как гребаное нарушение протокола, при котором увольнение — единственный выход!
У меня перехватило дыхание. Черт. Я знал, что это может случиться, и теперь это случилось. Проклятие! Я глубоко вздохнул, когда мой волк зарычал внутри меня. Ладно, Джеймисон. Сохраняй спокойствие. Держи себя в руках.
Я сделал еще вдох, прежде чем спокойно ответить:
— Вы правы, сэр. Это было нарушением протокола, и я сожалею. Я также могу заверить вас, что это больше не повторится.
— Ты с ней спал?
— Нет.
— Но ты занимался другими вещами?
Я поморщился, когда меня захлестнула волна стыда.
— Да.
Уэс приподнял бровь.
— Неделю назад я бы поклялся своей жизнью, что ничего подобного не могло случиться, пока ты у руля. — В нем все еще кипел гнев, но через мгновение он глубоко вздохнул и сел на стул. — Уайетт, что происходит? Это не похоже на тебя.
Я опустил голову и замер на мгновение, пытаясь осознать, что изменилось во мне с тех пор, как Эйвери прибыла в штаб-квартиру.
— Сэр, мне жаль. Я не думал, что это произойдет, но вчера принял несколько неверных решений. Это было неправильно, и вы имеете полное право уволить меня, и я бы полностью понял, если бы вы это сделали. — Мой желудок сжался от этой мысли. Я не мог допустить, чтобы меня уволили из СВС. Не мог.
Я ждал ответа Уэса, но повисла тишина.
Каждый мускул в моем теле напрягся в ожидании последнего удара, который решит мою судьбу и станет билетом в один конец из СВС.
Прости, Маркус. Мне чертовски жаль.
Но Уэс произнес:
— Майор, вы были верным и заслуживающим доверия командиром в этой организации в течение семи лет. Я бы предпочел, чтобы вы объяснили мне, что происходит.
У меня голова пошла кругом.
Уэс нахмурился, в то время как мой волк продолжал расхаживать внутри меня и рычать, но, несмотря на его раздражение из-за того, куда направились мои мысли, я знал, что это был единственный выход, каким бы мучительным он ни казался.
Я должен уничтожить влечение к Эйвери. Я должен сдержать свое обещание.
Боль взорвалась в моей груди, по телу заструились огненные реки. Но это единственный выход.
У меня пересохло во рту. Я должен это сделать.
Выдавливая из себя слова, я сказал:
— Это была ошибка, сэр. Этого больше не повторится.
Уэс уставился на меня ледяными голубыми глазами.
— Кажется, я просил тебя объяснить.
— На самом деле я не могу объяснить, сэр. Потому что сам до конца этого не понимаю.
Уэс склонил голову набок.
— Это твой волк, не так ли?
Я наклонился вперед, упираясь локтями в колени. Я должен быть честным. После этой встречи никаких отношений с Эйвери в обозримом будущем не предвиделось.
— Возможно. Он по-настоящему влюблен в нее.
— И ты тоже? Или этот интерес исходит исключительно от твоего волка?
Я сжал челюсти, но не смогу солгать, тем более Уэсу.
— Я тоже, сэр. Но это не значит, что я не могу все остановить.
Уэс откинулся на спинку стула.
— Это ты так говоришь, но если это твой волк и ты… — Он снова вздохнул. — Ну, это определенно все усложняет.
Поскольку Уэс тоже оборотень, он понимал, насколько убедительным может быть волк. Однако Уэс женат последние семьдесят пять лет и неизвестно, помнил ли он, что чувствовал когда встретил свою пару: одержимость, безрассудное влечение и вызывающую ярость ревность всякий раз, когда другой мужчина смотрел в ее сторону.
У меня глаза на лоб полезли. Срань господня. Опять это слово. Неужели Эйвери могла быть моей парой? Но я не мог сделать ее своей парой. Не сейчас.
Мое обещание Маркусу держало меня в Айдахо еще два года, но после этого, возможно, я смогу ухаживать за ней. Спариться с ней. Заявить на нее права.
Но даже знание того, что я мог бы последовать за ней в будущем, не остановило сожаление, которое грызло меня.
— Несмотря на интерес моего волка и мой личный интерес, я не позволю этому продолжаться, сэр. Даю вам слово.
Уэс скептически посмотрел на меня.
— Как бы сильно ни верил, что ты намерен сдержать слово, я сомневаюсь, что сможешь это сделать, если ты и твой волк хотите ее.
Думай о Маркусе. Думай о Маркусе.
— Сэр, я могу и сделаю это.
Брови Уэса поползли вверх.
— Почему так в этом уверен?
Потому что я обязан Маркусу своей жизнью. Я прочистил горло и ответил:
— Это не первый раз, когда мне приходится учиться контролировать свои побуждения и инстинкты. Я делал это раньше и могу сделать это снова.
— Но ты веришь, что она твоя пара? Твоя настоящая пара?
От его многозначительного вопроса я сжал челюсти. Нет, я не мог думать об этом. Я даже не мог позволить себе представить Эйвери своей парой, потому что если бы это сделал…
Даже моего обещания Маркусу может оказаться недостаточно, чтобы удержать меня.
Я глубоко вдохнул и ответил:
— Я не знаю, сэр. Не знаю, что чувствуют, когда встречают свою пару, поскольку у меня никогда не было пары.
— Значит, ты не чувствуешь врожденную потребность защищать ее? Ты не испытываешь ревности каждый раз, когда ее внимание привлекает другой мужчина? Не испытываешь желания заявить на нее права?
Я представил, как мои клыки удлиняются и впиваются в гладкую, бледную кожу на шее Эйвери. У меня потекли слюнки при этой мысли, мой волк взволнованно завилял хвостом, и за этим последовало сильное чувство удовлетворения. Моя.
Черт. Он прав. Прошлой ночью я был так близок к тому, чтобы заявить на нее права.
— Майор Джеймисон? Мне нужно, чтобы вы честно ответили на эти вопросы.
У меня задрожали руки от собственнической реакции, которая снова овладела мной. Дыхание участилось. Нет. Этого не может произойти. Я могу и буду бороться с этим.
