он лицом. — Что ж, идёмте смотреть ваше бельё, — и рывком поднялся с кресла, легко удерживая меня на руках.
— Идёмте, — я обхватила его шею руками и довольно выдохнула.
Интересно, настоящая любовь без приворота такая же приятная? Любовь⁈ Я правда так подумала?
* * *
— Может, расскажете мне про Альвиан, капитан? — проурчал мне в макушку Себастьен.
Мы только проснулись, в окна проникали солнечные лучи. И мне следовало бы бежать в свою комнату, но пока не находилось сил выбраться из крепких и таких горячих объятий демона.
— Что вам интересно, комендант?
— Многое, учитывая, как часто между нами возникают недопонимания. Но пока меня интересуют… добрачные отношения.
Кажется, он не мог меня взбодрить эффективнее. Я моментально проснулась и удивлённо захлопала глазами.
— Мне казалось, альвианки зашоренные ханжи. А вы чувственная женщина, и довольно легко приняли изменения. Приворот ведь не меняет мировоззрение. Только не обижайтесь, капитан.
— Конечно, по сравнению с демонами альвианцы могут казаться ханжами, — проворчала я, но заставила себя расслабиться. Не так уж и обидно. — В Альвиане ценятся семейные узы, не принято демонстрировать отношения до того, как они приобретут цельное оформление. Но само собой, фениксы общаются, встречаются, просто прилюдно стараются даже не держаться за руки. Наедине и обнимаются, и целуются, и даже спят. Не все, конечно, большинство девушек стремятся разделить свой первый раз с любимым. Только ведь не всегда выходит построить отношения с первой любовью. Иногда фениксы не сходятся. Ошибаются. Идут дальше в поисках настоящей любви.
— Как и у нас, — хмыкнул Себастьен. — Получается, альвианцы просто более скрытны в плане личных отношений?
— Личное же оно на то и личное. Зачем его всем демонстрировать?
— Выходит, наши отношения вполне могли существовать и в формате Альвиана?
— Вполне. Если бы я была простой альвианкой… Многие не считают зазорным близкое общение до свадьбы. Конечно, если выяснится, что у девушки или мужчины было много… партнёров, это вызовет осуждение, помешает в дальнейшем построить семью и даже карьеру. У аристократов всё сложнее, там выше требования к жениху и невесте. Поэтому я блюла целомудрие. Но раз случилось… В жизни ведь бывает всякое, мы все военные, можем погибнуть в любой момент. Поэтому глупо реветь из-за того, на что мы не могли повлиять. Я только надеюсь, что приворот действительно не меняет мировоззрение. Не хочу жалеть потом, считая себя… плохой.
— Я боялся, ты впадёшь в истерику после появления жениха. Будешь считать себя изменщицей и прочее. А ты… Мне показалось, Влазис тебя тяготит, и ты не особо стремишься с ним общаться. Он тебе совсем не нравится, да?
— Влазис привлекательный и обходительный мужчина. Когда нас познакомили, я была молодой и наивной, считала, что влюбилась и мне очень повезло. А когда отправилась служить… Передовая выбивает наивность, учит быть практичной. Его красота и обходительность стали иметь для меня меньшее значение, чем склад характера и привычки. Но я всё равно не жалела, это норма для аристократки — выходить замуж по выбору главы рода. Отец подобрал мне достойного жениха.
— Только он тебе не по душе. Поэтому ты отправилась в Тринату?
— Я восхищена демонами. Вашей силой, особенностями. Формирование истинной пары… это так романтично. Отправиться в Тринату было моей детской мечтой. Когда границы открылись, я решила её осуществить. Отец, само собой, был против, считал, что мы и так затянули с помолвкой, но братья заступились за меня. Можно сказать, это моё последнее одиночное путешествие перед началом жизни замужней женщины. А Влазис и тут всё испортил, — горько рассмеялась я.
— Думаю, он боялся потерять невесту, — в голосе Себастьена появилась сварливость. — И оказался прав.
— Разве? — насторожилась я.
— Предположим, развеем мы приворот, как практичные существа договоримся обо всём забыть и оставить наши отношения приятным воспоминанием. Влечение хоть и навеянное, но происходящее ведь не создано из ничего. Не думай, что лишь приворот формирует пламя нашей близости, Аркадия. И испытав это всё, разве ты захочешь вступить в договорной брак, а не пожелаешь найти такое же, но настоящее?
— В этом мой долг перед родом, — хрипло ответила я.
Только после его речи стало внезапно тяжело на душе. Похоже, стоит бояться не того, что снятие приворота оголит фальшивость нашего влечения, а того, что он исчезнет, ничего не изменив в ощущениях.
— Ну да, конечно, — вздохнул он. — Прости, зря я поднял эту тему. Думать о том, как жить дальше, мы будем после снятия приворота. А пока не унывать, капитан, — он шутливо хлопнул меня по попе, словно выгоняя из кровати.
— Есть не унывать, комендант, — притворно бодро ответила я.
* * *
Студенты выстроились передо мной унылой линией. Мрачность на их лицах могла соперничать по насыщенности с синевой под глазами.
— Вижу, вы не выспались. Так что приступим сразу к делу, — кровожадно осклабилась я. — Арман, тебе нужно распределить членов отряда по упражнениям.
Нет, в глубине души мне было их жаль, но себя жальче. Не всё же строительство терпеть их безалаберность и каверзы. Мне хватает и прилетевшего по мою душу жениха, который успел с утра выесть мне душу вилкой, от личного состава я жду послушания и безупречной работы.
А дальше я банально вредничала, подкидывала слишком сложные задачи, использовала слабости каждого студента против него. Арман наблюдал за общим провалом с открытым ртом, только рядом не было Персиваля, чтобы прикрыть его челюсть, тот валялся в грязи вместе со злой Ивоной.
— Ты дебил, а не командир! — она сердито пригрозила ему кулаком.
— Это она тебе, — сообщила я Арману.
— Спасибо за подсказку, капитан, — прорычал он, нервно проводя рукой по золотистым волосам.
Студенты провалились, дружно и со смаком. Под конец я чувствовала себя ужасным фениксом, но осталась довольной. Грязные, злые и несчастные — они потопали обратно в крепость, чтобы приступить к работе. Я полетела проверять лучников на крепостной стене. Потом удостоверилась в стабильности работы установленной недавно защиты, встретилась с Зорией, обсудила список предстоящей поставки. И так несколько часов. А перед обедом решила посидеть немного над своими инструкциями в кабинете Себастьена. Соскучилась.
Мой демон отчитывал зодчего, потому я тихо прошмыгнула в помещение и присела на софу. Придвинула к себе бумаги, но краем уха слушала строгий выговор. Каждое слово припечатывало зодчего к полу, он покинул кабинет
