Жека там хлопочет. Все будет хорошо, надо жить дальше, идти вперед, что было, то было. Мы все не идеальны, идеален только Господь Бог. Не знаю, успокоит тебя это или нет, но, судя по анализу вскрывшихся фактов из твоего прошлого, ничего подлого и зазорного ты не совершил. Была Аманда, если бы она рассказала тебе о ребенке, я уверена, что ты сразу принял бы верное решение. Потом Марина… Когда вы поженились, мы все очень порадовались за тебя, у вас были прекрасные отношения, родились детки, потом поездка в Мексику. Затем четыре года неизвестности. Марина не выдержала этого напряжения, и никто не имеет права судить ее за это. Ты вернулся, вы все выяснили, полет нормальный. — Вера подошла к зеркалу и поправила прическу. — Пойми, Витя, прошлое не имеет сослагательного наклонения, все уже свершилось, нет машины времени, на которой можно метнуться обратно и исправить все ошибки. Живем дальше.
В дверь постучали.
— Алло, гараж, — в дверном проеме появилась хитрая мордашка Жеки, — вы долго там еще? Есть хочу, как медведь бороться, между прочим, я не одна, еще малыш, а вы там любезничаете.
Вера быстро подошла к двери и жестом позвала Виктора.
— Все, доча, идем, прости, был важный разговор. Очень вкусно пахнет, просто сногсшибательно.
Они сели за круглый стол, Женя достала одинаковые большие тарелки, разложила каждому еду, подобрала однотипные столовые приборы, было красиво и стильно.
— Я тут немного похозяйничала, все еще раз разобрала, чтобы было удобно искать, я думаю, все будут за?
— Женя, спасибо тебе большое, я всегда знал, что у Верочки дочка под стать ей, а может быть, не в обиду Вере, даже более продвинутая, как и должны быть все молодые. — Виктор наколол на вилку картошку, гриб и помидор и с огромным удовольствием отправил весь этот комплект в рот. — Обалденно, просто вкуснейшая еда. Я так по ней соскучился, спасибо, Женя!
Жека была сама очень довольна, она не была фанаткой кашеварить, а тут все благоприятно сложилось. Виктор вдруг как-то пронзительно посмотрел на Веру.
— Верка, я вспомнил, Аманда была не археологом, она была переводчицей из посольства. Простите, что-то ляпнул невпопад, но в голове просияло, как какая-то яркая вспышка. — Он опустил голову над тарелкой и стал быстро доедать картошку.
Глава 22
Жизнь Веры и Виктора потекла ровно и размеренно. Виктор по большей части жил в Макарово, приезжая время от времени в университет на заседания кафедры и важные совещания. Как обычно, Пожарский снова стал заводилой и корифеем своей главной темы — майя. Все заинтересованные этой темой буквально валом валили к Виктору на консультацию, можно сказать, записывались за месяц вперед. Это очень импонировало ему, потому что в науке он, конечно, восстановился на сто процентов, если не сказать больше. Это придавало ему сил и уверенности в завтрашнем дне. Сильно вперед он заглядывать не хотел, но хотя бы на квартал или полгода.
Чего Виктору очень хотелось, так это завести собаку. После того как он пропал в горах Мексики, сначала умерла мама, затем не стало собаки Найды, которая не смогла перенести потерю двух родных и близких людей. Виктор предложил Вере взять собаку из приюта, а вдруг эта та ситуация, которая могла бы случиться с его Найдой, когда исчезают хозяева. «Господи, Маринка еще ездила кормить и ухаживать за Найдой. Она просто святая женщина! Дай бог ей здоровья и терпения, чтобы детки выросли добрыми и отзывчивыми людьми».
С некоторых пор Виктор считал Дениску, сына Марины от Валеры, тоже своим. Не представлял, как можно делить этих детей на своих и чужих. Вот сложилась такая ситуация в жизни, не приведи господи. Поймешь только тогда, когда сам попадешь в такие жизненные тиски. Думал ли Виктор о ребенке от Веры? А почему бы и нет? Главное, чтобы она сама этого хотела, а где три, там и четыре. Вернее, уже пять, так как на горизонте прорисовывался внучок или внучка. «Господи, пусть детей будет много, пусть они смеются, бегают, все громят кругом, это лучше, чем будет тишина и идеальный дурацкий мертвый порядок».
— Верочка, а ты хотела бы еще стать мамой? — Как-то раз Витя все-таки спросил у Веры об этом.
Было видно, что Вера не ожидала этого вопроса.
— Если честно, то, наверное, нет. Я уже живу в мыслях о том, что к ноябрьским праздникам я стану бабой Верой. Примерять на себя материнство на пятом десятке как-то уже не хочется. А что?
— Да нет, так спросил. Пересчитал всех детей и понял, что пять, шесть уже нормально. — Виктор весело рассмеялся.
— У нас еще Мишель Орлов, мой бывший, тут шатается, как неприкаянный, жинка его свалила куда-то в Китай или Корею, а он остался со своим Алексеем Михайловичем, тезкой царя-батюшки Тишайшего, папки Петра Первого. Вот чую я одним местом, что запросит Мишка пардона и Лешку нам сюда тоже подкинет летом, Верочка же добрая. Ты знаешь, а Леха мне нравится, он такой веселый, позитивный и очень спокойный, даже знает, как меня зовут — «ётя Ела». Да пусть приезжают, правда, Вить? У тебя же еще в Мексике мог ребенок быть. Плодовитые люди собрались, спаси и сохрани. — Вера подошла к Виктору и обняла его. — Знаешь, Витька, я так рада, что всё ненужное отвалилось, а ты выжил и приехал, я только с тобой хочу жить. А детей пусть привозят, устроим семейные ясли. Димка мой тоже скоро кого-нибудь родит. Слава богу, помирились с Настасьей, вернулся живым с войны, — Вера смахнула слезинку, — страшно было, очень.
— Верочка, а давай завтра прозвоним по приютам, спросим, что нам могут предложить. Хочу пёселя, пусть уже обживается и привыкает. — Виктор улыбнулся и весь светился от безграничного счастья.
Вечером Женька торжественно объявила, что завтра, 17 мая, к ним приедет Дмитрий Брусникин, а именно отец ее будущего ребенка.
— Ма, короче, я решила дать ему последний шанс. И так как мой собственный папаша представляет собой нечто бесхарактерное, я бы попросила Виктора прощупать товарища и вынести окончательный вердикт, оставляем мы его в живых или нет. — Женька захихикала. — Он тут звонил, что-то мямлил, я так понимаю, что его мамаша накрутила, а надо ему это самому или нет, попробуем разобраться все вместе, ладно? Если нет, пусть убирается восвояси, я и без него… — Женя внимательно посмотрела на мать и отчима, — мы и без него справимся. Правда же, дорогие предки?
— Справимся, дочь, подумаешь. — Вера хлопнула в ладошки. — Витя завтра хочет за собакой
