class="p1">— Очень, — она попыталась отстраниться, но сторрианин уже осыпал её лицо лёгкими поцелуями, горячая рука гладила шею. Он навис сверху, почти лёг на неё.
— Рикард, прекрати. Давай спать.
Тяжесть его тела была приятна, и Эльга чувствовала, что дыхание против воли сбивается.
— Мориса…
Его рука опустилась ниже, накрыла её грудь.
— Рикард, я тебя ударю.
Ди Ронн перестал её целовать, посмотрел в глаза.
— Я тоже устал, — сказал тихо. — И это не лучшее место… Просто немного приятных минут перед сном для нас обоих.
Он глядел ей в лицо, но продолжал нежить грудь, и Эльга не понимала, делает он это безотчётно или осознанно, надеясь сломить сопротивление.
— Отпусти, — произнесла твёрдо.
— Почему, Мориса? Сколько ещё ты будешь меня мучить? И себя тоже.
— А я предупреждала, — начала Эльга, но его глаза, в этот миг тёмные, как ночь, были так близко и блестели так серьёзно, что закончить не хватило сил. — Недолго. Теперь уже недолго. Потерпи, Рикард. Пожалуйста.
Он тяжело вздохнул и отодвинулся.
— Ты невыносима.
А потом повернулся к ней спиной. Эльга с трудом отвела взгляд от его плеча с отчётливым рельефом мускулов, тронула рукой волосы, проверяя на месте ли заколка, легла навзничь и уставилась в темноту.
Близко. Слишком близко. Этот сумасшедший день чуть не разрушил её план.
Или, наоборот, всё к лучшему?..
Забылась она быстро, но сквозь чуткий сон слышала, как где-то далеко орали песни загулявшие селяне, как билась о стекло ночная бабочка и набирали силу утренние трели птиц. Как встал и, стараясь не шуметь, вышел за дверь ди Ронн, как гремел садовый рукомойник…
Она заставила себя разлепить глаза. Сняла заколку, тщательно причесалась и снова надела. Промокнула платком уголки глаз. Убрала всё, что за ночь успело размазаться и потечь. Привела в порядок одежду…
Он сидел на крыльце открытой веранды, рукава рубашки закатаны, волосы мокрые, взгляд устремлён в зеленоватое утреннее небо.
— Гадаешь, куда исчезли дарители?
Она спустилась во двор, пряча заспанное лицо.
— Не уверен, что они исчезли. Возможно, они и не появлялись, — отозвался сторрианин. И пока Эльга умывалась, а потом красилась, забившись в тень старой вишни, развивал свою мысль: — Чем дольше я об этом думаю, тем больше прихожу к выводу, что дарители никогда не жили ни на Сторре, ни на Смайе, ни на Мелоре. Что от них осталось, кроме прагматов? Пара развалин на Даре, которые неизвестно кому принадлежали на самом деле. Мы не знаем, что представляли собой дарители, как выглядели. Я не уверен, что они вообще бывали на наших планетах.
— Почему? — подала голос Эльга.
После умывания холодной водой зябли руки. Крем, пудра, немного румян — подчеркнуть скулы. Жалкое подобие её обычного многослойного макияжа, но она надеялась, что мужской взгляд не заметит разницы.
— Мы ведь не зря называем их дарителями, — напомнил ди Ронн. — Такое впечатление, что всё это множество прагматов создано и оставлено специально для нас. Можешь себе такое представить?
Эльга попыталась. Вот на Смайю садится корабль, из него выходят существа, похожие на людей… или непохожие — какие-нибудь осьминоги с присосками. Они выгружают материалы, технику, спешно строят Врата, из Врат тут же начинают подавать прагматы — десятки, сотни прагматов. Осьминоги развозят их по лесам, полям, горам и прячут, но не слишком хорошо, а некоторые просто оставляют на виду. Возводят Грозоотвод… Нет, сначала изучают местные условия, а затем возводят. Закончив, возвращаются на корабль и летят на следующую планету… Она покачала головой.
— Я тоже не представляю, — сказал ди Ронн. — А если мыслить шире? Глэй Кин, мой мелоранский руководитель, любил по выходным собирать у себя практикантов и между синтобифштексом и десертом из фиолетовых водорослей устраивать десять минут мозгового штурма, когда каждый должен высказать безумную идею…
— Именно безумную?
— Да! И чем безумнее, даже бредовее, тем лучше.
Эльга зажмурилась. Как же она сейчас завидовала ди Ронну!
— Я говорил тебе, что специализируюсь на прагме? Это неисчерпаемая тема, поверь мне. Прагма — уникальное вещество с бесконечным набором свойств. В неё можно заложить всё, что угодно, в том числе способность к самовоспроизводству и самокодированию, даже на микроуровне. Что, если взять молекулу прагмы и запустить в космос с приказом сесть на подходящей планете, а там вырасти в макрообъект, беря питательные элементы из местных пород? Стать, скажем, Вратами, или аппаратом для сращивания переломов, или машинкой для чистки обуви — видел я однажды такую штуку.
Или Конфетерией, подумала Эльга. Она закончила макияж, подошла и села рядом с ди Ронном. Он угостил её мятной пастилкой, заметив, что здесь никто не предложит им чистую щётку и зубной порошок.
Воздух был ещё по-утреннему прохладен, на траве, на ступенях крыльца блестели остатки росы. Ди Ронн обнял Эльгу за плечи, а потом нежно поцеловал, кольнув утренней щетиной.
— Прости, не удержался. Тебе придётся заново красить губы.
— Позже, — сказала она. — Рикард, могу я попросить тебя?..
— Не называть твоё имя полиции?
Эльга посмотрела ему в лицо.
— В моём деле огласка — это гибель. Да и с точки зрения закона то, чем я занимаюсь, несколько спорно.
Он нахмурился, но кивнул.
— Не бойся. Никто не узнает, что ты была со мной. Даю слово.
— Спасибо.
Эльга склонила голову ему на плечо, улыбнулась.
…И ничего не попросил взамен.
Всё-таки идеалист.
Глава 13
Мастер Матиас приехал на открытой армейской легковушке, взяв с собой старшего сына Гарта, парня лет двадцати пяти, и две пары комплектных шин, сваленных на месте третьего ряда сидений. Оба механика были худые, жилистые, в промасленных спецовках, и сами казались насквозь пропитанными маслом, смазками и бензином.
Нутро их машины, приподнятой на вездеходных колёсах, как видно, никогда не знало уборки. Ди Ронн подсадил Эльгу на высокую ступеньку, пинками загнал под сидение пару канистр и ворох ветоши, сдвинул в угол груду хлама. От обивки взвилась пыль, и сторрианин, не колеблясь, бросил на сиденье свою щегольскую светлую куртку.
Дорога в объезд заняла меньше двадцати минут. Эльга только вздохнула, вспомнив вчерашний марш-бросок через холмы.
Автомобиль ди Ронна был на месте, в том же состоянии, в каком они его оставили — только пыли на капот нанесло. Вчерашний хулиган не вернулся продолжить погром. Может, это и не местные, подумала Эльга. Просто случайный проезжий остановился
