– Просто поразительно, – сказала Морган, – на какие отчаянные поступки может пойти человек, оказавшийся в тяжелых обстоятельствах.
– Так он был настолько ужасен? О, Мо! – Эми вытерла слезы. – Сплетни, шепотки… а ты исчезла бесследно! Но когда ты писала мне в последний раз, ты жила в Филадельфии и… О Господи, как ты вообще оказалась здесь?
– Я решила, что при сложившихся обстоятельствах благоразумнее будет уехать из Филадельфии. А ты? Что ты делаешь в Америке, Эми? В Бостоне?
Глаза Эми засияли. Она схватила Морган за руку:
– Я вышла замуж! Можешь поверить?
– Нет! – ахнула Морган. – Когда? – Она замолчала, сообразив, где они находятся, и скорчила гримаску. – О, черт возьми, Эми, мы не можем здесь разговаривать! Приходи ко мне, обязательно. Вот, – добавила Морган, открыв книгу на пустой странице в конце, вытащила из сумки огрызок карандаша и написала адрес. – Я живу здесь. Придешь через полпаса? Только смотри, Эми, прикрой лицо, потому что тебя никто не должен узнать, обещаешь?
– Но… но почему? – спросила Эми, глядя на адрес. – Это что, плохая часть города? Морган, только не говори, что ты живешь в… в… в трущобах!
– Не бойся, дорогая, – заверила Морган, ласково целуя подругу в щеку. – Дело совсем не в этом. Я живу с мужчиной, Эми. Я стала содержанкой!
* * *
Через сорок пять восхитительных минут Эми и Морган сидели рядышком на диване в гостиной и пили чай. Эми, широко распахнув глаза, прерывистым голосом задала сразу дюжину вопросов и, не дожидаясь ответа, стала осматривать комнату.
– Здесь совсем не дурно, правда? Такая красивая мебель. Он… он за все это платит?
Морган рассмеялась и ответила:
– О, Эми, как замечательно снова видеть тебя! Я по тебе так скучала! Сколько времени прошло – два года?
– Два года. И девять месяцев после того, как ты написала, что выходишь замуж за этого Ричарда Тернера, про которого я слышала, что он подлый, низкий человек. Потом говорили, что ты его убила! А ты заявляешь, что это правда! О, Мо, ведь я обещала, что достану денег! Почему ты не дождалась?
Морган вздрогнула, вспомнив то время, припомнив, как Ричард начал ухаживать за ней, хотя она еще носила вдовьи одежды и скорбела по Чарльзу.
– Не смогла. Меня донимали кредиторы, угрожали, что посадят за долги в тюрьму. А Ричард казался таким благородным и был красив, как дьявол. Я слишком поздно узнала, – добавила она с горечью, – что и душа у него была дьявольская. Но теперь все это в прошлом. Только подумай – я ношу то, что мне нравится, читаю совершенно непристойные романы и говорю что захочу! Вульгарные слова, – сказала Морган, легкомысленно тряхнув головой, – буквально не сходят с моего языка!
Эми засмеялась, глаза ее блестели.
– Не ври! Твой любовник наверняка против этого!
– Так ведь он меня им и научил! Любовник – это тебе не муж, – доверительно сказала Морган. – Муж командует своей женой, бранит ее, если она не слушается, оберегает от всего вульгарного и хвалит за приличное поведение. Муж обращается с женой как с ребенком! А любовник, – лукаво улыбнулась она, – обращается с любовницей как с женщиной. Если бы я знала это раньше, то сразу стала бы любовницей, а не женой.
– Но унижение! Моральное падение! Нет, я отказываюсь верить, что тебе это нравится – ведь ты так хорошо воспитана! – вспыхнув, воскликнула Эми.
– Никакое это не унижение! – ответила Морган. – Я счастлива, честное слово, счастлива! Эми, от его поцелуев я просто лишаюсь чувств.
Внезапно скованность Эми исчезла, а в ее распахнутых невинных глазах зажглись дьявольские искорки.
– Правда? Так же, как от поцелуев мистера Драмлина?
– О, гораздо сильнее, – ответила Морган. – По-сравнению с ним Барт вообще ничего не умел. Я живу здесь в полном комфорте, и при этом мне не нужно посещать званые вечера, суаре или эти чудовищно скучные балы. И ни один несносный ханжа или матрона с тупой рожей не посмеют придраться ко мне за неблагоразумные поступки!
Эми улыбнулась и похлопала Моргай по руке: – А уж я-то знаю, как трудно тебе было удерживаться от неблагоразумных поступков!
– Вот именно, – оживленно ответила Морган. – А теперь расскажи мне, как ты узнала о моих… неприятностях так далеко, в самом Лондоне! – Нервы ее напряглись, а зубы вдруг внезапно заныли. Если Эми в Англии слышала о Ричарде, как мог Уорд ничего не знать здесь, в Бостоне? – И конечно, про твоею мужа. Это Хауэлл, да? Но прежде всего, – добавила она, закусив губу, – расскажи мне про Реджи.
Эми скорчила гримаску.
– Твой отец не желает с нами общаться, но я слышала, Реджи в полном здравии.
Морган с силой втянула в себя воздух.
– О нет! Господи, только не из-за меня! – воскликнула она, прижав руку к сразу заболевшему сердцу.
– Ну, частично из-за моего участия в твоем побеге. Кроме того… я разорвала помолвку с Хауэллом, и теперь твой отец считает, что я безнадежна и неисправима.
– Нет! – ахнула Морган. – Ты не могла! Эми, все всегда знали, что вы поженитесь!
– Да, только я никогда его не любила, Мо, а как я могла выйти за человека, которого не люблю? Из-за этого у меня с родителями происходила одна ужасная ссора за другой, и я думала, что безнадежно влипла, но тут встретилась с Эдвардом. О, Морган, с ним все было именно так, как ты рассказываешь! Как только он меня поцеловал, я сразу поняла, что встретила свою истинную любовь! Он американец, а я всегда мечтала об американце, потому что они свободны духом и очень уважительно относятся к женам, не то что наши чопорные англичане! Брат Эдварда, Грег, учится в Оксфорде вместе с Гаретом. Эдвард приехал к Грегу в гости, а тут началась холера, и что еще оставалось Гарету, как не привезти их обоих к нам, чтобы они не заболели? Прежде чем я успела что-либо понять, мы уже обручились, а теперь и поженились. Именно так, – горько вздохнула она, – я и узнала о твоих обстоятельствах. Он из Филадельфии, и на нашей свадьбе его сестры только и говорили, что о Грешной Вдове. О, Мо, скажи мне, что это все неправда! – взмолилась она. – Ведь теперь я буду жить в Пенсильвании! Я думала, мы снова сможем дружить, а теперь ты тут, под защитой этого мужчины… скажи хотя бы, что он хорошо к тебе относится!
– Он обращается со мной как с королевой. Погоди, я тебе докажу! – Подхватив юбки, Морган взлетела вверх по лестнице, чтобы взять бриллиантовое ожерелье. Через несколько минут глаза Эми чуть не вылезли из орбит. Она взяла ожерелье в руки-.
– Оно прелестно, – выдохнула она, проведя пальцами по драгоценным камням. – Неужели они настоящие?
Морган кивнула, и Эми ахнула:
– Но как ты встретилась с таким богатым мужчиной? Он женат? Кто он такой?
