Через пару минут все было готово. Шэнди с офицером закатали капитана в одеяла, спрятав под ними кортики и пару обнаруженных в каюте капитана роскошных дуэльных пистолетов. Шэнди под полой куртки держал заряженный пистолет, направив его на офицера. Дэвис с трудом натягивал на себя куртку оглушенного офицера, когда ктото постучал в дверь.
Шэнди от неожиданности вздрогнул, чуть не выронив пистолет.
— Ага, прибыл хирург, — напряженным шепотом сказал Дэвис. Он встал за дверным косяком и кортиком махнул в сторону двери. — Впусти его, — приказал он Нурсу.
Нурса дрожь била еще сильнее, чем Шэнди, и он в отчаянии закатил глаза, отодвигая засов.
— Мы перенесли капитана в каюту, — невнятно пробормотал он, впуская хирурга.
Словно заученный номер, который долго репетировали, оба проделали все быстро и четко: Дэвис вышел из-за двери и ударил старика-доктора по голове рукоятью кортика, а Нурс подхватил падающее тело под руки.
— Замечательно, — удовлетворенно подытожил Дэвис, — теперь вперед!
8
Минутой позже Шэнди и отчаянно нервничающий офицер уже волокли по палубе закутанные в одеяла труп и оружие. Сверток оказался на удивление тяжел и неудобен, в особенности потому, что Шэнди все время приходилось держать спрятанный в складках материи пистолет наведенным на офицера. Они буквально ползли по палубе, мучительно медленно передвигая ноги.
Шэнди обливался потом, и не только от жарких лучей тропического солнца, он ощущал присутствие каждого вооруженного моряка, как если бы это был скорпион на его одежде. Шэнди пытался сосредоточиться на том, чтобы дотащить неудобную ношу до полубака, и не думать о том, что произойдет, когда взорвется пороховой погреб, или когда моряки заподозрят неладное и откроют по ним огонь, или когда бледный, как полотно, офицер наконец сообразит, что во время схватки после взрыва он окажется меж двух огней.
Так они миновали задраенный люк на средней палубе; оба тяжело дышали широко открытыми ртами. Офицер не отводил глаз от скрытой под одеялом руки Шэнди, и Шэнди понимал, что стоит рукояти пистолета выскользнуть из его потной ладони, как тот тут же бросится прочь, поднимая тревогу.
Обезоруженные пленники настороженно следили за их приближением. Им уже было известно, что перетаскивают труп Филипа Дэвиса, и они испытывали горькое удовольствие от сознания того, что именно Шэнди заставили выполнять эту работу.
— Только подойди еще чуть-чуть ближе, Шэнди, подлая тварь, — выкрикнул один. — Ради того, чтобы добраться до твоего горла, я согласен даже не присутствовать на собственной казни!
— Так-то ты отблагодарил Дэвиса за то, что он оставил тебя в живых? — подхватил другой. — Будут за тобой зомби гоняться, будут, попомни мое слово!
Кое-кто из молодых матросов захихикал, потешаясь над этим суеверием.
Еще через одну нескончаемую минуту они миновали передний люк, и тут Шэнди понял: до его компаньона наконец дошло, что его ждет в ближайшие две минуты.
— Эй, стреляю, — выдохнул Шэнди, но офицер разжал руки и с криком кинулся бежать.
— Это ловушка! — голос его сорвался. — Дэвис сейчас в пороховом погребе! Он взорвет корабль!
Шэнди вздохнул почти с облегчением: наконец-то кончилась мучительная неопределенность. Он быстро наклонился, развернул одеяло и, выкатив капитана на палубу, связал оружие в узел и замер на мгновение, озираясь.
Только один из моряков понял, что происходит, и, вскинув мушкет, прицелился. Шэнди выстрелил в него почти не глядя. Он промахнулся, но и пуля противника тоже пролетела мимо, расколов поручень рядом с Шэнди. Размахивая свертком с оружием, он кинулся бежать на полубак.
Раздались выстрелы. Пули засвистели вокруг Шэнди, одна из них попала в его узел. Не добежав до полубака, на котором толпились пленники, он на бегу швырнул сверток с оружием изумленным пиратам, а сам одним прыжком оказался у трапа.
Со звуком, похожим на частые удары молотка, две пули врезались в дерево как раз там, где он только что был.
Шэнди взлетел по трапу и кинулся к футляру с дуэльными пистолетами, найденными в каюте капитана.
— Всем на «Дженни»! — выдохнул он, выхватывая пистолеты из выложенного бархатом футляра и поворачиваясь к расположенной ниже палубе.
Однако прежде чем он успел решить, в кого стрелять, его неожиданно швырнуло на колени; весь корабль судорожно содрогнулся; громовой удар потряс воздух до самых верхушек мачт. Вся корма корабля как-то странно вздыбилась в растущем облаке дыма и обломков. Море на десятки ярдов закрыло клубящимся облаком, а сверху градом все падали и падали щепа и обломки. По волнам прокатился могучий басистый грохот взрыва.
Потом начали заваливаться мачты; канаты лопались со звуками, похожими на пистолетные выстрелы, однако они были едва различимы в нарастающем реве еще взрывавшихся бочонков с порохом. Затем с грохотом и скрипом огромные мачты обрушились на палубу, корежа и круша борта, корабельные надстройки и людей.
Палуба, на которой стоял Шэнди, накренилась к корме, и едва Шэнди успел это заметить, как крен стал еще более ощутимым. Бросив пистолеты, он на четвереньках добрался до леера и ухватился за стойку.
Он посмотрел на уходящую под воду корму, однако разорванные, дымящиеся паруса и дым не давали возможности разглядеть все хорошенько. Труп капитана Уилсона скатился в воду, и на глазах Шэнди за ним последовал один из дуэльных пистолетов. Шэнди слышал, как из-под досок палубы со свистом рвется наружу горячий воздух, а вокруг все стоял дробный перестук падающих с неба обломков дерева и металла.
Кто-то дернул его за руку, и, повернувшись, он увидел Дэвиса в изодранной куртке офицера. Тот стоял, перекинув ногу через леер, и что-то кричал. Слов Шэнди разобрать не мог, но понял, что Дэвис зовет его за собой, и послушно полез через леер.
На морской зыби колыхалась «Дженни», ее связывал с корветом теперь лишь один канат. На глазах у Шэнди один из пиратов рубанул по нему саблей и прыгнул с задранного носа корабля, поднявшегося над водой уже футов на тридцать.
— Прыгай! — завопил Дэвис, сильно толкнув Шэнди в спину, и тут же последовал за ним сам.
Первые несколько минут на борту «Дженни» были кошмаром. Всего лишь дюжина мужчин, половина из которых были ранены, изо всех сил спешили поднять паруса, продранные и наполовину обгоревшие от выстрелов корвета, чтобы набрать скорость и отплыть прежде, чем корвет пойдет ко дну; в образовавшемся водовороте перевернулся бы и более крупный корабль, чем «Дженни».
В конце концов, когда обреченный корабль до половины ушел под воду, задрав нос, а две перегруженные шлюпки успели отплыть примерно на тридцать ярдов к югу, грот «Дженни» наполнился ветром, и шлюп наконец принялся набирать скорость. Они были уже в ста ярдах от корабля и шли все быстрее и быстрее на юго-восток, когда военный корабль, дохнув последним облаком серого дыма, скрылся под водой, подняв белый вал водоворота.
