против вендов. Он также звал их сражаться с «еретиками» и «бунтовщиками»; «бунтовщиками» были римляне, которые отказались пустить папу Евгения править в Риме и избрали Арнольда Брешианского лидером своего республиканского восстания. От этого был всего лишь небольшой шаг до судьбоносного вопроса, поставить который не замедлили каноники-юристы, служившие значительно укрепившейся папской власти в начале XIII в.: не должен ли крестовый поход в Европе с целью повержения врагов церкви -еретиков, неверных, таких династий, как Гогенштауфены, являвшихся врагами Божьими, - быть в приоритете над крестовым походом за моря в Святую землю?
Проклятый папами дом Гогенштауфенов обязан своему восхождению на престол ловкому маневру со стороны курии, напоминавшему маневр, обеспечивший избрание Иннокентия II. Архиепископ Адальберо Трирский при поддержке меньшинства князей и с молчаливого согласия кардинала-легата организовал избрание Конрада раньше назначенного времени. Как король-соперник Конрад III плохо себя показал даже против Лотаря III; на своих собственных заслугах он не смог бы выстоять против Вельфов. Зная о слабости своего положения, он назначил своим наследником не своего восьмилетнего сына Фридриха Ротенбургского, а своего племянника Фридриха Швабского. Началась эпоха Гогенштауфенов, а вместе с ней - Священная Римская империя германской нации.
Образ этой империи, вынашиваемый немецкой националист-либеральной и консервативной буржуазией и любовно поощряемый историками и поэтами, складывается в Средние века, преображенные романтизмом. Это империя кайзера Ротбарта, Фридриха Барбароссы, та империя, которая стала сплавом силы и духа, политической значимости в мировом масштабе и независимой германской рыцарской цивилизации, влияние которой исходило из сердца Европы. Эта империя была тем, что люди позднее назовут «силовым порядком», а ее император был правителем всех христианских народов. Барбаросса умер во время крестового похода. Но старый император старой и прославленной Европы не умер: он спит в Кифхойзере - священной горе, и, когда Германия снова пробудится, он вернется. За крахом «империи» кайзера Вильгельма в консервативных протестантских и католических кругах Германии последовало возрождение религиозно-политической формы имперского романтизма (Союз Кифхойзера). В период после Второй мировой войны в Южной Германии ставили Ludus de Antichristo - пьесу середины XII в., которая возвеличивает императора как единственного борца с Антихристом и единственного защитника от завистливого, грешного Востока и ревнивого Запада.
Фридрих I Барбаросса: сама его внешность несла оттенок великолепия, сияния и приводила в восторг его современников, равно как и их потомков. Невысокий, с хрупкими конечностями, чистой и мягкой, как у мальчика, кожей, рыжими волосами и бородой - куда бы он ни пошел: на средневековый турнир, в бой, на охоту, торжественные мероприятия в короне, он выглядел как образец и покровитель европейского рыцарства.
Плохо обеспеченный граф Фридрих Бюренский (дед Барбароссы) был выделен Генрихом IV как вероятный союзник и получил от него Швабию и его дочь Агнес в жены. Фридрих перенес свое фамильное поместье из маленького, окруженного рвом замка Бюрен на гору Гогенштауфен. Выдающийся историк Германской империи Карл Хампе, безусловно, вполне оправданно считает борьбу Барбароссы с городами Ломбардии чем-то вроде возобновления спора об инвеституре.
Фридрих I, сын матери из рода Вельфов, связанный родственными узами с Каролингской, Оттонской и Салической династиями, хотел возродить Священную Римскую империю Карла Великого и Оттонов. Во всяком случае, об этом от его имени заявляли люди, отвечавшие у него за религиозно-политическую пропаганду, и об этом свидетельствуют определенные публичные широкие жесты, например, на это указывает канонизация Карла Великого. Имея также практический склад ума, он хотел возродить, насколько возможно, те имперские права в Италии, Бургундии и Германии, которым его предшественники в своем преступном пренебрежении позволили потерять силу. Вдобавок ему были нужны союзники внутри империи и за ее пределами, а также какая-нибудь форма частных владений. Усилия Фридриха по преумножению владений Гогенштауфенов вскоре вызвали враждебное отношение крупных, средних и незначительных землевладельцев. Историки и политические обозреватели с националистически-либеральными тенденциями в стиле «Малой Германии» награждают Габсбургов черной меткой из-за их стремления урвать для себя «частные владения». Но именно это и приходилось делать всем князьям и властителям, стремившимся добиться или защитить свое главенствующее положение и в империи, и в Англии, и во Франции: французская монархия одержала победу во Франции, потому что имела самые мощные частные владения. Фридрих II Гогенштауфен планировал создать широкую полосу владений Гогенштауфенов, простиравшихся от его поместий на западе и юго-западе через Чам до Эгера, и королевство, основу которого составляла бы Австрия как центр власти Гогенштауфенов в империи; таким образом он создал для Габсбургов прямой прецедент.
Чтобы полностью отдать должное Фридриху I, мы сначала должны рассмотреть его поступки или, говоря словами Оттона Фрейзингского, его Gesta. Рассмотрев его политические и военные подвиги, поражения и победы, мы можем отдельно проанализировать и другой аспект: его собственное описание своих имперских намерений, содержавшихся в имперских литургиях, праздниках и церемониях, в религиозно-политической пропаганде, которой занимались его единомышленники и сторонники.
Первые этапы его правления были трудными. В германской части империи он продвигался вперед медленно, назначая своих сторонников епископами и аббатами и даруя им территорию и поместья. Разведясь со своей первой женой из-за ее супружеской измены, он женился на Беатрис Бургундской, которая принесла ему богатое приданое. Его шесть римских походов вовлекли его в конфликт с итальянскими городами и папской властью. В Германии он добился успеха благодаря своему союзу с Вельфами в лице своего двоюродного брата Генриха Лионского, которому он даровал не только привилегии к востоку от Эльбы, но и герцогства Саксонское и Баварское; последнее было отрезано от недавно созданного герцогства Австрийского. Это Австрийское герцогство, обеспеченное особыми привилегиями, которые позднее стали огромным яблоком раздора, он пожаловал представителю рода Бабенбергов Генриху Ясомирготту. А когда эта династия угасла в 1246 г., Фридрих попытался заполучить Австрию для Гогенштауфенов.
Хорошо обеспеченный Генрих Лионский и его двоюродный брат Фридрих I действовали вместе слаженно двадцать лет.
По договору, заключенному в Констанце в 1153 г., Фридрих стал союзником папы Евгения III: у них были два общих врага - римляне (все еще бунтовавшие при Арнольде Брешианском, которому они предлагали императорскую корону) и норманны. Однако трения между Фридрихом и папой Адрианом IV (11541159) - Николасом Брейкспиром, первым и единственным папой-англичанином, угрожали привести к более близким столкновениям с папской властью. Эти трудности были улажены, и Фридрих был коронован императором; но, как только его армия ушла, Адриан заключил союз с норманнами. На рейхстаге в Безансоне канцлер империи Райнальд Дассельский открыто заявил, что желает ослабить накопившееся напряжение: дело было в письме Адриана, в котором он называл императорскую корону beneficium, дарованным папой.
Теперь beneficium означал и «вотчина», и «привилегия». Райнальд, который истолковал это
