занял кресло напротив, рядом с министром внутренних дел.
Аврора Сергеевна на заседание не явилась, что было вполне предсказуемо. Зачем марать руки, если можно наблюдать за спектаклем из-за кулис? А вот Михаил расположился неподалёку от меня, демонстративно кивнув мне в знак поддержки.
— Господа, — начал император, обводя присутствующих строгим взглядом, — сегодня наследный принц Пётр Алексеевич попросил внеочередного заседания Совета для обсуждения вопроса, который, по его мнению, имеет государственную важность. Слово предоставляется ему.
Пётр поднялся с места, и выражение его лица не предвещало мне ничего хорошего. Он был готов к бою и, судя по стопке бумаг перед ним, основательно подготовился.
— Ваше Императорское Величество, уважаемые члены Совета, — его голос звучал чётко и уверенно, — я вынужден обратить ваше внимание на серьёзнейшую угрозу безопасности империи. Человек, недавно представленный двору как член императорской семьи, ведёт опасную игру за нашими спинами.
Он театрально указал на меня, и, признаться, я с трудом сдержал улыбку. Не к лицу Законнику смеяться над публичными обвинениями, но вся эта ситуация начинала казаться мне комичной.
— Максим Темников, — продолжил Пётр, намеренно используя мою прежнюю фамилию, — использует своё новое положение для тайных переговоров с иностранными державами. В моих руках, — он поднял несколько листов, — доказательства его контактов с прусскими и французскими эмиссарами. Контактов, целью которых является подрыв законной линии наследования российского престола.
По залу пронёсся шепоток. Пётр позволил ему угаснуть, прежде чем продолжить.
— Прошу обратить внимание на письмо от пятнадцатого апреля, — он передал один из документов ближайшему к нему советнику, который с явным интересом принялся изучать бумагу. — В нём господин Темников обсуждает с прусским бароном фон Кляйном возможность военной поддержки в случае… как он это назвал? Ах да, «необходимости восстановления справедливости в вопросе престолонаследия».
— Это подделка, — спокойно заметил я, не поднимаясь с места.
Пётр продолжил, словно не услышав меня:
— Кроме того, здесь имеются свидетельства встреч с французским послом в его частной резиденции, где обсуждались вопросы торговых преференций в обмен на политическую поддержку. А также, — он извлёк ещё один лист, — весьма любопытный документ о передаче крупной суммы денег некоему полковнику гвардии. Отмечу, что это произошло за два дня до официального объявления Максима принцем.
Я молча наблюдал, как мой «дорогой» брат распространяет свои «доказательства» среди членов Совета. Некоторые из них хмурились, другие сохраняли каменные выражения лиц. Император оставался невозмутимым, как и подобает монарху.
— Максим привык действовать в тени, — Пётр театрально развёл руками. — Служба в Бюро научила его скрытности. Но даже лучшие шпионы оставляют следы.
Император повернулся ко мне:
— Что вы скажете в ответ на эти обвинения, Максим Алексеевич?
Я медленно поднялся. Не спеша оглядел собравшихся, впитывая их реакцию. Кто-то смотрел с подозрением, кто-то с любопытством, но большинство — с настороженным ожиданием.
— Для начала я хотел бы поблагодарить моего брата за столь… творческий подход к дипломатической корреспонденции, — я улыбнулся, наблюдая, как лицо Петра напрягается. — Признаюсь, если бы я, действительно, состоял в переписке с бароном фон Кляйном, то постарался бы быть более оригинальным в формулировках.
Я подошёл к ближайшему советнику, в руках которого находилось «моё» письмо, и указал на подпись.
— Обратите внимание на росчерк. Он выглядит впечатляюще, не так ли? Жаль только, что я никогда не подписываюсь подобным образом, — я извлёк из внутреннего кармана сюртука свой собственный документ. — Вот образец моей подписи под последним официальным отчётом Бюро. Как видите, различия очевидны даже для неспециалиста. Но, мы можем пригласить дворцового каллиграфа для проверки.
Покопавшись в другом кармане, я достал ещё один лист бумаги.
— А вот и оригинал того «любопытного документа» о передаче денег. Да, я действительно передал деньги полковнику Орлову. Для закупки продовольствия для голодающих крестьян в Поволжье после неурожая. Здесь расписка, заверенная казначейством и банковским домом Ротшильдов — вряд ли они рискнули бы своей репутацией ради поддержки моих мнимых заговоров. Не думал, что подобный жест ради людей нашей империи будет расценен столь резко.
Комиссия, в особенности те, кто был в разговорах с Петром Алексеевичем достаточно холоден, не смогли сдержать одобрительных смешков. Впрочем, некоторые, наиболее преданные наследнику, сохраняли каменные выражения.
— Что касается встреч с французским послом… — я выдержал паузу. — Действительно, я встречался с ним. По прямому поручению Вашего Императорского Величества, — я поклонился императору, — для обсуждения вопросов сотрудничества в сфере научных исследований. Здесь копия указа, подписанного лично вами, отец.
Пётр побледнел ещё сильнее. Он явно не ожидал, что я приду настолько подготовленным.
— Это… это не всё, — он лихорадочно перебирал бумаги. — У меня есть свидетельства очевидцев, что Максим встречался с представителями польской делегации без официального разрешения. В частности, с принцессой Кариной, которую, как известно, связывают с ним весьма близкие отношения. Кроме того, была организована «якобы» экскурсия на наш передовой корабль «Пересвет».
Я мысленно поаплодировал. Вот это уже было интереснее — полуправда вместо откровенной лжи.
— И это ли не доказательство того, что его нынешнее назначение в Научное общество преследует цель получения доступа к военным технологиям для передачи их иностранным державам?
На этих словах Михаил не выдержал и поднялся со своего места.
— Пётр, это переходит все границы, — в его голосе звучал едва сдерживаемый гнев. — Максим, действительно, встречался с принцессой Кариной — в моём присутствии. Что до военных технологий — все разработки проходят через моё ведомство, и я лично поручал Максиму координацию нескольких проектов.
Пётр метнул в него разъярённый взгляд.
— Не надо забывать, дорогой брат, что значительное финансирование твоих военных программ идёт через благотворительные фонды, подотчётные мне. Если ты решил вмешаться в эти… политические вопросы, возможно, стоит пересмотреть распределение средств.
Это была уже неприкрытая угроза. Я заметил, как Михаил стиснул кулаки, готовый ответить ещё резче. Пора было вмешаться, пока ситуация не вышла из-под контроля.
— Любопытное замечание, брат, — я шагнул вперёд, привлекая внимание к себе и давая Михаилу время остыть. — Особенно учитывая, что буквально вчера на приёме ты публично признал мои заслуги в спасении твоей дорогой тёти от покушения. Так что же изменилось за одну ночь? Неужели ты настолько непоследователен?
По залу вновь прокатился шёпот, на этот раз более оживлённый.
— Кстати, о финансировании, — я обвёл взглядом присутствующих. — Интересно, все ли члены Совета знают, что недавний неурожай в Поволжье, о
