они больше и не лезли.
– Ладно, не буду ни в кого стрелять. Полиция ежедневно выезжает на перестрелки. Я просто напрошусь в наркоотдел или в отдел по борьбе с организованной преступностью, дождусь, когда кого-нибудь отправят на тот свет, и посмотрю, что будет с душой. Слушайте, я была новичком в полиции, но я знаю, как все работает. Нам нужно знать, что происходит.
– Ладно, гениальный детектив, – подал голос Дэваль. К нему вернулся его привычный расслабленный и слегка насмешливый вид. – Отпустим тебя на задание, если правильно ответишь на три моих вопроса.
От волнения я даже выпрямилась и обратилась во внимание.
– Вопрос первый. Ты умерла недавно?
– Да, меньше месяца назад.
– Вы с Хелен умерли в одно время?
Я поморщилась. Хелен до сих пор не знала, как умерла. И мне не хотелось ей рассказывать. Но соврать не получится.
– Да.
– Тогда почему Хелен здесь, раз души не появляются в Мортруме?
Воцарилась гнетущая тишина. Я чувствовала себя как двоечник, который списал контрольную, но засыпался на дополнительных вопросах. И теперь очень не хочет признаваться в том, что экзамен провален.
Дэваль смотрел с видом победителя. Порой я по этому взгляду скучала, но сейчас определенно был не тот случай.
Я повернулась к Хелен.
– Как ты попала в Виртрум?
– М-м-м… Я помню, как ты вернулась домой и пошла в душ. Я подумала, что надо разогреть для тебя ужин.
Я тяжело вздохнула. Пока я была в душе и размышляла о том, как скучаю по конькам, папа вломился в дом, убил Хелен, а потом хладнокровно дождался, пока я спущусь.
– Потом помню, как оказалась где-то за городом. Было уже темно. Я была уверена, что задержалась на работе и должна добраться до дома до приезда Аиды. Неподалеку был прокат автомобилей, и я пошла туда. Было поздно, но они оказались открыты. Мужчина предложил мне красный «Мини-Купер». Это я помню хорошо: такую же машину купил мне твой отец, Аида.
Я с такой силой сжала оладью, что она превратилась в кашу.
– И тут я поняла, что у меня нет с собой ни прав, ни денег. Но мужчина любезно согласился меня подвезти. Так мы оказались в Мортруме. Он объяснил, что я умерла, взвесил мою душу. И сказал, что я должна провести некоторое время здесь, чтобы они могли принять решение, отправлять ли меня на перерождение или в Элизиум. Затем он посадил меня в лодку, отвез в Виртрум, где меня обучили работе. Потом Аида меня забрала.
– Кто именно тебя отвез? – спросил Ридж. – Что за мужчина?
– Не знаю. Он не назвал имя.
– А как он выглядел? Молодой, старый, приметы?
– Понятия не имею! Его лицо было скрыто капюшоном. Голос… пожалуй, не старый. Но и не мальчишка.
– Капюшоном? – нахмурилась я. – И тебя это не смутило? Не показалось странным?
– Столько всего случилось. Все было странно. Я даже не подумала, что это важно. Простите.
– Верховная обмолвилась, что Хелен – одна из последних душ, попавших в мир мертвых. Я не придала этому значения. А она не выказала удивления. Может, все же наведем там порядок?
– Верховная может быть и ни при чем. Она мало что знала. Самаэль установил свои порядки, возражать ему никто бы не решился. Привезли новую душу – значит, так нужно, – сказал Тордек. – Нужно поспрашивать проводников.
Я покачала головой:
– Это не просто совпадение. Хелен должна была здесь оказаться. Разве не странно, что, когда я попыталась потребовать освободить Дэваля, Верховная шантажировала меня именно душой Хелен?
– Она могла просто воспользоваться случаем и воспринять его как везение. Я не верю, что Верховная помогает Лилит, – сказал Ридж.
И, к моему удивлению, его поддержал Дэваль:
– Согласен.
В ответ на мой удивленный взгляд он пояснил:
– Она туповата.
– Мне так не показалось.
– Ее обыграла ты.
– Я ее напугала.
– Это тоже считается за победу.
– Погоди-ка, а в каком смысле «обыграла я»? Это что, признак глупости? Ты что, бессмертный?!
– Я думаю, страж Грейв хотел сказать, что если бы Верховная вела свою игру, она бы не позволила ему выйти на свободу. Это то, чего всеми силами пытался не допустить Самаэль.
Тордек снова выступил миротворцем, но я уже затаила зло и при случае собралась непременно отомстить.
– Очевидно, что Лилит и Самаэль управляют процессом перехода душ. И отсутствие новых – их рук и лап дело. Значит, и переходом Хелен управляли они. Для чего?
– Может, наоборот? Не управляли? Она погибла случайно, все были заняты твоим возвращением – и не перехватили душу? – предположил Ридж.
– Тогда почему проводник скрывал лицо? – спросил Дэваль.
Мне захотелось начать биться лбом об стол, но вряд ли от этого получился бы толк.
– Возможно, я скажу глупость, – осторожно начала Хелен, – но мне показалось, что тому человеку было вообще плевать на меня. Ждать, что в загробной жизни будет сервис лучших курортов, довольно странно, но все же… он вел себя так, словно я была лишь предлогом приехать в Виртрум. Он даже бросил меня в холле, и я довольно долго ждала судью, который меня забрал.
– Но что проводнику могло понадобиться в Виртруме? Так сильно, что даже понадобилась душа.
– Никто не может войти в Виртрум без сопровождения. Только Повелительница, глава министерства, судьи, души. Проводники могут попасть в Виртрум только в сопровождении душ.
– Значит, надо выяснить, что им там понадобилось. Но… нет, не сходится! Когда Хелен погибла, Самаэль еще был здесь. Если им что-то понадобилось бы, он мог явиться в Виртрум, пнуть Рори, трахнуть Верховную и плюнуть с высоты прямо в Стикс. Все, у меня болит голова, – хныкнула я.
– Давайте по порядку, – сказал Дэваль. – Сначала насущные проблемы. Потом – теории заговоров и прохладные истории из жизни проводников. Нужно закрыть прорехи, чем я и займусь в ближайшее время, чтобы разгрузить стражей. А вы покопайтесь в бумагах Самаэля. Может, что-то натолкнет на мысль об их дальнейших действиях.
– Я с тобой закрывать прорехи! – кивнула я.
– Нет. Я пойду один.
– Но…
Ридж пнул меня под столом. Потом еще, для верности. Дэв отправился наверх, за курткой, Шарлотта решила погулять в саду, а Хелен занялась уборкой кухни после нашего совещания.
– Аида, дай ему время. Не ходи за ним хвостом. Дэву нужно прийти в себя.
– Идти одному опасно.
– Не для Дэваля. Он сильнее всех существующих стражей. И знает, как выбраться из Аида в случае чего.
– Он провел пять лет в заточении! Ему нужно восстановиться!
– Аида… Обычно я так не делаю. Для меня распавшаяся парочка – это повод соблазнить несчастную брошенную красотку. Но если ты
