Пятницын. Устав выслушивать панегирики своего соратника и преданного друга, в один из рабочих дней Иосиф Виссарионович вместе с Климом Ефремовичем поехали на квартиру Кулика, где и застали оного в состоянии полной невменяемости ввиду употребления большого количества крепкого алкоголя, проще говоря, сивухой от будущего маршала разило на версту, а лыка он не вязал.
— Клим, скажи, какое дело можно поручить человеку, который так много пьет?
— Все мы немного можем злоупотребить… — пытался дипломатично сгладить углы Ворошилов.
— Это не немного… Он уже неделю не просыхает. Запойный начальник ГАУ мне не нужен. Он соображать должен. Не иногда, а постоянно! Или ты с этим не согласен?
И попробуй в такой ситуации не согласиться! Дураком Кулик не был. Он хорошо знал артиллерийское дело, еще со времен Империалистической. Да и в Гражданскую проявил себя неплохо. Был на ответственных постах в Первой конной армии, во время обороны Царицына вошел в круг друзей Ворошилова и Сталина. Но вот вам типичный пример того, что водка делает с человеком. Претендовать на ответственную должность сейчас ему не светило. А уговорить друга бросить пить у Клима Ефремовича никак не получалось. Кулик плакал, обещал перестать, даже прекращал пить… и прекращал — на неделю-вторую, до нового запоя. Так что Сталин слушал Ефимова и морщился. Очень ему не нравился слишком «гладкий» доклад начальника ГАУ.
— Товарищ Ефимов, скажите, почему у танков Т-28 и Т-35, противопульная броня?
— Товарищ Сталин! Основная проблема этих танков в мощности моторов. На тех, что были в наличии, ставить более тяжелую броню — это делать танки медленными мишенями для противотанковых средств противника. На сегодня, такая броня — наша единственная возможность хорошо защитить экипажи танков.
Как настолько тонкая броня может ХОРОШО защитить экипаж⁈ — подумал про себя вождь. И поставил зарубочку на память.
— И почему ваше управление постоянно возражает против установки на танки радиостанций?
— Товарищ Сталин, вас неверно проинформировали. Мы считаем, что на командирские танки от командира роты и выше рации ставить обязательно необходимо. Но на сегодня мы не изжили две проблемы, которые мешают даже такой радиофикации передвижных бронированных средств. Первая проблема — это большие габариты самой радиостанции, из-за которой приходится жертвовать, например, боекомплектом, а небольшой боекомплект, это совершенно неприемлемый вариант. Вторая проблема, которую ещё не удалось решить — это качество связи. Слишком много помех, которые пока что не удалось устранить. Поэтому мы считаем, что на данный момент командиры звеньев ниже ротного — могут управлять своим примером или флажками.
— То есть, под вражеским огнем командир танка должен из машины вылезти и подать флажком сигнал своим подчиненным?
— Никак нет, товарищ Сталин. Во время боя он руководит собственным примером, как в море есть команда «делай, как я». Флажки — это подача сигнала на марше и в небоевой обстановке.
— Понятно! Продолжайте, товарищ Ефимов.
После окончания этого доклада слово взял вождь. Он подошел к небольшой трибуне, установленной в просторной палатке и чуть прокашлявшись, заговорил:
— Товарищи! Концепция применения современных танковых соединений базируется на теории глубокой операции, созданной видными военачальниками РККА в последние годы. Надо заметить, что в этой концепции подразумевается, что все силы механизированных соединений будут двигаться с одной скоростью, позволяя проводить глубокие и стремительные прорывы оборонных рубежей противника. Мы провели проверку нашей экспериментальной механизированной бригады. И я хочу сказать, что она считается механизированной зря, очень зря, товарищи! Поясню свое мнение. Да, в состав бригады входят танковые соединения. И пехота, которая должна взаимодействовать с танками, тоже передвигается вместе с ней… на обычных автомобилях, полуторках. То есть, пехота на марше не защищена броней! И это делает ее уязвимой для атак противника. А если враг уничтожит пехоту, ценность моторизованного соединения сразу же резко падает.
Сталин взял небольшую паузу и обвел тяжелым взглядом зал. Пока что его слова никакого отторжения у военных специалистов не вызывали.
— Во всем мире стараются панцерную пехоту спрятать за броню, которую усиливают еще и пулеметом. Фактически, каждое отделение панцергренадеров еще и имеет в своем распоряжении передвижной и защищенный противопульной броней пулемет, что значительно усиливает огневое воздействие такого подразделения. Это опытные разработки Германии, точнее, Четвертого рейха. У нас же пехоту моторизованных соединений защищает, в лучшем случае, брезент полуторки! Что скажите, товарищ Ефимов, почему у нас буксует создание бронеавтомобиля для перевозки мотопехоты? Можете с места ответить.
Ефимов тут же вскочил и оттарабанил:
— Мы взяли за основу бронеавтомобиль британских Вооруженных сил. К сожалению, его маломощный мотор плохо показал себя в наших погодных условиях. Пока что у нас нет дешевого и надежного мотора, который мог бы быть поставлен на колесную технику такого класса.
— Понятно, товарищ Ефимов. Только почему она должна быть исключительно колесной? А не на гусеничном ходу или так и не был использован комбинированный вариант? Гусенично-колесный? Но еще более странным оказалось массовое использование в механизированном соединении лошадей для буксировки артиллерии, в том числе зенитной. Что вы можете сказать по этому поводу?
(британский Universal Carrier , не такая и плохая машина, раз их выпустили 113 тысяч штук)
К этому времени Николай Алексеевич уже успел собраться с мыслями и стал докладывать:
— Мы за основу бронетранспортера для пехоты выбрали британский Universal Carrier, то есть 'Универсальный, многоцелевой транспортер, чертежи которого нам предоставила разведка. Существует его два прототипа: гусеничный и колесный, они оба были перепроектированы нами под нашу техническую базу. Многие узлы и технические решения оригинала нам пришлось заменять своими. Колесный вариант получился чуть лучше гусеничного, но у него основная неразрешенная проблема — отечественный маломощный двигатель. На оригинале стоит восьмидесятипятисильный двигатель фирмы Викерс, к сожалению, нам он не подошел, как и подобный двигатель отечественного производства.
— Почему?
— Причина в том, что британский бронеавтомобиль рассчитан на три-четыре человека в десантном отделении, нам же поставлена задача поместить там как минимум полноценное отделение мотострелков, а это восемь человек, товарищ Сталин, вместе с вооружением, вот и получилось не так хорошо. Сейчас идет работа над двигателем, если все получится, к концу года бронетранспортер для мотопехоты выйдет на испытания.
Тут неожиданно подал голос начальник Бронетанкового управления РККА, Павлов:
— Товарищ Сталин, уже сейчас, на стадии проектирования, мы, армейцы, считаем этот броневик несколько неудачным в еще одном отношении: десантное отделение открытого типа, то есть в него легко забросить гранату и оставить танки без пехотного прикрытия. Мы изначально предлагали
