«за». Двое «против». Решение принято, — подвел итог Тималох, выступавший секретарем собрания.
— Господа! — сэр Эктор, поспешно встав из-за стола, быстро заговорил, пока остальные не успели разойтись или не отключили свои ментальные проекции. — Мы решили отойти от традиций, приняв в наши ряды того, кто не прошел по всей лестнице рангов, подняв кандидата сразу на четыре ступени. Что раньше было недопустимо. Отказались от ученичества, ночи бдения, остальных испытаний. Хорошо. Да будет так. Я согласен. Но тогда пусть хотя бы посвящение в рыцари кандидат пройдет в Зале Памяти, пусть предшественники решат, достоин ли он быть среди нас…
* * *
— И что меня там ждет? — с сомнением уточнил я, разглядывая пустоту уходящего в темноту коридора.
Когда получил письмо архимага, сообщающее о том, что он и еще несколько уважаемых членов Лиги предложили расширить мою награду за выполненную миссию, и для этого нужно представить меня Капитулу братства, речь шла, как я понял, скорее о формальности. Сейчас же меня начали одолевать сомнения. Ввели какое-то дополнительное испытание перед посвящением в рыцари, хотя я это звание должен был получить и так, за сам факт завершения задания. Что еще они придумают, куда пошлют? И стоит ли это все того?
— Ничего такого, что угрожало бы твоей жизни, здоровью или разуму, — успокаивающе ответил Турух. — Мне удалось обойти многие лишние формальности и традиции, но полностью отказаться от них нельзя. Иначе это поставило бы под сомнение твою готовность быть одним из нас и служить делу Лиги на столь высокой должности, как комтур «Двойной Спирали». Посвящение же в рыцари, проведенное по древнему канону, покажет соответствие твоих убеждений духу Лиги. Тебе нужно всего лишь пройти по этому коридору и дать ответ на один простой вопрос. От которого и будет зависеть, состоится посвящение или нет. Но это все, что я могу сказать сейчас. А теперь иди! Я уверен, у тебя все получится, — довольный маг ободряюще хлопнул меня по плечу, после чего шагнул назад и прикрыл за собой дверь.
Странно это все… Из простой формальной процедуры посвящение в рыцари внезапно стало чем-то бо́льшим и значимым. Прислушавшись к интуиции и не получив никаких подсказок, я пожал плечами и решительно направился вперед. Чем быстрее пройду коридор, тем скорее закончу со всеми заморочками.
Звук шагов гулко отражался от пустых стен, начало пути утонуло в темноте так же, как и его конец, что и не думал приближаться. Я неопределенно хмыкнул: любят же в Лиге играться с расширением пространства! Идти становилось невыразимо скучно, вроде и важный момент, но я ощущал лишь глухое раздражение от происходящего… Неожиданно задумался: а сколько было в моей жизни таких шагов, когда я раз за разом ломал себя, заставляя идти вперед, к цели, даже если та была совсем не видна? И когда я сделал тот, самый первый и, наверное, самый важный?
…Врата Хаоса. Они звали, переливаясь и мерцая в десятке шагов от меня. Вначале они показались мне миражом, обманом зрения после уроков боли и послушания, где мне методично калечили тело и ломали волю. Профессионально делали из меня послушную куклу, для которой главная радость в жизни — умереть ради господина, приняв на себя проклятия и смерть предназначенные ему… А что хуже всего, тот огрызок человека, который от меня планировали оставить, из-за насильственной привязки до конца своих дней должен был искренне любить того, кто обрек его на эту участь!
Как же я ненавидел их всех! Я не сделал никому ничего плохого. Просто хотел жить. В конце концов, мой отец ведь был с ними одной крови! Но со мной обращались хуже, чем с рабом-тенейцем, и я желал хотя бы сдохнуть на зло им всем. Только проклятый ошейник не давал сделать даже этого… И тут это нечто, зовущее к себе, обещающее перемены, силу, власть, еще какую-то чушь… не их я искал, когда нырнул головой вперед в радужную дымку, надеясь, что это не сон и не очередная проверка…
А чего я хотел?
Наверное, легкой смерти. А в идеале — чтобы не было так, как сейчас.
Потом были и другие шаги. Память услужливо разворачивает картины прошлого, того, которым я не горжусь и не хочу вспоминать. Будни собирателя и копателя, в них не было ничего особенного, но был бесхитростный юнец, считавший, что боги избрали его спасителем своего мира. Великие мечты и идущая кругом голова от развернувшихся перспектив: власть, могущество, возвращение на Нею, и я, в блеске славы, изгоняющий захватчиков в ту бездну, из которой они пролезли в наш дом… Наивные грезы глупого мальчишки.
Потом отрезвляюще тяжелые будни и понимание, насколько невозможный, почти недостижимый путь мне предстоит пройти, чтобы однажды оказаться на той самой вершине. И сколько для этого потребуется веков… Тогда я и заключил свой первый контракт с демонами. И был счастлив, увидев головы своих родственников у моих ног. Была ли это месть? Да. А еще справедливость. Судьба никогда не настигнет палачей, если не взять ее в свои руки и не направить в нужную сторону.
Еще шаг. Мне кажется, я уже несколько часов бреду по этому однообразному коридору и лишь воспоминания составляют мне компанию. Ну что ж, не самое худшее общество. Хотя мое бытие наемником я хотел бы забыть как страшный сон. Стыд за те дни готов обглодать меня до костей. И теперь, после Чертогов разума, помнить приходится все до последнего часа. Смерть, кровь, алкоголь, чтобы залить муки совести, а потом и зелья забвения, когда алкоголь перестал справляться.
Шагать стало труднее… Воспоминания прошлого начинают давить, лишая сил, вызывая апатию и равнодушие, мешающие идти вперед… Одни бои сменяются другими, отчаянье и непонимание того, что делать дальше, что вообще меня ждет. Я не хотел такой жизни. И все же не мог вырваться из этого проклятого круговорота рейдов и смертей.
Эйрен. Именно она тогда стала для меня спасительным лучом, показала, что можно жить по-другому. Пытаться бороться за себя вопреки всему и всем, к чему-то стремиться… И тот рейд… Тот, что должен был стать для нас последним, после чего мы хотели выйти из Клинков. И потому нас и оставили прикрывать отход, сейчас я это понимаю весьма четко. Какая-то тварь нас сдала!
На секунду я замер. Стало невыносимо тяжело дышать. Груз прошлого продолжал давить, несмотря на прошедшие годы и новые узелки судьбы, бередя раны в душе… И все же, лезвия воспоминаний
