class="p1">Потом, когда Шортц поступил в университет, его мать помогла ему найти специализацию. Сегодня Шортц – единственный в США человек, который имеет диплом колледжа со специализацией в энигматологии, то есть в исследовании загадок и кроссвордов.
* * *
А какое детство было у Джеффа Безоса?
Джеффу повезло, потому что у него была очень любознательная мать Джеки. Джефф родился через две недели после того, как его матери исполнилось семнадцать лет. «Я была очень молода, – рассказывала мне Джеки, – и у меня не успело сложиться жестких представлений, что это или то должно быть именно так, а не иначе».
Джеки рассказала мне, что ее очень интересовала жизнь Джеффа и его младших брата и сестры.
– Мне было ужасно любопытно все то, чем занимались эти маленькие существа. Я очень внимательно наблюдала за ними и за тем, что их интересует. Они были очень разными и увлекались совершенно разными вещами. Я считала своим долгом помочь им глубже узнать то, что их интересует.
Когда Джеффу было три года, он неоднократно просил мать позволить ему спать в «большой кровати». Джеки объяснила сыну, что он рано или поздно будет спать в «большой кровати», но только не сейчас. На следующий день, когда мать вошла в комнату Джеффа, тот при помощи отвертки разбирал свою кровать. Джеки не стала ругать сына, а села на пол и помогла ему разобрать кровать. В ту ночь Джефф спал в «большой кровати».
Когда Джефф ходил в среднюю школу, он изобретал массу приборов. Одним из них была сигнализация на двери его спальни: она включалась, когда кто-нибудь переступал порог его комнаты.
– Мы тогда постоянно ездили в магазин электроники, – вспоминает Джеки со смехом. – Иногда приходилось приезжать в него четыре раза на дню потому, что ему требовались какие-нибудь приборы или детали… Однажды он привязал веревки ко всем ручкам дверок серванта, и получилось так, что если открываешь одну дверку, то открываются сразу все.
Я попыталась представить себя в подобных ситуациях – действительно ли они меня нисколько не смутят и не испугают. Смогла бы я, как Джеки, внимательно отмечать, какие задачи нравится решать сыну, и помогать ему развиваться в тех областях, которые ему интересны.
– У меня было прозвище «капитан Хаоса», – вспоминает Джеки. – Потому что я не возражала против любых затей, которые придумывали дети.
Джеки вспоминает, как однажды Джефф решил соорудить куб с вставленными в него и отражающими друг друга зеркалами. Она в это время сидела с подругой.
– Джефф подошел к нам и стал рассказывать о конструкции и ее научном обосновании, и я только кивала головой и иногда задавала ему уточняющие вопросы. Потом он ушел, а моя подруга сказала, что не поняла ничего из его рассказа. Я ответила: не имеет никакого значения, поняла я сына или нет. Главное – я его выслушала.
Когда Джефф учился в средней школе, он превратил семейный гараж в лабораторию. В один прекрасный день Джеки позвонили из школы и сообщили, что ее сын пропускает все занятия, которые проходят после обеда. Когда Джефф вернулся из школы, она спросила его, чем он занимается после школьного обеда. Джефф ответил, что познакомился с местным профессором, который разрешил ему проводить эксперименты с авиационными крыльями, тягой и скоростью.
– Я поняла, – сказала Джеки. – Теперь нам надо решить, как сделать так, чтобы тебя официально отпускали с уроков после обеда.
В колледже Джефф изучал компьютеры и инженерное дело, а после окончания начал применять свои знания для создания программ управления инвестициями. Еще через несколько лет он создал интернет-магазин Amazon.com., назвав его в честь самой длинной реки в мире. Кроме этого он создал сайт www.relentless.com. Откройте эту ссылку. Может быть вам понравится то, что вы увидите.
* * *
– Я всегда учусь, – рассказывает мне Уилл Шортц. – Я постоянно выворачиваю свой ум наизнанку, ищу новую подсказку к слову или новое слово. Я читал у какого-то писателя, что если ты устал писать, ты устал от жизни. Я думаю, то же самое можно сказать и про кроссворды. Если ты устал от кроссвордов, ты устал от жизни, потому что кроссворды бывают самыми разными.
Практически все упорные и успешные люди, с которыми мне довелось общаться (включая моего отца), считают точно так же. Просмотрев выводы множества исследований, я могу утверждать: чем упорнее человек, тем реже он кардинально меняет траекторию своей карьеры.
Существует масса людей, которые берутся за новый проект, быстро загораются какой-нибудь темой, но через пять лет все бросают и начинают заниматься чем-нибудь совершенно другим. Нет ничего криминального, чтобы попробовать разные хобби, но совсем не дело, когда человек не в состоянии найти то, чем он может заниматься долго.
– Я называю таких людей «летунами», – говорит мне Джейн Голден.
Она вот уже более тридцати лет является директором известной программы Городской настенной живописи в своей родной Филадельфии. При ее активном участии более 3600 стен города расписали картинами. На всей территории США нет более крупной муниципальной программы по облагораживанию стен и фасадов. Многие подумают, что Джейн «безраздельно» предана своей работе, и с Джейн с этим согласна.
– Такие «летуны» поработают у нас немного, а потом переходят на новое место. А затем уйдут со второй работы на третью. Мне такие люди кажутся инопланетянами. Да что же это с вами? Почему вы не в состоянии найти себе применение?!
На самом деле интересно узнать, как ей самой удается быть такой неизменно преданной. Ведь скука, возникающая после долговременных занятий одним делом, – нормальная реакция. Все люди, начиная с рождения, отворачиваются от того, что они уже видели, и поворачиваются туда, где есть что-то новое и незнакомое. Само слово «интерес» происходит от латинского interesse и означает «отличаться». Все люди по своей природе новаторы.
Но по-настоящему упорные люди не просто открывают для себя что-то приятное и развивают свой интерес, они еще учатся этот интерес углублять.
В молодости Джейн хотела стать художником. Сейчас она завязла в бюрократической волоките, ищет деньги на осуществление проектов и занимается политикой на муниципальном уровне. Я поинтересовалась, не считает ли она, что пожертвовала свою жизнь на дело важное, но не самое интересное. Не потеряла ли она чувство новизны?
– Мне было сложно бросить рисовать, – призналась мне она. – Но потом я поняла, что программа городской настенной живописи может быть очень креативным занятием. И это прекрасно, потому что я очень любознательный человек. Со стороны моя жизнь может показаться приземленной. Я занимаюсь одной и той же программой, и занимаюсь уже вечность. Но во
