я продолжала сидеть с каменной физиономией, глядя тупо перед собой.
Он был привлекательным. Мой ровесник, может быть, чуть-чуть старше. Но от него тянуло звериной силой, какой-то непокорностью, а ещё, будучи откровенной самой с собой, — мудаковатостью.
Короткий стук по стеклу заставил меня вздрогнуть. И когда я перевела взгляд на водителя внедорожника, то удостоилась ехидной ухмылки, которая расплылась на суровом лице. Мне почему-то это не понравилось. Мужик качнул рукой и, медленно прижав указательный палец к моему окну, потащил его вниз, намекая на то, чтобы я хлопнула по кнопке и открыла дверь. Но я ничего не собиралась открывать, поэтому стук повторился. Мне казалось, что в более дебильной ситуации я не могла находиться. Но все же я решила опустить стекло и услышала немного ласковый, но в то же время недовольный голос.
— Мне почему-то всегда казалось, что баба сорока лет явно не должна быть гонщицей.
Я приоткрыла рот, потому что обычно мне не давали мой возраст. Хотя вполне может быть, что я не по фен-шую как-то выглядела.
— Но ещё чаще мне казалось, что в таких ситуациях подобная тебе начнёт истерить и звонить своему папику. Так что я жду десять минут до появления мужичка с пузиком и такой внушительной котлетой бабок.
Я тяжело вздохнула.
— И вообще, давай будем откровенными: баба за рулём — это мартышка с гранатой. Вам только с водителями ездить или на такси передвигаться. Ну, на крайний случай трамвай подойдёт.
Он был раздражён, недоволен и старался по максимуму задеть. А я и сама прекрасно понимала, что я виновата. Но не буду же я сейчас бросаться в него оскорблениями и доказывать, что он не прав?
Не буду.
Я опустила глаза и дотронулась кончиком пальца до переносицы, желая отогнать назойливую головную боль.
— Ты хоть слово вымолвишь или что, я нарвался на немую? Что ты меня слышишь, я понимаю. А вот насчёт того, что ты можешь разговаривать — у меня есть большие сомнения. Хотя вполне может быть, что в твоём возрасте со слухом, конечно, есть проблемы, но не настолько фатальные.
Я не сдержалась, понимала, что не надо усугублять конфликт.
Но я не сдержалась.
Медленно повернулась и, склонив голову, уточнила:
— А в твоём возрасте всё висит на полшестого, и поэтому язык работает, как помело, чтобы хоть чем-то мог удивить бабу?
Глава 28
Глава 28
Сначала была заминка. Ошалелый взгляд, непонимание. А вот потом водитель внедорожника как вздохнул, как открыл рот. Но вопреки законам жанра я взяла и закрыла окно. Поэтому мне было абсолютно без разницы, что он там говорит.
И самое интересное, что в моменте, когда я умудрилась подколоть его, у меня какая-то паника и страх от аварии напрочь испарились. Я просто поняла, что передо мной ещё один зажравшийся бизнесмен. Примерно как Рубен. Только Рубен был свой, и его болезненные точки я за столько лет умудрилась выучить. А этот был дикий. Ну ничего, даже львы потом живут в заповедниках.
Я отстегнула ремень безопасности и медленно, с грацией, вышла из машины. В этот момент мужик застыл, склонил голову к плечу и пристально уставился на меня.
— Слушай, а если тебя обрядить в коктейльное платье, а не вот в эти твои длинные брюки и блузку под пальтишком, тебе больше тридцати двух не дашь.
А голос у него был приятный, очень завораживающий, с лёгкой хрипотцой на окончаниях. Особенно когда он растягивал слова.
— Дашь, не дашь — это сейчас неважно. — Вскинув подбородок, произнесла я. — Авария есть? Есть. Что делать будем?
Я перешла на деловой тон, понимая, что иначе не сломать эту скалу. Он будет продолжать отпускать какие-то сальные намёки, при этом чувствуя себя почти громовержцем.
— А ты знаешь, я тут так подумал… — Цокнул он языком, облизал нижнюю губу и дёрнул себя за мочку уха.
Я поняла, что этот жест для него типичный и автоматически выработанный. Вероятнее всего, с детства.
— Ничего делать с аварией не будем. Я сейчас эвакуатор вызову, твою машину отгонят в сервис. Ну а моя ещё прокряхтит до ресторанчика.
Я сложила руки на груди.
— Я даже не знаю, что в этом предложении более омерзительно: что за меня решили или что внедорожник будет кряхтеть по дороге.
Мужик рассмеялся, запрокинул голову назад и, засунув руки в карманы джоггеров, произнёс:
— Вик Беркутов. Оказывается, очень приятно познакомиться.
Я не могла сказать того же. Но надеялась на то, что от меня реакции никакой не требуется.
— А с аварией мы вот что порешаем. Ты мне нравишься. Есть в тебе что-то. — И произнёс он это с интонацией сутенёра, словно бы оценивая очередную девочку. — О-о-о, я ещё больше уверен, что ты обязательно понравишься моим двум тётушкам и матери, которые сейчас как раз-таки и ждут меня в ресторане для того, чтобы побеспокоиться о моей ужасной доле холостого и вполне себе счастливого мужика.
— Не понимаю, каким образом в этой конструкции окажусь я?
— Ну, вообще, желательно конструкция чтоб была из меня, из тебя. И ты была снизу.
Похабная шутка, намёк.
И я вдруг поняла, что как-то поспешила с наличием у меня должного самообладания для того, чтобы просто не зарядить между ног.
— А вообще, поедешь со мной на ужин. Представлю тебя своей невестой. Ну и своеобразно так разыграем небольшой спектакль для трёх пожилых кумушек.
— Серьёзно? А после спектакля меня что ждёт? Мне какой толк? Какие у меня могут быть интересы? Высшая ценность этого мероприятия заключается в чем?
Беркутов хохотнул.
— Да ты с ума сошла. Ценность мероприятия заключается в том, что ты поужинаешь со мной.
— А я так понимаю, в то время, когда наглость и харизму Боженька раздавал, ты схавал всё, не оставив ничего очереди за тобой?
И говорила я предельно ровно, не показывая никаких эмоций. Точнее, эмоция, может быть, была одна — я была до глубины души тронута такой незамысловатой безрассудностью. Прототип Вани на печи, который щуке загадывал желания, а щука все выполняла. Вот чем-то таким отдавало.
Беркутов ещё раз хохотнул и тряхнул тёмной шевелюрой.
— А я не только за харизмой и наглостью отстоял очередь. Но ещё за кое-чем более важным для мужика.
Я закатила глаза.
Беркутов, поняв, что я расценила его намёк правильно, ещё раз усмехнулся.
— Да, да, ты всё поняла. Так что давай мы сейчас не будем эту тему мусолить. Ребята отгонят твою тачку в сервис. Я всё сделаю сам.
И в этот момент меня
