Она села в постели и хотела взять чашку, но тут же поняла, что под одеялом лежит совершенно голая. Энни потянула на себя простыню, чтобы скрыть от Джессики собственную наготу.
– Куда он пошел? – делая глоток, осведомилась она безразличным тоном.
Джессика не знала.
– Он кому-то позвонил, потом сказал, что уходит, а о том, куда или когда будет обратно, ни слова.
Маргарет…
Интуитивно Энни поняла, что именно этой женщине звонил Руфус и ушел на встречу именно с ней.
Она зажмурила глаза, спрятав боль, что наверняка таилась в их глубинах. Быть может, прошлой ночью она ошиблась: Руфус, пожалуй, не стал заниматься с ней любовью не из-за ее невинности. Наверняка другая женщина полностью овладела его помыслами!
– Ты как себя чувствуешь, Энни? – обеспокоенно спросила Джессика. – Может быть, плохо, что я тебя разбудила?
Боже, какая же она идиотка! Лежа здесь, в своей спальне, она грезила о Руфусе, о прошлой ночи, о возможности совместного будущего… Как глупо! Девчонка. То, что мужчина целовал ее, еще не значит, что он пожелает провести с ней остаток жизни. Ей следовало подумать об этом раньше! Разве не было у нее перед глазами примера собственной матери? И разве сегодня утром Руфус не пошел проведать Маргарет?..
Глубоко и протяжно вздохнув, Энни заставила себя улыбнуться Джессике. Ей вовсе не хотелось волновать девочку: стоит поддаться своим чувствам, и Джессика расскажет Руфусу… а уж он непременно догадается, отчего она в таком плохом расположении духа.
В конце концов, что особенного произошло между ней и Руфусом? Для нее – очень важное событие. А для Руфуса, опытного мужчины, верно, пустяк. Она была его очередной победой, женщиной, которая пожелала разделить с ним постель. А та, которую он действительно любил, отказалась встретиться с ним. Вот он и воспользовался моментом…
Однако к его возвращению все должно поменяться местами. Энни решительно не хотела, чтобы он думал, будто она придает большое значение прошлой ночи.
– Нет, все в порядке, – горячо уверила она Джессику, и обеспокоенное личико девочки мгновенно прояснилось. – Хочешь на завтрак оладий? – Она знала, что это любимое кушанье Джессики, и ответ был заранее известен. – Дай мне десять минут, – (Джессика согласно кивнула головой), – и я испеку их.
– Пойду приготовлю все на кухне, с восторгом сказала девочка, вскакивая с кровати и выбегая из спальни.
Оставшись одна, Энни откинулась на поиски, невольно позавидовав ее энергии.
Действительность оказалась слишком жестокой. Может, все это ей только приснилось?
Однако, когда Энни встала, она поняла, что все произошло наяву: соски все еще сладко ныли, мышцы бедер слегка побаливали, а тело окутывала непривычная вялость.
И когда появится Руфус, она встретит твердо помня о том, какой след оставила эта ночь на ее теле и в ее памяти!..
Джессика доедала оладьи, а Энни допивала третью чашку кофе, когда до них донеслось хлопанье входной двери, возвещавшее о том, что Руфус вернулся. Энни напряглась, сердце ушло в пятки.
– Папочка! – с радостью вскричала Джессика при виде отца, от волнения почти забыв про поврежденную лодыжку.
Энни не двинулась с места. Нет, так нельзя. Не будь истуканом, иначе Руфус, конечно, поймет, что тут не все ладно. И ей вправду не хотелось, чтобы он узнал, как много прошлая ночь значила для нее. У нее сохранились еще остатки гордости.
Она не спеша повернулась и отпрянула, увидев выражение лица Руфуса. О прошлой ночи при данных обстоятельствах, конечно, стоит пожалеть, однако не настолько же все плохо, чтобы?.. У Руфуса был вид…
– Сколько времени нужно вам с Джессикой, чтобы собраться для возвращения домой? – резко спросил он.
Энни опешила от его неприветливого тона и от самого вопроса. Вчера он дал им распоряжение не запастись продуктами на пару дней. Теперь, казалось, он намерен ехать немедленно. Что произошло за это время?
Может, прошлая ночь…
По надменному и отчужденному выражению на его лице было видно, что он не собирается его обсуждать, а тем более повторять дважды.
– В поместье? – удрученным голосом протянула Джессика. – Но, папа, ты же сказал…
– Мне известно, что я сказал, Джессика, – отрезал он. – Однако… изменились обстоятельства. Мы возвращаемся сегодня.
Он не удосужился взглянуть на Энни, упомянув об изменившихся обстоятельствах, но она почувствовала в его словах обвинение. Очевидно, переспать с гувернанткой не входило в его программу.
Ну что ж, Энни также не думала проводить ночь вместе… Меньше всего она ожидала, что в эти выходные между ними что-то произойдет. Пожалуй, в подобной ситуации им будет трудно прожить здесь еще два дня.
– Пятнадцать минут, – холодно ответила она, стараясь не смотреть на него.
– Даю полчаса, – коротко бросил он ей. – На дорогу мне необходимо выпить чашку кофе.
– Пойду укладывать вещи. – Энни даже не предложила приготовить для него кофе. Если она сейчас же не уберется из кухни, то рискует, разразившись слезами, предстать полной дурой!
– Энни? – Протянув руку, Руфус схватил ее за кисть, когда она, направившись к двери, проходила мимо него. – Вы очень бледны.
Быть может, потому что для нее, в отличие от него, прошлая ночь оказалась чем-то незабываемым. Это было чудесно, волшебно… засыпать в его объятиях: так уютно она никогда себя не чувствовала. А вскоре – чересчур скоро! – вообразила, будто проведет так всю жизнь.
Какой наивной дурочкой она была! И продолжения той ночи ждать не следует. Все это отнюдь не из-за ее невинности: Руфус вовсе не столь великодушен. Он, верно, потерял к ней всякий интерес, когда узнал, что она неопытная девственница!
– Нам нужно поговорить…
– Я не уверена в этом, – ответила Энни с гораздо большим спокойствием, чем сама ожидала. – Если только разговор не связан с возвращением домой, – деловым тоном прибавила она.
В конечном итоге она работает на этого человека.
– Нет. – Он сверху вниз посмотрел на нее. – Поверьте мне, Энни, нам непременно надо поговорить. Извините, что мне пришлось уйти сегодня утром…
– Судя по всему, у вас было неотложное дело, – прервала она его, бросив в сторону Джессики предостерегающий взгляд.
– Я хотел срочно кое-что выяснить, – резко произнес он. – В данный момент проблема все еще остается. И пока я не выясню, это будет тяготеть надо всем. С вами все в порядке? – Его испытующий взор неожиданно потеплел.
И Энни осознала, что ей не по силам противиться этой теплоте. Бледность уже не покрывала ее щеки, когда она с трудом отвела свой взгляд. Почувствовав жар, она живо вспомнила, как смотрел на нее Руфус прошлой ночью, как он ласкал ее, как она едва не изнемогла под его руками.
