Внезапно мое внимание привлек новый звук – где-то рядом заржала лошадь. Я привстала и прищурилась – до того ярким был солнечный свет. Всадник на красивой лошади каурой масти протягивал руку рыжеволосой женщине… Длинные кудрявые волосы мужчины, отливающие медью, свободно рассыпались у него по плечам. Лиам наклонился к женщине, высокой и тоненькой, так низко, словно хотел что-то сказать ей на ушко, а может, и поцеловать. Златовласка протянула руку и отвела упавшую ему на глаза прядь, попутно погладив по щеке. Кто она? Его возлюбленная? У меня оборвалось сердце.
Женщина достала из своей корзинки яблоко и протянула Лиаму. Он улыбнулся, взял яблоко и впился в него зубами. Мне вдруг стало нехорошо и почему-то захотелось оказаться где угодно, только не тут. Убежать, вернуться в дом Сары… однако я не сдвинулась с места. Лиам ударил лошадь пятками, и та, запрокинув голову, фыркнула. Златовласка отступила назад. Всадник махнул ей рукой на прощание, повернул коня и унесся галопом. Женщина какое-то время смотрела ему вслед, потом повернулась и пошла к холмам.
Лиам объезжал своего коня, который, как мне показалось, отличался весьма строптивым нравом. Я медленно подтянула колени и, опершись о них подбородком, стала наблюдать, как два великолепных создания, всадник и лошадь, приручают друг друга. Лиам был босой, а из одежды на нем был только плед, перетянутый на талии широким кожаным поясом. Загорелое тело блестело от пота. Вдруг каурый красавец на полном скаку изменил направление, и я невольно вскрикнула, чем привлекла внимание всадника. Он посмотрел в мою сторону и не без труда успокоил своего резвого четвероногого друга. Приставив ладонь козырьком к глазам, он пару секунд смотрел на меня, а узнав, широко улыбнулся.
Мое сердце забилось, как пойманная птичка. Лиам спрыгнул с коня и, ведя его за повод, направился ко мне. Ветер бесстыдно играл полами его килта, открывая мускулистые бедра. Я отвела глаза, чтобы он не заметил моего смущения. Он сел рядом, коснувшись моего колена. Меня обдало ароматом его разгоряченного тела.
– Здравствуй! Приятно видеть, что ты поправляешься, – сказал он и провел рукой по моему лбу. – Ты четыре дня проспала, mo maiseag.
Он предложил мне откусить от своего яблока. Я вежливо отказалась, и он продолжил грызть сочный плод.
– Мне лучше, – сообщила я и попыталась улыбнуться. – Думаю, что на этот раз я выберусь.
– Неужели ты в этом сомневалась? Ты всегда так быстро опускаешь руки, женщина?
– Нет, – ответила я, задетая за живое его замечанием. – Я никогда не опускаю рук, Макдональд.
Он насмешливо улыбнулся. В уголках его глаз наметились морщинки-лучики. Вероятно, ему ближе к тридцати, а не двадцать с небольшим, как мне сначала показалось.
– Я бы удивился, если бы ты ответила по-другому. В тебе течет кровь Гаэля, только слепой не заметил бы этого.
– Мне хочется поблагодарить вас с Колином за то, что вы для меня сделали, – сказала я, нервно накручивая на палец травинку.
Лиам не ответил, только кивнул, но в глазах его на мгновение вспыхнул и погас огонек. Он отвернулся, словно не хотел, чтобы я это заметила, и вновь откусил от яблока. Мы совершенно незаметно перешли на «ты». Свидетельство определенной близости, ненавязчивое и ни к чему не обязывающее… Это получилось само собой, однако наши отношения замерли на мертвой точке – дружеские, но сугубо платонические. Теперь я поняла, что по-другому и быть не могло, ведь сердце его было занято. Я даже спросила себя, а не были ли те редкие, но обжигающие страстью взгляды, которые я замечала, пока мы были в пути, плодом моего воображения, в отличие от взглядов Колина? Может быть, я просто обманывала себя?
– Спасибо, что уступил мне свою кровать. Она удобная. Думаю, я скоро верну ее тебе, – рана на ноге заживает быстро.
Услышав это, Лиам вздрогнул.
– Знаешь, иногда мне кажется, что я лучше высыпаюсь на полу, – сказал он с улыбкой. – При такой жизни часто приходится спать там, где тебя застала ночь – в лесу, на вереске или в горах. Тело привыкает ко всему.
– А как ты живешь, если, конечно, не считать перевозки контрабанды? – спросила я с любопытством.
– Думаю, так же, как и большинство хайлендеров. До недавнего времени мы занимались только скотом.
– Вы крали скот?
Он нахмурился, но уже в следующее мгновение одарил меня очаровательной улыбкой. Наверное, точно так же он улыбался и той красивой Златовласке.
– При случае приходится заниматься и этим. Еще мы ловим рыбу, охотимся и учимся обращаться с оружием.
– Ты хороший рыбак?
– Еще бы! Но рыбалка мне не по душе. Вот охота – другое дело! Я люблю тишину, люблю уходить в горы. И мне нравится наблюдать за животным, которое я собираюсь подстрелить. Мне кажется, в такой момент зверь уже знает, что смерть близка. Взгляд оленя, обращенный на охотника за секунду до смерти, переворачивает душу. В этот миг, когда стрела еще не сорвалась с тетивы, между двумя душами устанавливается своего рода связь. Это волнует…
Он пару секунд рассеянно смотрел на огрызок яблока, потом бросил его в густую траву.
– Рыжего оленя заполучить не так-то просто. Нужно охотиться на открытой местности, в долине. Подходить к добыче с подветренной стороны, как это делает хищник, чтобы олень ничего не учуял. Часто все усилия идут насмарку, но если твоя стрела поражает великолепное животное… Вот тогда…
Он ударил себя кулаком в грудь и довольно улыбнулся.
– Тебе доводилось охотиться, Кейтлин?
– Разве что на крыс и других зверьков того же рода, не больше.
Он засмеялся.
– Да, в кастрюлю такую добычу не положишь… Надо будет взять тебя на днях с собой. Конечно, когда ты поправишься.
– Когда я поправлюсь… – повторила я задумчиво. – Лиам, я с радостью, но…
Я смотрела на него, и пауза становилась все более неловкой. Господи, до чего же он красив! Его улыбка погасла.
– Ты так торопишься уехать?
– Ты прекрасно знаешь, что я не могу остаться.
Лиам направил взгляд на раскинувшуюся перед нами зеленую долину и молча смотрел перед собой, не находя нужных слов. Чтобы хоть чем-то занять руки, он провел ладонями по траве.
– Расскажи мне о своей Ирландии.
– Что именно?
– Ну, не знаю… В твоей стране много гор или она больше похожа на шотландский Лоуленд? Расскажи, как ты жила. И нет ли у тебя там, случайно, жениха?
Я улыбнулась. Он по-прежнему старался не смотреть на меня.
– Трудно ответить сразу на столько вопросов… Ирландию называют Изумрудным островом. У нас есть горы, но особенно много холмов, зеленых, как изумруды, которые искрятся в солнечном свете. Не знаю, но те холмы, что мне доводилось видеть, и правда казались мне изумрудными. На самом деле мы редко выезжали за город. Я не бывала дальше Антрима и Дороги Великана. Ты слышал про Дорогу Великана?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
