на дом.
Боже, что я несу?! Это же немцы, может они никогда ничего не забывают или вовремя записывают в дневник, что задано.
- Я думаю, что я правильно поняла, - слегка улыбнулась Габриэль. - поэтому я так и ответила - сейчас у меня нет парня. Был, но мы расстались. Так что звонить можешь как хочешь, я не перепутаю. Но, хорошо, пусть у нас будет свой звонок - короткий и длинный.
Фу, пронесло!
- Тогда auf Wiedersehen? - блеснул я знанием немецкого.
- Чус! - улыбнулась Габриэль - Пока.
Я чуть -чуть задержал её руку. Она прямо посмотрела мне в глаза, мягко высвободила её, открыла дверь и зашла в подъезд. Там, за стеклянной дверью обернулась и помахала мне, улыбнувшись.
Глава 7
А потом были полтора года любви. Чистые и честные отношения, без единой ссоры и обид! Оказывается и такое бывает. Бывает, но редко...
Единственные слёзы случились, когда я закончил службу и уезжал домой.
Последнее прощание. Жаркие объятия, поцелуи и даже слёзы, хотя Габи до последнего сдерживалась.
" Ты больше не придёшь?"
Предчувствовала она, что мы больше никогда не увидимся? Говорят, что женщины в этом отношении чувствительнее нас, а уж Габриэль вообще отличалась проницательным умом и чуткостью. Но могла ли она предвидеть, всё, что случилось потом? Конечно нет! Никто бы не смог. Это были обычные слезы перед разлукой, не более. Мы верили, что скоро встретимся снова и уже не расстанемся никогда. Но судьба распорядилась по- другому... Или, вернее органы, которые взяли на себя функции судьбы.
Сколько лет мы не виделись? 50? Да, почти 50. А сейчас я чувствую себя так, как будто это было совсем недавно. Как такое может быть? Как всего один её взгляд , звук её голоса, лёгкое прикосновение просто смели все эти пол- века и я снова стал мальчишкой, который и не жил ещё совсем. Не было ни работы в уголовном розыске, с кучей опасностей и приключений, работы в школе в годы перестройки, когда нам, учителям истории приходилось труднее всего, ибо пресловутая "линия партии" стала , по меткому выражению анонимного остряка - " как бык поссал". Ни "ревущих 90-х", ни Первой чеченской, ни Второй, ни абсолютно безумного вторжения в Украину, ни скольжения в пропасть сначала всей страны, а потом Европы и всего мира - с чего и когда это началось и возможно ли было это остановить?
Исчезло всё. Осталась только эта девчонка в её ослепительной юности и я - ослеплённый ею. И если ещё час назад я шёл к ней только для того, чтобы она дала мне ниточку на Запад, для спасения мира, то сейчас я прежде всего хочу спасти нашу любовь. Нашу бывшую любовь. Хотя, постой! Это для тебя есть прошлая жизнь, встреча в ней с той, другой Габриэль, есть потерянная любовь. А у Габриэль, с которой ты только что попрощался, ничего этого не было. Она только сегодня вечером впервые увидела странного до безумия русского, который весь вечер таращил на неё глаза, говорил бессвязные речи и пускал слюни. Да-да, парень, пускал слюни и поедал глазами! Уж Габриэль это заметила, будь уверен, если это действительно та Габриэль. Или, хотя бы, такая же.
Я немного пришёл в себя. Шок постепенно проходил. Значит, планы немного меняются. Ха, немного! Ещё неизвестно что труднее: спасти мир или завоевать любовь женщины!
Хотя, если это действительно та Габриэль, которую я знал, мне будет легче. Однажды я её уже завоевал, значит нужно повторить всё ещё раз. Но можно ли дважды войти в одну и ту же реку? Я- то уже другой, даже если она та же самая.
Так, стоп! Хватит бегать по кругу, не стирай мозги в порошок бесполезными размышлизмами, они тебе ещё очень понадобятся. Следи лучше за дорогой. Нарваться сейчас на патруль будет не самым замечательным завершением вечера. Хоть и не менее волнительно. Нет, вру, сейчас никакой патруль и даже гауптвахта не в силах испортить праздник встречи.
Да что же это такое?! Уймется эта умственная лихорадка когда - нибудь?!
Судьба меня хранила и я добрался до заветной дырки в заборе без приключений. В овраге стянул с себя спортивный костюм и зажав его под мышкой вместо галифе, осторожно подошёл к забору. Из-за забора донеслись какие - то звуки. Я замер,
- Вот же сукины дети! - неожиданно раздался громкий голос прямо у моего уха. - Смотри как хитро устроили!
Доски-двери разошлись и в проёме показалась голова в шапке. Я вжался в забор сбоку от дырки и затаил дыхание. Надо же было именно в этот момент какому-то бдительному вояке обнаружить столько времени существующий путь на волю! Это что, знак свыше? Ок, я больше не буду, дайте только вернуться в полк.
- Вот тут он и вылез. - обращаясь к кому-то за его спиной, сказал обладатель шапки.
Что?! Неужели обнаружили мою пропажу? Тогда конец всему! Что же делать?
- Хорошо, что вы нашли этот лаз, старшина. - послышался другой, более молодой голос. - Нужно прямо сейчас его заколотить, чтобы больше никто не сбежал.
- Ну, сбежать -то никто не сбежит. - ответила шапка, скрываясь в дыре, которая тут же автоматически закрылась. - Такие побеги бывают очень редко. Обычно паразиты бегают за водкой, а чтоб убежать совсем....
Обладатель шапки хмыкнул и добавил:
- У нас в полку это первый случай на моей памяти.
Ага, значит спалился не я. Неужели практически одновременно со мной, кто-то ещё двинул в самоход? Но что значат слова этого шапконосца, видимо старшины какого-то подразделения, о побеге? Какой побег и куда?
- Всё равно, на всякий случай, забейте дыру до отбоя. - сказал второй.
- Слушаюсь, товарищ старший лейтенант. - ответил старшина.
Я прислушался. Шаги за забором стихли. Ушли?
Медленно отодвинул одну из досок и заглянул в щель. За угол дома, с балкона которого я стянул костюм, заворачивали двое военных шинелях. На рукаве у одного была красная повязка. Ясно, дежурный по полку или роте. Выждав ещё с минуту, я проскользнул в дыру и скоренько вырулил на каменную дорожку. Всё, успел! Появись я тут минут на 15-20 позже и у меня возникли бы проблемы с возвращением в полк. Забор был сделан из кованой решётки ещё немцами до войны, не
