туман. В памяти замелькали обрывки картин из детства на Чаргоне: религиозные процессии на светлые праздники… образ Махмуда, огненным взглядом взиравшего с киблы… звон азана на главной площади в День Баирама – «Не допусти богохульства, не остави богохульника в живых…»
Орн тряхнул головой и подумал: «Сейчас самое подходящее время, чтобы стать набожным и склониться перед Уллуа, межзвездным скитальцем Эирбов».
Корни его страха уходили очень глубоко. Он потуже затянул пояс и решительно шагнул в лифтополе. Ощущение опасности не пропало, но и не усилилось.
Мягкое как пух касание лифтополя спустило его на землю и выплюнуло возле крытой галереи. Внизу было жарче, чем на трапе. Орн вытер влагу со лба. В узкой тени перехода жалась кучка одетых в белое жрецов и учеников в бирюзовых тогах. Орн направился к ним, но они начали расходиться парами – по жрецу вместе с каждым учеником.
Только один священнослужитель остался на месте – высокий, плотно сбитый, такой тяжелый на вид, что казалось, земля должна содрогаться, когда он по ней ходит. «Может, он тоже с Чаргона?» – подумал Орн. У жреца была бритая голова, лицо усеивали глубокие следы царапин. Из-под нависающих седых бровей смотрели суровые темные глаза.
– Ты Орн? – грохнул жрец.
Орн шагнул под покров галереи.
– Да.
В тени было видно, что кожа у жреца маслянисто-желтая.
– Я – Бакриш, – сказал он, уперев увесистые ладони в бока, и прожег Орна взглядом. – Ты пропустил церемонию очищения.
– Мне сказали, можно не торопиться.
– Так ты из этих, значит?
Что-то в его плотной фигуре и угрюмом лице напомнило Орну маракского сержанта-инструктора из КИ. Воспоминание помогло прийти в себя и даже улыбнуться.
– Что смешного? – требовательно спросил Бакриш.
– На этом смиренном лице отражается радость предстать перед вами здесь, на Амеле, – сказал Орн.
– Вот как?
– В каком смысле «из этих»? – спросил Орн.
– Один из этих талантов, которые являются на Амель обрести равновесие, – сказал Бакриш. – Только и всего. Пойдем. – С этими словами он развернулся и зашагал вдаль по крытому переходу, даже не оглянувшись, чтобы проверить, следует ли Орн за ним.
– Равновесие? – удивился Орн.
И, поспешив за Бакришем, обнаружил, что ему приходится едва ли не бежать вприпрыжку, чтобы не отставать от него.
«Ни подвижных дорожек, ни перескоков, – подумал Орн. – Примитивная планета».
Крытая галерея, словно длинный клюв, торчала в стене невысокого здания без окон, построенного из серого пластита. Двойные парадные двери вели в полутемный коридор, где Орна окатило прохладным воздухом. Он заметил, однако, что двери приходилось открывать вручную и одна из них скрипела. Шаги эхом разносились по коридору.
Бакриш провел его мимо двух рядов узких келий без дверей. В некоторых обнаружились бормочущие фигуры, другие были набиты диковинным оборудованием, третьи пустовали. В конце коридора их встретила еще одна дверь – она вела в комнату, в которой как раз хватало места для небольшого письменного стола и двух стульев. Комнату наполнял розовый свет из скрытых эксайтоламп. В воздухе стоял запах плесени. Бакриш втиснулся на сиденье за столом и жестом велел Орну занять второй стул.
Повинуясь, тот почувствовал, как предупреждающая боль в желудке обострилась.
– Как ты знаешь, – начал Бакриш, – мы на Амеле подчиняемся условиям Вселенского перемирия. Разведывательная служба КИ уже наверняка проинформировала тебя об очевидных импликациях этого факта.
Орн скрыл свое удивление таким поворотом разговора.
– Теперь ты должен понять, что в моем назначении твоим наставником нет ничего необычного.
– А почему его могут посчитать необычным? – спросил Орн.
– Ты – последователь Махмуда, а я – хинд и уали под божественным покровительством. Согласно условиям перемирия, все мы служим одному Богу, у которого много имен. Понимаешь?
– Нет, не понимаю.
– Хинды и эирбы издревле враждовали между собой, – сказал Бакриш. – Ты об этом не знал?
– Кажется, где-то встречал упоминание, – признался Орн. – По моему мнению, враждебность приводит к насилию, а насилие – к войне. Я дал клятву противостоять этой прогрессии.
– Похвально, очень похвально, – сказал Бакриш. – После того как Эмолирдо рассказал нам о тебе, мы, конечно, просто обязаны были увидеть тебя собственными глазами. Поэтому ты здесь.
Орн подумал: «Значит, Стет был прав – Пси-отдел шпионит для Амеля».
– Ты представляешь собой занимательную задачку.
Орн придал лицу пустое выражение и с помощью новообретенного пси-осознания попытался нащупать эмоцию, слабость, хоть какую-нибудь подсказку относительно той угрозы, которую здесь ощущал.
– Я думал, что просто приеду сюда учиться.
– Не бывает ничего по-настоящему простого, – сказал Бакриш.
При этих словах Орн почувствовал, как ощущение угрозы растворяется, и заметил, что жрец бросил взгляд на дверной проем. Он резко обернулся и успел заметить, как в коридоре мелькнул, удаляясь, край робы и какой-то странный предмет на колесах.
– Так-то лучше, – сказал Бакриш. – Теперь нам известна тензорная фаза твоего усилительного прибора. Мы можем обнулить его или уничтожить вместе с тобой.
Орн поборол панику при мысли о том, какую бомбу медики зашили в него по приказу Эмолирдо. Ему пришло было в голову, что можно попытаться желанием извлечь прибор из себя, но он не знал, подействует ли это на Амеле. Сделать что-то не так показалось ему более опасным, чем временно подыграть и подстроиться под ситуацию.
– Рад, что вы нашли, чем занять себя.
– Не язви, – сказал Бакриш. – Мы не желаем тебя уничтожать. Мы хотим, чтобы ты использовал полученные устройства. Поэтому их тебе и выдали, и обучили их использованию.
Орн сделал два глубоких вдоха. Пси-подготовка включилась без его сознательного участия. Он сфокусировался на внутреннем центре спокойствия, и оно пришло, окатило его прохладной свежей волной. Он сделался холодным, наблюдательным, спокойным, чувствительным ко всякой пси-силе. И в то же время в его мозгу молниями полыхали мысли. Такого паттерна событий он не ожидал. Его что, поймали в ловушку?
– У тебя есть какие-нибудь вопросы? – осведомился Бакриш.
Орн кашлянул.
– Да. Вы поможете мне встретиться с аббодом Халмирахом? Я должен выяснить, почему Амель пытается разрушить…
– Всему свое время, – сказал Бакриш.
– Где мне найти аббода?
– Когда время придет, ваша встреча будет устроена. Он неподалеку и всегда ожидает подобных событий с великим любопытством, уверяю тебя.
– Каких событий?
– Твоей инициации, конечно же.
– А, точно. В которой вы попытаетесь стереть меня в порошок.
Бакриш, казалось, был озадачен.
– Поверь, мой юный друг, у нас нет желания тебя уничтожать. Мы лишь предприняли необходимые меры безопасности. Это серьезный вопрос, и он привлек наше внимание.
– Вы сказали, что можете меня уничтожить.
– Только при самой крайней необходимости. Сейчас ты должен понять два фундаментальных факта: ты хочешь разузнать все о нас, а мы – о тебе. Самый лучший
