Валя поняла, что зациклилась на своих эмоциях. Не стоило столько раз повторять одно и тоже, пора действовать или окончательно смириться с тем, что красивый муж не желает принадлежать тебе одной. Последнее получалось у нее лучше. Она смогла и сегодня выглядеть беззаботной. «Ничего не произошло. На самом деле ведь нет повода для терзаний. Подумаешь, муж выглядел озабоченным, растерянным. Он – деловой человек, в его голове удерживается и обрабатывается столько информации, что поневоле будешь витать в других измерениях». Все это было очень убедительно, Валя даже засмеялась. Она видела его таким не раз, только могла поклясться, что его задумчивость никак не была связана с сегодняшним отъездом. Он не переживает за исход важной встречи. Гораздо больше его волнуют душевные проблемы, которые он так тщательно старается скрыть.
Сегодня утром они были похожи на двух актеров, играющих благополучную пару. Тоска в глазах у него, страх и ожидание признаний – у нее. Вежливые, привирающие, боящиеся говорить правду люди, которых связывает слишком многое, чтобы просто вычеркнуть друг друга из жизни. Они стараются доказать себе, что ничего особенного не происходит, что у них семья не хуже, чем у других. Хотя равняться на то, что происходит за закрытыми дверьми, – глупость. И все-таки пока им ближе эта глупость, чем голая, безжалостная правда.
Валя сказала себе: «Хватит!» и поднялась с постели. Она решила, что будет целый день рисовать, обязательно надев на шею подарок Вадима, который он подарил ей в прошлом году на ее день рождения. Две фотографии, спрятанные под золотой крышкой кулона, и сверкающий рубин, украшавший его, всегда способствовали легкому движению кисти – она сразу заметила это удивительное состояние. Вале казалось, что в этот момент она не одна и время от времени чья-то опытная рука подправляет ее мазки, помогает правильно смешать краски и получить нужный оттенок. Отбрасывая тяжелые мысли, как ненужный мусор, Валя переоделась и вошла в гостиную. Там в дальнем углу она оборудовала себе место для занятий любимым делом. Первые минуты кажутся трудными, как при первом знакомстве, но вскоре внутренний дискомфорт сменяется блаженством. Непередаваемое ощущение – ничего вокруг больше не существует. Это другое измерение, удивительная страна, где важны только картины, постепенно оживающие под кистью творца. Валино лицо стало еще красивее. В глазах появилось спокойствие, уверенность, загадочная отрешенность. Она снова парит в небе. Улыбка скользит по ее губам. В который раз она ощущает себя принцессой, путешествующей на мягкой, белоснежной перине из облаков. Ей так удобно, интересно, весело. Сказка странствий началась и здесь столько неизведанного.
Загородная дорога сделала очередной крутой поворот направо. Теперь только прямо и прямо. Это означало, что через час покажется окраина Москвы. «Форд» Белова легко преодолевал километр за километром. Вдруг Вадим резко остановил машину и, положив руки на руль, опустил голову. С каждым километром он чувствовал, что машину становится вести все труднее. Белов вышел на дорогу, осмотрелся по сторонам: довольно оживленное движение, много грузовиков, иномарок, мчащихся на бешеной скорости. Они все будто боятся опоздать, выжимая из своих машин предельные скорости. Здесь иной ритм жизни, не то, что в спокойном, тихом Горинске. Белову казалось, что эта прямая дорога вела в другой мир, хотя жили там такие же люди, с обычными заботами, проблемами.
Вадим смотрел вдаль, борясь с неподдающимся описанию ощущением страха, прыжка через пропасть, когда точно знаешь, что подстраховать некому, и ты сорвешься в зияющую черноту. Мысли выстраивались в ряд, сутью которого стало – возврат в прошлое. Ничто не действует так угнетающе, как сознание того, что оно неотступно преследует тебя. Невозможно думать ни о чем другом. Вадим взбесился, он потерял контроль над собственным телом, разумом. Вся его суть бунтовала, рвалась сквозь препоны давно усвоенных принципов. Он пожалел, что дал себе слово обходиться без сигарет. Спасительный вкус табака мог бы немного расслабить его, вернуть способность мыслить. Белов прижал ладони к лицу – исчезла картина мчащихся рядом автомобилей, осталось только звуковое сопровождение, как в испорченном телевизоре. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Вадим тряхнул головой и снова сел за руль. Он крепко сжал его, теперь точно зная, что его беспокоит: восемьдесят с небольшим километров отделяли его от места, где по невероятному стечению обстоятельств он мог встретиться с Алисой. Хотя зачем притворяться, он и сам был бы рад случайно оказаться там, где она. Он даже решил, что обязательно попадет в казино «Эльдорадо», об открытии которого узнал вчера. Белов разрешил себе совершить экскурсию в безумный мир ставок и надежд. Он ни разу не играл и вообще считал себя человеком не азартным. Однако на этот раз дело было не в деньгах, не в той неповторимой атмосфере, о которой говорили завсегдатаи подобных заведений. Белов был уверен, что обязательно увидит там Алису. Это была возможность сверкать, и она не могла упустить ее. Наверняка первые выходные после открытия казино она захочет провести там, где единицам удается поймать удачу, а остальные, отведав свою долю разочарования, уйдут ни с чем. Уйдут, чтобы вернуться, ведь «Эльдорадо» – засасывающее болото, дарящее лошадиные дозы адреналина. Алисе нравится это балансирование между мечтой и реальностью, она обязательно захочет получить свою дозу эмоций. Потом это может ей надоесть, но не сразу.
Вадим снова завел двигатель и тронулся. Одновременно перед глазами возникала картина идущей через огромный, просторный зал рыжеволосой женщины. Она небрежно набросила на плечи боа, ее длинное строгое черное платье переливается при каждом движении стройного тела, а высоченные каблуки отбивают размеренный ритм, не слышный из-за царящего вокруг шума. Величественная и полная сознания впечатления, которое производит, она бросит на него мимолетный взгляд и пройдет еще несколько шагов. Но через мгновение она резко остановится и обернется. Что промелькнет в ее глазах? Белов не мог этого предугадать, не очень хорошо они расстались. Неопределенность беспокоила его, а что, если Алиса не снизойдет до того, чтобы вообще заметить его? Мысли сводили Вадима с ума. Он понимал, что ему нельзя сейчас думать об этом. На него возложена ответственная миссия, и он должен оказаться на высоте. Однако, как Вадим ни старался, сосредоточиться на предстоящем деловом разговоре у него не получалось. Он не мог решить, как лучше спланировать предстоящую беседу, из-за которой он и совершал это недолгое путешествие.
