на светофоре. Вижу, как с обратной стороны улицы приближаются Мадина и Никуся, они идут за руку, дочка улыбается и шагает вприпрыжку, Мадина что-то ей поёт или может читает какой-то стих, не разберёшь, они далеко.
По телу пробегает неприятный холодок, ощущение дежавю. Перекресток, я на одной стороне, Ника с мужем на другой, мы счастливы, спешим друг к другу....
Одергиваю себя, Ника с Мадиной, мы совершенно в другом регионе, сейчас все по- другому.
Машу своим девочкам рукой, они отвечают тем же, делаю шаг на пешеходный переход, другой, третий, Ника поворачивает голову в сторону, потом на меня, в ее детских глазках испуг, во взгляде Мадины застывает ужас, поворачиваю голову, словно в замедленной съёмке, наблюдаю, как на меня несется черная машина.
— Мама! — это все, что слышу за мгновение до того, как огромная невиданная сила отталкивает меня в сторону тротуара, и страшная машина вихрем проносится мимо...
— Мама! — звонкий голосок Никуси приводит в чувство, маленькие теплые ладошки хватают меня за лицо.
— Мама в порядке, не волнуйся, малышка, — слышу за своей спиной голос Аслана.
Я умерла? У меня помешательство? Голос дочки такой родной, такой желанный, и рядом не менее близкий голос Аслана. Я боюсь открывать глаза, вдруг мне все это чудится.
Глава 29
Тонкий голосок звенит словно колокольчик. Именно он гасит мою ярость, которую пытаюсь сдерживать и контролировать себя хоть как-то.
Ника скачет вокруг матери, обнимая ее за лицо и бесконечно болтая. Глаза Мии полны слез и любви к дочери, улыбка расплылась по ее лицу. Будто несколько минут назад не ее я выдернул из-под колёс внедорожника.
— Давай, поднимайся, — подаю ей руку, помогаю встать и аккуратно отряхиваю от земли и пыли.
В нескольких метрах от нас Мурад и Мадина, он делал уже несколько попыток подойти, но моего взгляда достаточно, чтобы понять- не стоит.
Хожу кругами, запустив пальцы в волосы и не могу успокоиться.
— Аслан! — обращается ко мне друг.
— На хер иди! — рыкаю в ответ. Отметая очередную его попытку со мной заговорить или приблизиться.
Чуть в стороне, протаранив ограждение, торчит разбый внедорожник. Того, кто сидел за рулём уже упаковали, повреждений или даже царапин нет, тварь, все, как на собаке.
— Мия, — слышу голос Александра, ярость вперемешку с животным ужасом от мысли, что мог ее потерять, окончательно перебарывают разум, разворачиваюсь и пру прямо на него.
В последний момент отчим Мии отводит голову чуть в сторону, и мой кулак пролетает мимо, едва зацепив его подбородок.
— Тварь! — ору на него, — Не подходи к ним, слышишь!
Снова замахиваюсь, но подоспевшие подчиненные Александра заламывают мне руки, вижу, как в нашу сторону срывается Мурад.
— Парни, все хорошо, отпустите, — командует Александр, — Аслан, остынь.
— Остыть? Остыть мля! Ты же ее... Да ты ей вместо отца, мелкой вместо деда, а ты ее... На живца, тварь!
— Аслан, — подбегает Мия, пытаясь встать между мной и отчимом, — Аслан, ты пугаешь Нику, успокойся.
Черт!
— Не вздумай к ним приблизиться! — предупреждающе рычу на Александра, хватая Мию в охапку и что есть мочи прижимая к себе, понижаю голос, — Как ты? Ничего не болит? — Мия отрицательно качает головой, — Идем тогда, сейчас скорая приедет.
— Аслан, — пыхтит рядом Мурад.
Делаю глубокий вдох, гася очередную вспышку ярости, прохожу мимо.
— Аслан, брат! — смотрит на меня исподлобья, — Я не хотел!
— На хер иди! — повторяюсь.
Не прощу, никого из них не прощу.
Можно же было найти другой способ, можно было! Пошли по легкому пути, сделав Мию наживкой, и пробали, я как чувствовал.
Мне изначально не нравился их план. Знала бы о нем Мия или нет- это огромный риск, потому что просчитать все невозможно, потому что стопроцентной гарантии безопасности не могло быть, даже если рядом выстроят целую роту охраны. Гребаные форс-мажоры никто не отменял.
Изначально никто не был уверен в том, где произойдёт нападение, одно было понятно- нападение будет. Мия так отчаянно пыталась доказать всем мою невиновность, так упрямо хотела "копнуть глубже", что этой сумасшедшей ничего не оставалось, кроме как от нее избавиться.
Машина исчезла из гаража еще вчера. Поверить сложно, но теперь у меня есть оправдания запоям отца, ему и правда просто подмешивали алкоголь, он срывался. Смешно может быть звучит, но ска правда. Два дня назад не вышло, ожидая попыток как-то навредить отцу, я строго на строго запретил ему прикасаться к домашней еде, все доставлялось из ресторана сотрудником моей службы безопасности. Продукты же, хранившиеся дома, проверили и выяснилось, что некоторые из них накачены алкоголем, в таком количестве, что обнаружить его во время еды невозможно, но зависимому человеку будет достаточно, чтобы удариться в запой.
Сценарий должен был быть следующим: отец, узнав о том, что я арестован, снова хватается за стакан, сходит с ума, обвинив во всех бедах Мию, мстит ей, спровоцировав аварию.
Мы ждали именно сценария с ДТП, все было просчитано и продумано, все, кроме одного... Перекрёсток должен был быть следующим.
Никто даже не подумал, что Мадина и Ника приедут встречать Мию, что они не отправятся домой, а захотят в кинотеатр. Вот он гребанный форс-мажор.
Меня закрыли специально, чтобы не помешал покушению. Хвала адвокатам, не зря свой хлеб едят.
Скорая забирает Мадину, у нее подскочило давление, я настаиваю на том, чтобы Мию тоже осмотрел врач, она не спорит, везу ее в больницу сам.
— Зря ты так с Сашей, — говорит тихонько, они с девочкой все никак не могут друг от друга отлипнуть.
— Серьёзно? — делаю наигранно- изумленное лицо, — А если бы...
— Все же хорошо закончилось, — целуя дочку в очередной раз, улыбается, — Более чем хорошо.
Я молчу всю оставшуюся дорогу, поглядываю на девчонок, и ярость моя сходит на нет, на пороге больницы даже перекидываюсь парой слов с Мурадом, он винит себя, не слушал, соглашался с Александром. Мне сейчас не до его раскаивания, Мия ушла ко врачу в кабинет, оставив на меня Нику, а я кроме Маратика с детьми не контактировал, а развлекать малявку как-то надо.
— Ты герой, — вдруг говорит она мне, — Ты мою маму спас.
— Это ты спасла, — беру ее за руку, — Когда закричала.
— Мы вместе герои?
— Точнее и не скажешь, — улыбаюсь ей.
Дальше легче, я посвящен во все детские секретики, становлюсь первым слушателем песенки, мелодию к которой Ника разучивает, получаю кучу щелбанов за неумение играть в "ладошки". К тому моменту, когда мы втроем покидаем больницу, я обзавелся новым маленьким другом.
— Сегодня мама прилетает, — как бы извиняясь за то, что
