Я снова думал о своем мучителе. Я был уверен, что крыса вернется, потому что слышал ее возню. Была тихая погода, и самые слабые звуки доходили до меня отчетливо. Я слышал, как топотали ее лапки по поверхности пустого ящика. Не раз слышался короткий, резкий писк, похожий на треск сверчка, — типичный голосок крысы. Нет более противного звука, чем крысиный голос, а в тот момент он казался мне вдвойне противным. Вы смеетесь надо мной, но я ничего не мог поделать с собой. Я не мог отбросить скверного предчувствия, что соседство этой крысы угрожает моей жизни, и, как вы потом убедитесь, мое предчувствие оказалось почти правильным.
Я боялся, что крыса нападет на меня в то время, когда я буду спать. Пока я бодрствую, я ее не боюсь; она может меня укусить, но в этом большой беды нет. Зато я ее уничтожу.
Но что будет, если я засну крепко и это гнусное существо запустит мне зубы в горло? Вот что заставляло меня страдать. Не мог же я все время бодрствовать и стоять на страже! Чем больше я буду воздерживаться ото сна, тем крепче я буду спать потом, в минуты настоящей опасности. Я не могу спокойно заснуть, пока крыса не будет уничтожена, и потому необходимо уничтожить ее поскорей.
Как же мне справиться с ней? Я не мог придумать ничего другого, как схватить ее руками и задушить. Для этого надо схватить ее так, чтобы мои пальцы пришлись как раз вокруг ее горла, чтоб она не могла вонзить мне зубы в руку. Остальное легко. Но главная трудность заключалась в том, что все это надо было проделать в темноте, наугад, и крыса, конечно, могла воспользоваться преимуществом своего положения. Больше того: большой палец был в таком состоянии, что я вряд ли мог бы удержать крысу правой рукой, не то что задушить ее насмерть. Как защитить пальцы? Только с помощью толстых перчаток, но об этом нечего и думать.
Однако нет! Неудачная мысль навела меня на другую. Я мог заменить перчатки, и как вы думаете чем? Башмаками! Надо было всунуть кисти рук в башмаки и, таким образом предохранив себя от острых зубов крысы, давить ее между подошвами, пока она не испустит дух. Идея была прекрасная, и я немедленно приступил к ее осуществлению.
Я приготовил башмаки и принялся сторожить щель, через которую могла войти крыса. Я уже говорил, что все другие щели я тщательно заткнул и твердо решил, пропустив крысу внутрь моей кабины, заткнуть курткой и последнюю. Таким образом, крыса оказалась бы в моей власти. Тогда мне оставалось только надеть «перчатки» и приниматься за дело.
Странное дело: крыса как будто сознательно поспешила принять мой вызов.
Едва успел я приготовиться к встрече гостя, как раздались шорох и писк. Я понял, что крыса прошла через щель. Я слышал, как она бегала кругом, пока я забивал отверстие курткой. Дважды она пробегала у меня по ногам. Но я не обращал на нее никакого внимания, пока не закупорил отверстие. Затем я всунул руки в башмаки и начал разыскивать врага.
Я так хорошо изучил свою каморку, что мне не пришлось долго искать. Я поднимал башмаки и колотил ими по полу, все время меняя место. По плану я должен был приплюснуть крысу подошвой одного из башмаков, придавить ее другим и жать ее изо всех сил до тех пор, пока она не испустит дух. Но этот план не был выполнен.
Дело кончилось совсем по-другому. Я придавил зверька одним башмаком, но мягкая материя, на которой все это происходило поддалась под нажимом, прогнулась, и крыса выскользнула с визгом. В следующее мгновение я почувствовал, как она карабкается мне на ногу и забирается под штанину!
Я похолодел. Но теперь нельзя было медлить. Я отбросил башмаки, которые были мне больше не нужны, и схватил крысу руками в ту минуту, когда она подобралась к моему колену. Я держал ее крепко, хотя она отчаянно барахталась, обнаружив поистине удивительную силу. Страшно было слышать ее дикий визг. Я сжимал ее изо всех сил, несмотря на боль в большом пальце. Материя штанины предохраняла от укусов мои пальцы, но нога была не защищена, и гнусное существо вгрызлось мне в мясо и до тех пор меня терзало, пока не потеряло способность двигаться. Только тогда мне удалось схватить его за горло и окончательно задушить. Я почувствовал, как челюсти зверька медленно разжимаются, и понял, что противник мертв.
Я отпустил крысу и вытряхнул ее из штанов. Вынув куртку из отверстия, я выбросил мертвое животное туда, откуда оно пришло.
Я почувствовал громадное облегчение. Теперь я был уверен, что «госпожа крыса» больше не будет меня беспокоить.
И я лег спать с твердым решением отоспаться за все время, которое я потерял в течение беспокойной ночи.
Глава XXXIX
ВРАЖЕСКАЯ СТАЯ
Напрасно я думал, что нахожусь в полной безопасности. Не успел я проспать и четверти часа, как был разбужен. Что-то пробежало у меня по груди.
Что это? Другая крыса?
Если и нет, то, во всяком случае, нечто весьма на нее похожее.
Несколько минут я лежал без движения и внимательно прислушивался. Ничего не было слышно.
Неужели мне это приснилось? Нет! Только я подумал об этом, как снова услышал топанье маленьких лапок по шерстяному покрову.
Я не ошибся. Через секунду я почувствовал эти лапки у себя на бедре.
Стремительно приподнявшись, я протянул руку, и снова ужас объял меня. Огромная крыса в один прыжок исчезла между бочками, как только я прикоснулся к ней.
Трудно поверить, что это та же самая. Говорят, что кошки часто оживают даже после того, как их закапывают в землю, но я никогда не слышал, чтобы крысы обладали такой исключительной живучестью. Кроме того, я душил мою крысу с такой силой, что она была бы мертва, даже если бы у нее было еще девять жизней. Когда я ее выбрасывал в щель, она была мертва, как гвоздь.
Убежавшая сейчас крыса несомненно была другая.
Но, несмотря на всю нелепость иного предположения, я в полусонном состоянии все продолжал думать, что это та же самая крыса. Она пришла мстить. Однако, проснувшись окончательно, я сделал более разумное допущение: это сожительница убитой крысы.
Сна опять как не бывало. Как мог я спать, зная, что рядом разгуливает отвратительное животное, которое пришло с намерением напасть на меня?
При всей моей усталости я не мог позволить себе улечься спать, пока не разделаюсь с новым врагом.
Я был уверен, что крыса скоро вернется. Я не схватил ее рукой, когда проснулся, а только дотронулся пальцем. Должно быть, она не очень испугалась и скоро вернется обратно.
Снова я встал над отверстием с курткой в руках и прислушался.
Через несколько минут я явственно услышал писк и поскребывание, правда, слишком громкие для крысы. Мне пришло в голову, что этот звук производит какая-нибудь доска, трущаяся о пустой ящик. Шум продолжался. Мне показалось, что крыса уже вошла, но так как шум доносился снаружи, то я продолжал стоять наготове.
