Конечно, это была очень простая мысль. Вы спросите, почему я не подумал об этом раньше. Потому что раньше мне казалось, что передо мной всего две крысы и что я их истреблю другим способом. Но теперь все обернулось по-иному. Уничтожить всех крыс в трюме было очень трудным, пожалуй, невозможным предприятием, и я сразу отбросил эту мысль. Самое лучшее, конечно, заткнуть щель, притом не только эту, но и все вообще щели, через которые могут пролезть крысы, и таким образом совершенно избавить себя от их нападения.
Без промедления я законопатил курткой щель и, удивляясь, как я не подумал об этом раньше, улегся спать. Сообрази я заткнуть дыру пораньше — я бы давно уже спал сладким сном.
Глава XLI
СОН И ЯВЬ
Я так устал от страхов и борьбы, что стоило мне прикоснуться щекой к рулону материи, как я перенесся в царство снов. Я снова был в глубине моря и лежал на дне, среди чудовищ, похожих на крабов, которые готовились меня проглотить.
Мало-помалу эти существа превратились в крыс, и мой сон стал походить на реальность. Мне снилось, что крысы собрались вокруг меня в огромных количествах и угрожают мне со всех сторон. У меня ничего не было для защиты, кроме куртки, и я размахивал ею изо всей силы; удары сыпались градом, но крысы почему-то увертывались. Одна из крыс — размером гораздо больше других — вела их за собой в атаку. Это была точная копия той, которую я убил! Она вела банду хвостатых разбойников, призывая их отомстить за убийство. Я не мог очнуться от ужасного кошмара.
Сначала я держал противников в отдалении; но скоро силы мне изменили, и, лишенный помощи, я должен был уступить крысам. Я озирался кругом, молил о помощи, но никто не приходил.
Противники наконец заметили, что силы мои иссякают, и по знаку своего вождя бросились на меня. Они напали на меня спереди, сзади, с боков. Я сыпал удары во все стороны, но безрезультатно. Я отбрасывал крыс дюжинами, но на их место приходили другие.
Больше я не мог сражаться. Сопротивление было напрасно. Они уже карабкались по моим ногам, по бокам, по спине. Они повисали на мне гроздьями — как пчелиные рои виснут на ветках. И прежде чем они начали меня терзать, я не выдержал их веса и тяжело упал на землю.
Это падение оказалось для меня спасительным: как только я упал, крысы разбежались, видимо напуганные шумом.
Некоторое время я провел в счастливом отупении; но затем голова моя прояснилась, и я с радостью убедился в том, что все это мне приснилось. Толчок, который я получил при падении, разбудил меня.
Впрочем, радость мгновенно исчезла. Увы, это был не сон! По мне разгуливали крысы, и множество их снова бегало по моей каморке. Я снова слышал возню и дерзкий писк. Не успел я вскочить, как одна из них пробежала по моему лицу.
Как они проникли сюда?
Таинственность этого нового вторжения сама по себе была настолько ужасна, что глубоко потрясла меня. Неужели они прогрызли куртку? Я машинально ощупал ее. Нет. Все было в порядке. Я достал куртку и снова пустил ее в дело, чтобы прогнать негодяек. Опять я кричал и размахивал ею, и опять крысы ушли. Но теперь я находился в невероятном страхе. Я не знал, каким образом они проникают в кабину, несмотря на все мои предосторожности.
Долгое время я сидел в глубоком унынии, пока не сообразил, в чем дело: они прошли не через отверстие, заткнутое курткой, а через другую щель, которую я забил материей. Кусок материи был слишком мал — они вытащили его из щели зубами.
Да, именно так они вошли. Но объяснение не успокоило меня. Наоборот, мое беспокойство возросло. Зачем эти существа так упорно возвращаются? Что их влечет к моей норе? Неужели она лучше, чем другие части корабля? Что им нужно? Убить и съесть меня?
Ничего другого я не мог придумать.
Страх перед гибелью удвоил мою энергию. По часам я видел, что проспал не больше часа. Но я не мог снова заснуть, пока не обеспечу себя от нового нападения. Я решил привести мою крепость в порядок, более пригодный для обороны. Я вынул куски материи из всех щелей и дыр и заново прочно закупорил все лазейки. Из ящика с мануфактурой я вытащил даже две новых штуки сукна — для подкрепления. Именно возле этого ящика в стенке было множество щелей, над которыми я основательно потрудился. Заткнув их как следует, я для большей верности придавил их третьей штукой сукна, поставив ее стоймя и плотно засунув в угол. Теперь я успокоился. Ни одна крыса не проникнет в кабину, и я могу спать спокойно. Единственный недостаток этого укрепления в том, что оно затрудняет мне подступ к галетам. Но я об этом вовремя подумал и вынул из ящика запас галет приблизительно на две недели.
Все эти приготовления заняли у меня полных два часа. Я работал с большой тщательностью, стараясь сделать свою крепость неприступной. Это была не игра. Это было серьезное дело, от которого зависела моя жизнь. Закончив свою постройку, я улегся спать, на этот раз с твердым намерением выспаться по-настоящему.
Глава XLII
ГЛУБОКИЙ СОН
Я спал двенадцать часов подряд, видел во сне новые сражения с крабами и крысами и не получил никакого удовольствия от отдыха. С тем же успехом я мог и действительно сражаться с ними. Мой долгий сон не был освежающим; самое приятное в нем было пробуждение, когда я убедился в том, что за все время ни один из непрошеных гостей не проник в кабину и не нанес никакого вреда моим укреплениям. Я все ощупал и нашел все на прежнем месте.
Несколько дней я прожил сравнительно спокойно. Крысы больше ничем мне не угрожали, хотя я знал, что они рядом. Долго стояла хорошая погода, и я слышал, как они возились между ящиками с грузом, временами испуская яростный писк, как бы сражаясь друг с другом. Но я больше не боялся их голосов. Если мне случалось на время передвинуть один из рулонов материи, защищавших мою кабину, я немедленно возвращал его обратно, тщательно следя за тем, чтобы ни одна крыса не успела проскочить ко мне.
Однако мануфактура, предохраняя меня от нашествия, причиняла мне и большие неудобства. Погода была очень теплая, и я в своей келье задыхался от жары, как в печке.
Возможно, что мы пересекали экватор. Во всяком случае, мы находились в тропических широтах, где бури бывают гораздо реже, чем в умеренном поясе. Только раз мы попали в шторм. Он продолжался сутки и сменился, по обыкновению, зыбью, от которой корабль качало так, как будто он собирался перевернуться вверх дном.
На этот раз обошлось без морской болезни.
Но мне не за что было держаться, и меня кидало, бросало, швыряло от бочки к борту и обратно.
Помятый, весь в синяках, я чувствовал себя как бы под градом палочных ударов. Бочонки и ящики двигались, а мои затычки постепенно ослабевали и вываливались. Боясь крысиного нашествия, я то и дело затыкал лазейки, и буря прошла в ушибах, толчках и хлопотах.
