если узнает, что я оставила дочь одну и ушла следить за мужем.
Нет, ну что может пойти не так?
Разве что я потеряю свою табличку с надписью: «Сарказм».
26. Глава, в которой беда пришла откуда не ждали…
— Это плохая идея.
— Скажи что-нибудь оригинальное.
— В этих штанах у тебя толстый зад… Ауч!
Идрис потер ухо, за которое я с удовольствием без промедления дернула. Мелочный акт агрессии помог. Я почувствовала себя лучше и улыбнулась отражению — слегка встрепанному и бледноватому от бессонной ночи, проведенной с Харруком. Истосковавшийся по своей паре волк долго не мог меня отпустить, показывая насколько сильно ему не хватало ласки и внимания в те дни, когда стая была вынуждена охранять центральный тракт. Это было…
Так, достаточно. Что-то я отвлеклась.
— Можешь не переживать. Фениксы сказали, что с Зирой все будет хорошо. Они видят лишь свет и начало нового пути, что будет заложен сегодня, — сказала я утешительно.
— И что этот бред значит?
— Она встретит свою любовь.
Сзади что-то грохнуло. Это Идрис, опиравшийся ладонью о край массивного комода, не удержал баланс и свалился вниз.
— Любовь, а не гарем из десяти супругов. Успокойся. Да, дети влюбляются и довольно часто, в этом нет ничего такого. Я вот в детском саду успевала поцеловать одного мальчика, выйти замуж за другого и потребовать клятвы верности у симпатичного молодого воспитателя. И все это в один день! — поделилась я через плечо.
— Вижу, ты нашла свое место в нашем мире, — съехидничал он, кажется, все еще ревнуя меня к мужьям.
— Это не все. Фениксы дали предупреждение: «Избегайте блестящих насекомых, они запустят колесо судьбы»… Аргх, ну почему их видения настолько метафоричны, никакой конкретики, когда она так нужна!
— Просто у них вместо мозгов труха и копошащиеся насекомые.
В зеркале надо мной отразилось белое лицо скира. Впалые щеки, глубоко-посаженные глаза с настороженным прищуром, губы крепко сжаты.
Он боялся. Но и противиться прямому требованию дочери не мог, просто не был на это способен. Всегда холодный и дерзкий правитель мгновенно терял волю, стоило той подойти. Так странно…
Вопреки логике в груди снова потеплело.
— Никто не знает, как ваша богиня выглядит. Спрячем ее среди детенышей стаи, и все пучком.
— Чем-чем?
— Идрис, — терпеливо произнесла я. — Ты не думал, что Зире хочется увидеть город? Посмотреть, как живут оборотни, побывать на разных интересных мероприятиях, а не только торчать в четырех стенах? Она молодая девочка, знающая только учебу и одиночество. Ей скучно. Она хочет приключений.
— Мир враждебен к тем, кто не похож на остальных.
— Знаю.
— Знаю, что знаешь, — Скир подарил мне удивительно-понимающий взгляд. — Что ж, богиням нельзя отказывать. Льва и твоего дракона беру на себя — на тебе веселье и положительные эмоции. Не дадим гривастому ублюдку нас запугать!
Я коротко выдохнула. Жаль, Зира равнодушна к театру — с большим удовольствием показала бы ей нашу новую постановку, адаптированную версию «Русалочки».
Фир говорил, что инемоны скупили все билеты на неделю вперед. Маленький владыка океана принес в бюджет павлиньего клана и мой кошелек круглую сумму, в таком он был восторге от сюжета. Потихоньку расширяем влияние. Глядишь, Милева поедет на дно морское, чтобы там петь про любовь к суше и прекрасным принцам…
***
В логове Харрука кипела жизнь.
Как же сильно все здесь изменилось с того дня, когда я впервые шагнула за кованые ворота с изображением оскаленной волчьей морды. Навевает воспоминания. От прежней аскетичной обстановки остался лишь забор из обструганных бревен — столько зданий, лавок, оборотней кругом…
— Видишь тот дом? — Я указала Зире на каменное чудовище в пять этажей, с мощной крышей и гаргульями у входа. — Он станет резиденцией клана людей. Когда его закончат, мы переедем сюда. Твоим братьям нужно больше мест, которые можно спокойно крушить, хех…
— Сурил, Соошар и остальные ведь входят в твой клан, верно?
— Еще Кори, Шиан, моя подруга Куола, но ты ее не знаешь. А также все люди, которые попадут в Шаа и будут нуждаться в помощи. А что, хочешь вступить?
— У тебя очень странный клан. И семья в целом, — Зира со спокойствием удава изучала новое место, водя меня за руку от пункта А до пункта Б и далее.
К нам никто не приближался, зная о моем статусе и видя весьма воинственно настроенного юношу рядом. Фиралис ко всему прочему оказался отличным телохранителем, с манерами английского джентльмена и взглядом Медузы Горгоны в голодный год. Пока он неустанно стоял над душой, я могла не переживать за безопасность дочери.
— Надеюсь, в хорошем смысле странные? — улыбнулась я.
— И да, и нет. Слишком непривычно — мужчины не торопятся склонять головы в поклоне, а твой статус альфа-самки в семье почти не ощутим. Ты даже позволяешь им спорить с собой, хотя подобное поведение не допустимо.
— Это называется равноправие. У нас все ценны и имеют право голоса. Ты и сама поймешь, как это здорово.
Зира скривилась — точь-в-точь отец:
— Я буду завоевывать новые земли. Мне не нужны для этого самцы, они будут только мешать.
Что ж… Идрис будет рад это услышать.
— Госпожа, пора занимать места, — напомнил павлин, оглядываясь на трибуны, где уже собралось изрядное количество народа. Несколько подручных Харрука окольными путями повели нас к волчьему сектору. Каково же было мое удивление, когда за очередным поворотом мы столкнулись с юным давьяром.
Опять сбежал!
Салтан напоминал неугомонного лягушонка. С приоткрытым от восторга ртом он карабкался по опасным конструкциям, соединявшим трассу воедино. Разглядев меня в толпе антропоморфных зверей, Салтан обрадовался. С легкостью, недоступной человеку, спрыгнул вниз и побежал навстречу.
— Отлыниваете от прямых обязанностей, да, повелитель? — ехидно поинтересовалась я. Мальчишка фыркнул, затем его взгляд сместился на Зиру…
И что-то изменилось.
— Ого! А я это, ну…
Стоп. Я уже видела такое лицо раньше. У Кори,
