— Я, вообще-то, не убийца, — горько усмехается. — Честно тружусь в автосервисе, иногда промышляю мелким воровством бытовой техники со складов, — виновато смотрит и жмёт плечами, — ну не хватает мне, чтобы семью прокормить. По молодости загремел за разбой и на приличную работу больше не берут. Скоро зима. Жене и сыну нужна тёплая одежда, а я едва покрываю долги за коммуналку. Того и гляди, на улице останемся в лютую пургу. Нашёл подработку. По ночам разгружал контейнеры с торговых кораблей. В одну из таких смен ко мне и подошёл лысый, — замялся, — ну тот, которого я… В общем, предложил баснословную сумму. Сказал, что убивать даже не надо, просто сопроводить этого, — кивает на застывшего в углу студента.
— Дальше.
— Лысый был главным, так что вся информация передавалась через него, — начинаю звереть, он замечает это и ускоряет речь, — но я слышал телефонный разговор с заказчиком. Погоняло у него звучное, запоминающиеся — татарин.
— Татарин? — автоматом переспрашиваю, пока мозг ищет возможные совпадения со знакомыми лицами, — это уже что-то, — хмыкаю, но понимаю, что этот товарищ мне на пути не попадался.
— Таро, за то, что пощадил меня хочу верно тебе служить, — руки трясутся вместе с голосом, волнуется.
- Как знать, что ты не дело до конца вздумал довести?
— Пусть меня черти прям здесь раздерут, если я помышляю замахнуться на законника*. Воровской закон чтить меня ещё в академии* научили, — с жаром отзывается.
_______
* Законник — криминальный авторитет/вор в законе.
*Академия — тюрьма (уголовный жаргон).
_______
— Подумаю, — киваю студенту «твоя очередь».
Он подползает на трясущихся ногах к столу и занимает место своего подельника. Смеряю строгим взглядом и комнату заполняют всхлипы.
— Рассказывай, как докатился до такой жизни.
Он сотрясается в громких рыданиях, того и гляди рассыпется. Не в состоянии связать и двух слов.
— Будь мужиком! Избавь меня от бабских слез, — гневно рычу на щенка. Ему нужна хорошая встряска, чтобы больше не совал свой прыщавый нос во взрослые дела. Не по нраву занятие выбрал.
— П-простите, я б-больше так не буду…
— Разумеется не будешь. Тебе повезло встретить меня в добром расположении духа, дважды такое не повторится.
Он тяжело сглатывает сопли, вспоминая события минувшей ночи.
— Если вы тогда были в хорошем расположении, то не хотел бы я попасть вам под горячую руку, — утирает рукавом нос и смотрит красными от слез глазами.
— Тогда говори.
Он громко шмыгает и приступает к рассказу:
- Я студент радиотехнического университета, — снимает очки, стирает худыми пальцами скопившиеся в уголках слёзы, — в свободное время посещаю кружок робототехники. Недавно к нам присоединился новенький, — кидает в мою сторону взгляд и задумчиво хмыкает, — только сейчас понимаю, как сильно он отличался от всех посетителей кружка. Постепенно вливался в коллектив, расспрашивал о нашей жизни. Это не казалось странным, — жмёт костлявыми плечами, — его интерес был ненавязчивым. В какой-то момент я перестал посещать секцию, поскольку все время уделял маме. Она попала в больницу и серьезно больна. Он позвонил мне узнать как дела и предложил подзаработать. Я не смог отказаться, на лечение нужна круглая сумма, которую мне не заработать.
— Ясно, — кладу ручку и бумагу на стол, — пиши все, что знаешь об этом парне. Номер телефона тоже оставь, хоть я и уверен, что это бессмысленно.
Студент некоторое время собирался с мыслями и принялся строчить.
— Откуда такие познания, взрывотехник? Неужели в институте этому учат?
— Такое у меня хобби, — пальцем поправляет очки на носу и продолжает писать.
— Мда, кто-то рисует и читает книги, а кто-то, в свободное время, взрывные устройства мастерит, — интересный паренёк, может быть мне полезен.
— Как зовут-то вас, калеки?
— Михаил, — бубнит побитый,
— Руслан, — протягивает мне студент листок с каракулями. Глаза сломаю, пока прочту.
— Значит так, Руслан и Михаил. Ещё одно левое движение в этом городе без моего разрешения и вами займётся Заза. Он любит ночь, тишину, лес и физические нагрузки с лопатой. Все ясно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Они синхронно кивнули.
— Великолепно, — рукой поманил за собой обоих и вышел из промозглой комнаты.
В основном зале клуба сменилась обстановка. Персонал безустанно сновал туда-сюда, подгоняемый бывшим барменом. Ольга в форме официантки, с красным носом на пол лица покорно расставляет столы и стулья. И никто не задалбывает меня тупыми вопросами. Все-таки ротация кадров — великая вещь!
— Это Михаил, наш новый секьюрити. Приведи его в порядок, — смотрю на разбитую, опухшую рожу, вздыхаю — насколько это возможно и поставь на фейс-контроль к Мурату, — новый администратор не подвергает мои решения сомнениям, несмотря на потрёпанный видок Михаила, послушно кивает.
— Я не обману вашего доверия, спасибо!
— Завтра принесёшь документы, оформим на полную ставку. И вот ещё что…, - внимательно смотрю в заплывшие глаза, — слов не надо, хочешь что-то доказать, докажи делом, — тот молча кивнул.
Оставил его с администратором и вышел на улицу с Русланом.
— Возможно, в скором времени, мне понадобится твоя помощь. Есть одно дельце…
— Я пас, — поднимает руки вверх, — вынес урок на всю жизнь.
— Головорезов у меня и без тебя хватает, — окидываю насмешливым взглядом щуплое тельце. Кому в голову могло прийти ввязать его в тёмные дела? Псих какой-то, не иначе. — Мне пригодятся твои знания о взрывных устройствах.
— А, это… буду рад помочь, — спохватился, радуясь, что легко отделался.
— Оставь мне данные своей мамы. Я оплачу лечение, — поднимаю ладонь, останавливая возражения до того, как они польются, — это аванс за будущую работу. Родители — это святое, тем более для таких, как мы.
Его глаза засияли благодарностью. Эти двое ещё сослужат мне добрую службу.
Не зря говорят: держи друзей близко, а врагов ещё ближе.
Глава 11
По номеру, оставленному Русланом, никто не ответил. Ожидаемо. Набрал Дато:
— Успешно?
— Можно и так сказать. Погоняло татарин тебе ни о чем не говорит?
— Звучное, но не слыхал про такого.
— Вот и я не слышал. Залётный паренёк значит… Сейчас скину тебе иероглифы, почитай и надо съездить в секцию робототехники в радиотехническом. Должен был наш татарин хоть где-то наследить.
— А ты что? — улыбается. — К девушке спешишь?
— Не твоё собачье дело, — огрызаюсь.
— Ладно-ладно, понимаю, — хрипло смеётся и отключается.
Четкого ответа о том, знают ли они про Адель я не получил. Взрывчатку пытались присоединить к машине, значит ее жизнь тоже была под угрозой. Эти двое дилетанты и профаны, им не доверили и скудной крохи информации. Так что, пока не найду заказчика, она будет со мной.
Эта мысль приятно греет оледенелую душу.
Время близится к вечеру. Сижу в машине и взвешиваю, что приоритетнее: дальше решать, скопившиеся вопросы, или поехать домой? По-хорошему, надо бы заехать в казино, проверить отчеты, наведаться к Таймазову и перетереть по поводу забракованного дела об убийстве отца Адель, подумать, как выщемить барыгу.
Но не сегодня.
Дабы не чувствовать себя совсем ущербным руководителем заехал в казино за отчетами — изучу их ночью.
Улыбнулся и стукнул по рулю. Надо же было докатиться до такого, даже и не помышляю о том, что ночью мне может быть не до отчетов…
По пути домой заехал в гипермаркет и купил три ведра мягкого мороженого: шоколадное, фисташковое и ягодное. Не по погоде, но почему-то захотелось. Стоял в пробке на выезде из города, психуя из-за того, что оно может растаять.
Наконец, вырвавшись из каменных джунглей, пришпорил железного коня, быстро преодолевая расстояние, разделяющее меня с княжной. По обе стороны дороги тянулись старенькие, покосившиеся от времени, домики с деревянными резными, зелёными и голубыми ставнями, растрескавшимися фундаментами и пестрящими, осенними цветами, палисадниками.
