и платьев с оборками. Мой напарник периодически совал мне то какого-то мохнатого монстра с зубами, то медведя величиной с себя, пришлось стукнуть его по голове упаковкой подгузников. Продавщицы наблюдали за мной с нескрываемым удовольствием (еще бы, такой клиент) и пару раз назвали Макса папой.
– У нас еще нет детей, мы пока в процессе, – глумился он в ответ, а я только закатывала глаза. – Но надо все закупить заранее. Знаете, как сейчас цены растут? Кстати, у вас есть школьная форма? А дипломы вузов не продаются? Я бы сразу взял парочку, дитятке пригодится. И вот эти все наряды для маленьких принцесс, скроенные по модным фасонам, как для взрослых теть.
– Чего кривишься? – обратился Макс уже ко мне, поглядывая на растущую гору вещей у кассы. – Тебе бы пошло материнство. Так и вижу тебя с коляской, внутри которой удобно расположилась орущая двойня.
– Отвянь, – ласково попросила я.
– Нет, серьезно. Вот в каком направлении тебе стоит работать. Глядишь, и на душевные терзания времени бы не осталось. Роди себе ребенка, заведи вечно голодного мужа. И все проблемы бытия покажутся мелочными по сравнению с вопросом: «А когда я смогу поспать?»
– Только после вас, – съязвила я, оплачивая покупки.
– Нет, я не создан для семьи. Да и ты тоже, такая одинокая волчица. Но ты пересиль себя, может быть, сумеешь разорвать этот порочный круг. Иначе так и будешь язвить и отшивать парней, которых с каждым годом будет все меньше. Это сейчас ты куколка, но возраст не обманешь…
– Заткнись, а? И сделай музыку погромче, – посоветовала я, когда мы сели в машину и Макс таки разобрался, куда ехать. Я предпочла провести это время на заднем сидении, отвернувшись к окну. Слушать его речи оказалось неприятно, хотя, возможно, в них и была доля истины. То же самое, только другими словами, мне недавно говорил брат.
– Нафиг музыку, это мешает слушать свои мысли, – парировал мой напарник и принялся насвистывать.
– Было бы чему мешать. Что мертво, умереть не может, – мрачно процитировала я Дена. К счастью, мы уже почти подъехали к коттеджному поселку, где располагался новый дом дяди Вовы, так что до мордобоя не дошло.
Я попросила высадить меня на соседней улице, решив немного прогуляться. Если честно, не очень хотелось светить перед родней новыми знакомыми. Того и гляди, посадят под домашний арест. Ден начнет расспрашивать, Стас надуется. И выйдет, что это не я буду их «допрашивать», а они меня.
К своему удивлению, чуть впереди я заметила фигуру брата. Он тоже неспешно следовал в нужную сторону, дымя сигаретой. Нагнав его, я пристроилась рядом, а он приобнял меня за плечи. Так мы и шли: он курил, я насвистывала. Дурной пример Макса оказался заразителен. Оказавшись возле высоченных ворот, за которыми располагалось двухэтажное шале четы Никифоровых, мы притормозили. Ден опять закурил. Вероятно, надеялся запастись никотином впрок, потому как при родителях старался не светить вредной привычкой. Про себя я вообще молчу: мне бы и в голову не пришло взять в руки сигарету на семейных посиделках. Мы немного помолчали, и я, нервно кусая губы, достала из сумки пакет с пиджаком.
– Узнаешь?
– Это же мой пиджак… – пробормотал брат, осматривая его, словно видел впервые. – Откуда он у тебя? Я думал, что оставил его в клубе или в такси.
– Скажи, как это оказалось дома у Жанны? – ответила я вопросом на вопрос.
– Не помню, вроде я нес его в руках? Было жарко, я снимал его, а потом… Честно, не помню. Мы выпили… На следующий день я искал пиджак, там была нужная визитка, но потом махнул на него рукой. Не ехать же из-за этого в клуб.
– У тебя были близкие отношения с Жанной?
– Зачем тебе это? – поморщился Ден. Он всегда морщился, когда тема разговора ему не нравилась.
– Ответь.
– Да ты и так все знаешь, пару лет назад мы встречались, но я давно поставил точку. Ты не обижайся, вы же дружили… Но Жанна была не совсем той девушкой, с которой я бы хотел связать жизнь. А учитывая, что я вообще ни с кем не хочу связать жизнь…
– Тебя видели у нее дома в этом месяце.
– Откуда ты знаешь? – насторожился Ден.– Соседи донесли?
Я понюхала воздух: ложью не пахло, а досадой прямо-таки разило на всю улицу. Ден всегда легко «открывался» для моего анализа. Наверное, потому что был родным.
– Зачем ты приходил к ней? – продолжала я.
– В этом месяце я был у нее всего два раза. Ты же у нас все знаешь. Как-то она позвонила и попросила приехать. Ей вдруг понадобилась работа, и она требовала устроить ее переводчиком или в отдел маркетинга.
– И?
– Я отказал, потому что… Не знаю, у меня было какое-то предчувствие. Хотя, может, я просто не хотел видеть ее каждый день. Было в ней что-то такое…
– Что?
– Ей нравилось дразнить гусей, вот что, – недовольно буркнул брат, поглядывая на часы. – Когда я был у нее, то увидел на столе зажигалку Стаса. Ту, с гравировкой, что ему дарила ты. И мне показалось, что она специально ее туда положила.
– Ого. Зачем, как думаешь?
– Любила щекотать нервы себе и другим, – пожал он плечами. – Может, ей хотелось, чтобы я задал ей вопросы, поссорился со Стасом. Не знаю. Но я сделал вид, что ничего не заметил, и вежливо ей отказал. Хотя она неплохой переводчик…
– И неплохая любовница. Думаю, в тот день ты с ней переспал. А потом?
Ден промолчал и еще больше нахмурился, что означало одно: я попала в точку. Теперь понятно, какие фото были у Старовойтова.
– Потом мы завязались с американцами, нужно было переводить документы, письма. А наш переводчик попал в больницу с язвой, ты же в курсе насчет Валика?
– Конечно.
– Я вспомнил о Жанне и решил, что она может подработать внештатно, раз уж ей так нужна работа. Отвез документы, она выполнила переводы, я оплатил наличными. Все. И да, если тебе интересно, мы еще раз переспали. Не спрашивай, зачем. Это какое-то наваждение. Я не собирался возобновлять с ней отношения. Просто ни к чему не обязывающий секс. Мы свободные люди, что здесь такого?
– Ничего. Странно, что она не спрашивала про работу у меня.
– Решила, через меня надежнее. Хотела надавить на наши прошлые отношения.
– Ты знал, что у нее был мужчина? Анатолий Подгорный, у него автосервис в центре.
– Понятия не имею. Я не интересовался ее личной жизнью. Но судя по тому, что ей нужны были деньги, отношения у них
