В конце мая столяра Дворецкого, наладившего дело по подземным работам, и одного портного, тоже члена туннельного комитета, неожиданно вызвали в гебитскомиссариат для какой-то срочной работы. Оттуда они не вернулись. Как потом выяснилось, их отправили в лагерь смерти Колдычево, где они и погибли.
Одновременно с прокладкой туннеля внимательно следили за поведением полицейских, охранявших гетто. С этой целью назначили специальных дежурных, которые наблюдали за ними, но все было тихо. Постовые аккуратно ходили вокруг всей стены.
Вдруг 12 июня рано утром председатель юденрата разбудил всех и приказал никуда не выходить из помещений. Все перепугались. Решили, что немцы узнали о туннеле и многим грозит смерть.
Вскоре пришел начальник полиции и объявил, что ночью вся охрана ушла в партизаны и с вечера гетто никто не сторожил. После ухода начальника полиции дежуривших в эту ночь чуть не избили. Ночь была темная, шел проливной дождь и дежурные посчитали, что в такую погоду никто не отправится в дальний путь. Преспокойно улеглись спать и прозевали возможность без всякого риска всем выйти на свободу. Теперь единственной надеждой на спасение стал туннель.
Минул еще один месяц. Работа в туннеле шла полным ходом, и длина его достигла уже 110 метров. Можно было думать о выходе.
1 июля собрались все и тянули порядковые номера для прохода через туннель, чтобы не было суматохи. В первую очередь решили пропустить рабочих, которые пророют выход на поверхность. За ними - вооруженную охрану, которая станет у выхода, пока из туннеля не выйдут все. Дальше пойдут остальные по порядку номеров. У каждого должна быть булка хлеба и сумочка с самыми необходимыми вещами. У входа в туннель тоже станут вооруженные люди, готовые к любым неожиданностям.
Без номеров оказалось 10 человек вооруженной охраны, 10 рабочих, прокапывающих выход, и 6 человек комитета, следящих за общим порядком.
Когда все вопросы обсудили и билеты - 234 номера - роздали, выход назначили на следующую ночь.
На следующий день время тянулось как никогда медленно. Все нервничали, хотя внешне все выглядело спокойно. Подошла ночь. Было светло как днем и так тихо, что отчетливо слышались шаги часовых, прохаживавшихся у деревянной стены. Пришлось отложить выход еще на день. А назавтра узнали, что началась блокада Налибокской пущи и все дороги перекрыты. Решили переждать блокаду.
Работа в туннеле продолжалась с целью удлинить его насколько возможно и этим облегчить выход. Вдруг пошли дожди, где-то образовалась течь, и в туннеле появилась вода. Работы прекратились. Настроение у всех упало.
Переизбрали туннельный комитет. Из старых членов в него вошли Борис и Пинчук, остальные были новые, очень энергичные люди. Работы возобновились.
В начале августа узнали, что из Вильнюса, где не было полтора года погромов, вывезено несколько тысяч евреев, а 17 числа угнаны все евреи из Лиды. Становилось ясно, что начинается ликвидация всех гетто.
23 сентября прошел слух об убийстве в Минске гауляйтера Кубе. Это послужило последним толчком к выходу. Туннель к этому времени достиг длины 170 метров.
Выход назначили в ночь на 26 сентября. Поздним вечером собрались все во втором флигеле, где был вход в туннель. Все получили порядковые номера, а боевая группа - оружие. По приблизительным расчетам, для выхода всех из туннеля понадобится не менее 48 минут, а потому приказали соблюдать абсолютную тишину, чтобы шумом не привлечь внимания охраны. Погода на этот раз благоприятствовала: было очень темно, шел проливной дождь.
Первыми в туннель отправились 10 рабочих. Им предстояло прокопать в потолке наклонный выход и поставить приготовленную лестницу. За ними пошли 5 вооруженных винтовками человек из охраны и 2 из комитета. У входа тоже стояли 5 человек с винтовками и остальные члены комитета.
По сигналу из туннеля начался выход. Перед спуском всех выстроили по номерам, по очереди пропускали в туннель. Те быстро продвигались к выходу. Чтобы в туннеле не возникло пробки, впускали по одному с промежутками.
Выбравшиеся из туннеля в полной темноте теряли друг друга, а когда вышли все, неожиданно со стороны гетто раздались выстрелы. Вырвавшиеся на волю бросились бежать.
Несколько дней жандармы на мотоциклах и танкетках преследовали бежавших. 140 человек пришли в отряд имени Калинина, многие разошлись по другим отрядам, а некоторые, прятавшиеся по хуторам и деревням, погибли.
В "ДУШЕГУБКЕ"
Однажды мне сказали, что в землянке № 20 живет молодая девушка, которая спаслась из "душегубки". Зовут ее Соня. Я отправился к ней, зная, что разговор будет тяжелый.
Соня Гринберг не смогла бежать из Барановичей. Город был занят так быстро, что никто не успел опомниться. Объявили об организации гетто. Начались грабежи, насилия, избиения, убийства. Потом погромы. В Барановичах, как и везде, с такой же точностью и аккуратностью, по заранее намеченному плану, с такой же бесчеловечностью.
Молодые люди, воспитанные в ненависти ко всему неарийскому, послушные исполнители любых приказов, без малейших признаков жалости и сочувствия творили эти страшные дела. В отведенном для расстрелов месте они заставляли людей раздеться, а костюмы и платья привозили в специально оборудованные склады.
Соню вместе с несколькими девушками отправили работать на эти склады. Им приказали чистить и сортировать одежду. Страшно было разбирать вещи только что убитых людей, многие из которых были близко знакомы самим девушкам.
Однажды на станцию Барановичи пришел поезд, в котором находились чехословацкие евреи - мужчины, женщины, дети. Когда прибывшие выгрузились пз вагонов, им объявили, что вещи останутся на вокзале под охраной, а люди отправятся на обед. Первая партия ушла, но никто назад не вернулся. В особом помещении, куда их отправили, всех заставили раздеться догола, загнали в "душегубки" и увезли за город, где трупы вытащили баграми и сбросили в заранее выкопанные ямы.
"Душегубки" работали с методической точностью. И вот для Сони начались еще более мучительные и страшные дни - ее назначили уборщицей этих машин.
"Душегубками" называли грузовые машины с большой будкой без окон, обитые изнутри жестью. Швы запаяны, дверь обита резиной и герметически закрывается. Внутри этой машины смерти проделаны отверстия, через которые из выхлопных труб подается отработанный газ.
В "душегубку" сажали до 40 человек. Машина трогалась, шофер поворачивал рычаг, и газ, поступая внутрь, постепенно убивал находящихся там людей. Они в страшных муках умирали.
Когда Соню привели к "душегубке" в первый раз, она не могла войти туда от ужаса и отвращения. Внутри все было испачкано кровью, рвотой. Но фашисты избили ее и швырнули внутрь. Она чуть не лишилась чувств от удушающего смрада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
