Целый месяц Государственная Дума отказывалась утверждать Кириенко в новой должности. По конституции нижняя палата имела право трижды отвергать предложенные президентом кандидатуры, но затем глава государства мог распустить ее. Поэтому в третий раз депутаты решили не рисковать и скрепя сердце высказались в поддержку нового председателя правительства. За два с лишним года, прошедших после парламентских выборов, они еще не успели полностью воспользоваться своими обширными привилегиями. Особенно боялись потерять думские мандаты почти никому не известные избранники из глухих провинций.
«Семье» опять крупно повезло. Она научила будущих хозяев Кремля навязывать свою волю законно избранному парламенту, формально не нарушая конституции. После увольнения чересчур возомнившего о себе Черномырдина все важнейшие политические решения стали прерогативой президентского аппарата. Пост председателя правительства – главы номинально высшего органа исполнительной власти– за Кириенко сохранялся лишь при условии неукоснительного выполнения им требований Кремля.
Для Кириенко был уготован такой же сценарий, как и годом раньше для его нижегородского земляка, «надорвавшегося» в схватке с олигархами. Уже почти никто не сомневался в том, что Ельцин вскоре сделает из умного и образованного председателя правительства козла отпущения и после очередного экономического кризиса с легкостью расстанется с ним.
* * *
Через месяц после реорганизации кабинета министров Путин был назначен первым заместителем руководителя президентской администрации, ответственным за положение в регионах и контакты с губернаторами. Одновременно ему было поручено выступить в роли третейского судьи и помочь разрешить конфликт между правительством и бастующими рабочими горнодобывающей промышленности. Их акции протеста с каждым днем принимали все более угрожающие масштабы. В Кемеровской области, расположенной в так называемом «Красном поясе», шахтеры вышли на улицы с требованиями немедленно прекратить реструктуризацию отрасли, погасить долги по зарплате и отказаться от закрытия «бесперспективных» шахт.
Несколько лет все московские правительства, вне зависимости от преобладания в них консерваторов или реформаторов, занимались латанием дыр, переводя выделенные Всемирным банком средства в контролируемый оппозицией Кузбасский угольный бассейн. В результате источником субсидий убыточным шахтам– три миллиарда долларов ежегодно – неизменно становился скудный федеральный бюджет.
Забастовки горняков сделались уже вполне привычным явлением, но в этот раз шахтеры устроили настоящую «рельсовую войну». Почти месяц они блокировали движение по Транссибирской железнодорожной магистрали, парализовав одну из важнейших транспортных артерий страны и поставив под угрозу срыва снабжение электростанций Дальнего Востока углем, а его жителей – продовольствием. Доведенные до отчаяния горняки утверждали, что деньги, предназначенные для выплаты жалованья рабочим горнодобывающих предприятий, не доходят до них.
Кириенко был вынужден оставить все дела и спешно вылететь этот регион, превратившийся в настоящую пороховую бочку. После возвращения из Кузбасса он принял делегацию шахтеров и не без помощи Путина сумел несколько разрядить ситуацию и предотвратить социальный взрыв. В итоге горняки согласились убрать пикеты с подступов к Белому дому и железнодорожных путей.
В июле 1998 года за проявление симпатий к Лужкову был уволен Сергей Шахрай. Он не только долгое время исполнял обязанности советника Ельцина по юридическим вопросам, но и возглавлял постоянную Комиссию по разграничению полномочий и предметов ведения между Центром и регионами. Его место занял Путин, в неполные сорок шесть лет ставший внезапно чиновником очень высокого ранга. Кремль фактически поручил ему отслеживать социально-политическую ситуацию в каждом из 89 субъектов Российской Федерации. Но без поддержки сорокалетнего Валентина Юмашева, своего непосредственного руководителя и доверенного лица Березовского, Путину вряд ли бы удалось так близко подобраться к вершине властной пирамиды. Ведь он теперь получил свободный доступ к президенту, объявившему сохранение единства России одной из главных задач. Путин быстро выработал в себе привычку регулярно наведываться с инспекциями на подведомственные территории, установил личные контакты со многими влиятельными не только у себя на родине региональными лидерами и в случае необходимости умело «вправлял им мозги».
За время пребывания в новой должности Путин получил четкое представление об истинном состоянии государственной власти на региональном уровне. Понимая, что без соответствующих административных рычагов невозможно заставить глав исполнительной власти на местах выполнять указания Кремля, он убедил Ельцина предоставить ему широкие полномочия и принялся «набирать кадры» из бывших сослуживцев по КГБ и Санкт-Петербургской мэрии.
В мае 1998 года Путин добился назначения начальником Контрольного управления своего сверстника и нынешнего директора ФСБ Николая Патрушева. С 1975 года они вместе служили в облицованном гранитом здании на Литейном проспекте. Потом Патрушев переехал в столицу и в 1994 году возглавил сверхсекретное Управление собственной безопасности ФСБ, то есть занялся выявлением агентов иностранных разведок и предателей в рядах его сотрудников. Позднее он получил повышение и стал начальником управления кадров этой силовой структуры.
* * *
Между тем на Россию неудержимо надвигался финансовый кризис, поставивший под угрозу само существование государства. Никогда со времен распада Советского Союза оно не оказывалось в таком затруднительном положении. Российская экономика всецело зависела от экспорта энергоносителей, и низкие цены на нефть на мировом рынке дестабилизировали обстановку в стране. Очевидно, отвечавший в правительстве Кириенко за экономический блок вице-премьер и подчиненные ему министры не слишком разбирались в финансовой политике и толком не представляли себе, как в условиях хронической невыплаты зарплат и пенсий сочетать обеспечение стабильности финансовой системы и латание все более увеличивающихся бюджетных дыр.
Внутренний долг России составлял уже 70 миллиардов долларов. Всего же ей предстояло вернуть иностранным кредиторам и собственным гражданам 200 миллиардов долларов. На обслуживание государственных долговых обязательств предполагалось выделить не менее трети федерального бюджета. К тому же общая сумма долгов российских предприятий превысила объем всей денежной массы. Для увеличения притока капитала в Россию правительство Черномырдина, как уже отмечалось выше, приступило к распространению выпускаемых под совершенно немыслимые проценты пресловутых краткосрочных Государственных казначейских обязательств.
После обострения кризиса Центральный банк для предотвращения оттока за границу значительных денежных средств временно повысил доходность этих ценных бумаг до 150 % в валюте. Вскоре государство было уже не в состоянии погашать долги по ГКО, превратившихся из источника бюджетного финансирования в его объект и чуть ли не вдвое превысивших реальные доходы от сбора налогов. Золотовалютные запасы Центробанка за шесть месяцев уменьшились с 23 до 15 миллиардов долларов. Уход инвесторов с начавшего рушиться российского фондового рынка больше подходил на бегство. С началом обвального финансового кризиса биржевые котировки таких крупнейших российских компаний, как «Газпром», «ЛУКОЙЛ» и РАО ЕЭС России снизились почти в два раза. Российскому руководству пришлось с горечью признать, что две трети зарубежных инвесторов из ринувшихся в 1997 году в страну были обыкновенными биржевыми спекулянтами, руководствовавшимися исключительно корыстными соображениями и даже не помышлявшими о подъеме производства и экономическом росте.
Наряду с резким сокращением расходов в бюджетной сфере правительство было вынуждено принять также другие непопулярные меры и расторгнуть неформальное «соглашение» с довольно значительной частью российских граждан. Раньше в верхах не только мирились с существованием теневой экономики, но из-за невозможности полностью выполнить социальные обязательства порой даже откровенно радовались столь высокой деловой активности россиян. Правительство могло месяцами задерживать выплаты зарплат, пособий и пенсий, но взамен позволяло людям не платить налоги. Угроза финансового краха заставила исполнительную власть приказать фискальным органам взять на учет все дополнительные источники доходов населения, включавшие в себя различные виды трудовой деятельности в свободное от основной работы время, сдачу жилья в аренду и проценты, получаемые с вложенных в ценные бумаги капиталов и так далее.
