Читаем без скачивания Вымпел мертвых. Балтийские кондотьеры - Константин Буланов

Война с Японией уже началась и китайцы успели понести первые потери на море, так что организаторы столь рискового мероприятия надеялись на положительный результат будущих переговоров, по поводу их добровольного участия в войне.

При поддержке и посредничестве русского консула, обосновавшегося во французской концессии, удалось подобрать достойного переводчика из местных, который помимо русского и английского спокойно говорил на японском и при необходимости умел изъясняться на корейском и французском, а также прикупить небольшие апартаменты и зарегистрировать их адрес как филиал небольшой судоходной компании владельцем которой являлся Иениш и чей головной офис находился в Санкт-Петербурге. Задачей филиала являлось снабжение всеми необходимыми припасами будущего рейдера и "приобретение" у китайской стороны части японских судов, что могли быть захвачены во время ведения боевых действий.

Вся бумажная волокита благодаря постоянным взяткам, без которых в Цинской империи, казалось, не делалось ровным счетом ничего, заняли неделю, что являлось рекордом скорости в работе китайских чиновников. Даже консул, не ведавший о встрече и договоренностях о разделе будущего пирога между командой "добровольцев" и представителей аньхойской политической группы, был искренне поражен получению столь быстрых результатов. На его памяти еще ничто и никогда китайскими чиновниками не делалось столь оперативно, так что уже через неделю он смотрел на уставшего и осунувшегося, но довольного господина Иванова с немалой долей уважения.

Впрочем, с не меньшей долей уважения на него посматривали многие цинские чиновники средней руки обосновавшиеся в Шанхае и члены триады, что мгновенно получили по голове, стоило им сунуться к новому русскому предпринимателю, решившему обосноваться в подконтрольном им городе. Причем, к своему немалому удивлению, получили они от стражи, что уже давно была куплена ими же со всеми потрохами. А уж когда Иван преднамеренно засветился в качестве командира полусотни здоровых матросов, вооруженных револьверами и дробовиками, местные бандиты стали поглядывать на него с определенной долей опасений. Все же требовалось иметь немалые связи, чтобы получить разрешение разгуливать по китайской территории с оружием наперевес.

Уладив основные дела и оставив на хозяйстве двух дальних родственников своего переводчика, основная задача которых заключалась в охране арендованного склада и закупленного угля, Иван вместе со всей командой "Полярного лиса" вначале добрался до Вэйхайвэя, а уже оттуда в Люйшунькоу, где базировались основные силы Бэйянского флота.

Глава 4.

 Дикие гуси

.

Люйшунькоу или Порт Артур, как его называли в Европе, оказался забит под завязку боевыми кораблями и транспортными судами. Миноносцы, канонерки, крейсера и оба китайских броненосца занимали весь Восточный бассейн. Как раз к приходу "Полярного лиса" на броненосцах велись работы по съему бронеколпаков с барбетов и обкладыванию всего что только можно мешками набитыми песком.

Пришедший под русским торговым флагом минный крейсер поначалу был встречен довольно прохладно. Командующий собранной на базе эскадрой Дин Жучан являлся не только лучшим цинским адмиралом радеющим о своем деле и флоте, но и истинным патриотом. Потому он не отличался большой любовью ко всем кто пытался влезть во внутренние дела империи, но при этом, являясь весьма прагматичным человеком, всегда был готов прислушатся к грамотному совету одного из немногих иностранных советников, что присутствовали на кораблях флота.

Неожиданно свалившийся на голову русский "доброволец", поначалу был принят именно как агент влияния великого северного соседа, но после ряда бесед проведенных как наедине с Иенишем, так и в компании с прочими советниками, адмирал Дин убедился в немалом опыте русских офицеров и даже принял во внимание ряд высказанных ими идей.

Сам же "Полярный лис" вскоре был включен в состав Бэйянского флота и поднял Цинский военно-морской флаг. Весь флот готовился к проводке транспортов с пехотными частями и скорой встречи с японцами, так что лишним еще один вымпел не был. Даже столь небольшой.

Прислушавшись к мнению как Иениша, так и прочих иностранных советников, имевшихся в его флоте, адмирал согласился разделить два имевшихся крупных миноносца между двумя оказавшимися под его командованием минными крейсерами. Что характерно, оба минных крейсера оказались заимствованными кораблями, если к ним вообще возможно было применить подобное определение.

Одолженный Гуанчжоуской эскадрой тысячетонный "Гуанбин" превосходил как по вооружению, так и по бронированию русский минный крейсер, и потому получил в качестве ведомого самый крупный во флоте миноносец 1-го класса "Фулонг". Этот 128-тонный немец являлся не только самым большим но и самым быстрым миноносцем на всех китайских флотах, потому выбор адмирала видился вполне разумным. Ни один флотоводец будучи в здравом уме и твердой памяти не отдал бы лучший в своем классе корабль на откуп непонятно кому. Тем более, человеку навязанному адмиралу дворцовыми шаркунами. И пусть послужной список Иениша вызывал исключительно уважение к этому отставному русскому капитану 1-го ранга, из всех иностранных советников он являлся неизвестным и не проверенным в деле новичком. Да и задели адмирала донесенные до его ведома негативные отзывы этих русских инструкторов как в отношении его моряков, так и кораблей. Пусть большая часть этих высказываний имела полное право на существование, тыкать его людей носом в обнаруженные недостатки не было позволено никому.

Русские же получили в ведомые на треть меньший по водоизмещению "Цзо-И" английской постройки, который, тем не менее, не только не уступал своему более крупному собрату в минном вооружении, но как бы странно это ни было, превосходил того по количеству артиллерийских орудий, да к тому же являлся флагманом эскадры миноносцев Бэйянского флота.

Вообще, оба китайских миноносца оказались весьма современными и мощными представителями своего класса, превосходя по характеристикам многие русские миноносцы, не говоря уже о многочисленных миноносках. Вот только, считанные годы проведенные на китайской службе, где их, зачастую, использовали в качестве посыльных судов, заметно подорвали здоровье нежных силовых установок, отчего контрактные 24 узла для них уже давно были недостижимы. Вообще, стоило механику с "Полярного лиса" узреть кошмар творившийся в машинном отделении миноносца, тот лишь схватился за голову и перво-наперво предложил добить бедную животинку, чтоб не мучалась. Создавалось такое впечатлением, что машину никогда не перебирали, а котлы не считали потребным очищать от накипи. Заглянув же в опреснитель, он лишь позеленел и поспешно захлопнул крышку. В результате, будучи рожденными стремительными хищниками, они превратились в разленившихся домашних котов не способных поддерживать скорость свыше 16 узлов и то на ровной воде, что превращало их в легкую добычу для любого из новых японских крейсеров и авизо.

Получивший в подопечные подобное счастье Иениш схватился за голову вслед за своим старшим механником. Он то планировал организовать легкий и быстроходный отряд, пригодный для разведки, охоты на транспорты или добивания серьезно поврежденного военного корабля, но проза жизни, вместо подмоги, повесила на его ноги солидную гирю, отказаться от которой теперь уже не представлялось возможным, дабы не потерять лицо. И хуже всего было то, что капитана Чена, командира "Гуанбина", подобная скорость навешенного ему подопечного вполне устраивала, ведь даже в лучшие времена его минный крейсер не мог дать более 17 узлов. К тому же, предложение о проведении силами его экипажа ремонта машин "Цзо-И", благо оснащение военно-морской базы подобное позволяло, поданное Иенишем на имя адмирала Дина, было отвергнуто. Не сегодня завтра планировался выход всего флота и лишиться одного из крупных миноносцев он не желал. Максимум чего удалось добиться – насколько это было возможно вычистить машину от отработанного масла, облепившего механизмы немалым слоем, да организовать совместными усилиями обоих экипажей чистку котла, сходного по конструкции со стоящими на русском корабле и оттого хорошо знакомым его экипажу. Также в глубокой тайне с помощью лома, кувалды и такой-то матери удалось заменить три десятка прохудившихся трубок, взяв новые из запасов "Полярного лиса", что через пять дней после начала работ позволило китайскому миноносцу не отставать от минного крейсера, идущего со скоростью 18,5 узлов. Можно было бы дать и немного больше, но Иениш не захотел подвергать серьезной нагрузке машины корабля перед ожидающимся выходом. Правда, пришлось поделиться с новым напарником ньюкаслом, который удалось взять в перегруз в Шанхае. Он, конечно, немногим уступал кардифу, но по сравнению с тем кошмаром котлов, что сжигали в топках китайских кораблей, казался амброзией на фоне откровенных помоев. Китайские снабженцы, оставаясь верными своим принципам, снабжали флот и армию чем придется, оплачивая и получая по бумагам только лучшее. Оттого и ползали должные быть быстроходными крейсера на 10 – 11 узлах.