Мы еще долго общались с владыкой тундры. Несмотря на то, что слухи о его кровожадной жестокости окружали фигуру этого вождя аурой ужаса и страха, со мной он вел себя на равных, естественно и просто. Я увидел в Балутраке глубокий ум и рассудительность. Без этого никакая физическая сила не способна подчинить себе кланы и орды номадов, организовать их в один кулак.
Обсудили торговые отношения. Договорились что будем покупать у них все то, что они могут предложить по хорошим ценам. А номады могли предоставить неисчислимые объемы мяса, рыбы, птицы, кож, хороших скакунов, дары тундры и прочего. У меня сразу же возникла мысль о постройке консервных заводов на границе с номадами. Переработанные и законсервированные в бочки, съестные припасы могут стать хорошим подспорьем в голодные годы или же за них можно выручить неплохие деньжата за границей.
Я остался доволен встречей. Как и предполагал, Балутрак не забывает добрых дел, а иметь такого союзника придает уверенность в своих силах.
До главного события в моей жизни — свадьбы с Ирис оставалось совсем немного и я хотел подойти к этому событию с чистой головой и спокойной душой. Поэтому с утроенной энергией занимался делами. Организовывать пышную свадьбу я не хотел, поскольку это событие может дойти и до Императора и вызвать сомнение в поведении Келлоса.
Возобновились дальние морские торговые экспедиции, приносившие солидную часть пополнений в бюджет. Реквизированные на время войны суда были починены за счет бюджета и теперь могли перевозить многочисленные грузы.
Южные государства очень радовались нашей продукции. Так как промышленной революцией в этом мире еще не пахло, металлоизделия здесь были на вес золота. Различные сельскохозяйственные, шанцевые и обрабатывающие инструменты, машины и оборудование, оружие, как холодное, так и огнестрельное, трубы, прокат, листовое железо и прочее и прочее.
Особо ценилась оружейная сталь клинков баронства. Пришлось применить в её изготовлении современные способы улучшения стали. Первоначально клинки закалялись. После этого сталь подвергали высокому отпуску. И только потом проводили процесс поверхностного легирования и нитроцементации. На выходе получалась сталь высочайшего качества — прочная, износостойкая, твердая и пластичная одновременно. Для соблюдения секрета обработки стали все операции производились разными людьми на разных государственных мастерских. Оружие из "Пардалисской стали" как её именовали иностранцы вызывало бешенный интерес у иностранцев. Любой аристократ желал заполучить его. И платили за неё только золотом.
Именно для того, чтобы использовать свои технологические преимущества, мы старались максимально больше произвести и продать. Старались не вести дела с Драманской Империей, поскольку зависть может спровоцировать желание отобрать силой столь прибыльные производства.
Лига Свободных Торговцев, мощнейшая и влиятельнейшая организация транснациональных купеческих гильдий все так же считала нас конкурентами и вставляла палки в колеса. Но только лишь эксклюзивность наших товаров помогала избежать административного пресса официальных властей.
Кроме всего металлического особо славилась солёная селёдка, бочками привозимая во все порты южных государств. Ею не брезговали полакомится даже в царских дворцах и замках аристократии. А еще ценили предметы роскоши, кольца, перстни, цепочки, браслеты и прочие ювелирные изделия, изготавливаемые нашими умельцами. Одежда, в основном высокой ценовой категории тоже была нарасхват. В общем, нам было что предложить всему миру. А далее, ушлые барыги перепродавали все купленное у нас с бешенной наценкой. Так, что на восточных окраинах континента Пардалис считали полумифической страной изобилия и высоких цен.
Поощрение производства и привлечение инвестиций помогло оживить промышленность. Теперь по закону каждый владелец фабрики, мануфактуры или мастерской обязан был вкладывать не менее 50 % чистой прибыли в модернизацию или расширение производства. Наличие множества ручьев, стекающих с горной системы Градии позволяло иметь неисчерпаемый источник энергии. Водяные мельницы создавали крутящий момент, который системой зубчатых колес преобразовывался в силовой движитель оборудования и машин. Эти же ручьи служили транспортными магистралями для сырья и готовой продукции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Орден Верных проявился на второй неделе после Триумфа. Разгромленная в Седалисе ячейка могущественной оккультной организации, влияющей и манипулирующей практически всеми владыками континента, стала больным ударом по её престижу. Через аристократов Седалиса было передано послание о желании встретиться с мастером Ордена, проскриптором Севера, Юнсаком Каттисо.
Вкрадчивый голос, мягкие манеры добродушного на вид старичка маленького роста вызывали симпатию. Я был загримирован под гвардейца, когда Келлос принимал этого хитроумного интригана, имевшего поистине византийское коварство. Встреча происходила во дворце Шаронди в Седалисе. Весь этот маскарад был сделан исключительно для Императора, который очень сильно прислушивается к мнению членов Ордена.
Келлос согласился сотрудничать. Просчитав все за и против, он все же выбрал вариант не рисковать сыном и своей жизнью.
— Магнус Доминус Андрэ Фалко, наш великий руководитель шлет привет тебе, о, князь, — Юнсак склонился в благоговейном поклоне. Его слегка светящаяся накидка — основное отличие важных персон Ордена — казалась раза в два больше по размеру, чем сам человек.
— И вашему братству привет от меня и моего народа! — Келлос старался казаться невозмутимым.
— Все ли у вас в порядке. Подавили ли вы восстание выскочки с севера? — неуловимая тень недоверия пробежала в глазах проскриптора. Если у него есть прокаченные магические способности, что встречаются среди руководителей Ордена, то он легко может определить правду. Но со мной находился кристалл улуна, который, помимо всего прочего, мог гасить магическую энергию Верных.
— Все нормально, мастер, — Келлос улыбнулся и кивнул на витраж, показывающий вид за окном. — Вороны уже успели обезобразить тело этого наглеца.
Несчастный мертвец, умерший от пьянки сегодня в трактире неподалеку стал хорошим реквизитом для этого представления. Обезображенного, его было невозможно опознать даже собственной матерью.
— Тогда ничего не мешает снова установить в Седалисе Око Сокола! — скорее утвердительно, чем интересуясь сказал Юнсак. Келлос и раньше не одобрял все эти игры с оккультизмом и магией. Но только лишь внешнее давление заставляло его церемонится с Орденом. Око Сокола представляло собой слегка переливающийся камень непонятной породы. Он был своего рода локатором и радаром, проецирующим энергию Ордена Верных на территорию для контроля и осуществления своих магических ритуалов и тайных практик. Такое око стояло во многих дворцах и замках почти всех стран континента
— Мы с радостью примем милость Ордена, — почтительно ответил Келлос, внутренне скривившись от раздражения.
Глава 15. Из князи в грязи
Свадьба с Ирис была организованна тайно. Самые близкие мне люди, члены правительства и родственники приехали на исконные земли карогов, на которых они кочевали тысячелетиями. Они находились к востоку от проклятых земель Ульвии и Зола, недалеко от условных границ с кочевьями номадов. Сам Балутрак не смог посетить торжество но прислал своего брата Галдантура.
По старинному обычаю карогов церемония бракосочетания началась с омовения мною ног родителей, в моем случае отца невесты — Заруна. Затем он, в знак принятия меня в семью, порезал мне и себе ладони и нацедил в золотую чашку. Нарочито торжественно перемешивая содержимое, Зарун объявил, что теперь берет меня в свою семью. Кровь после этого окропила древнюю землю карогов.
Далее, опять таки по традициям племени, Зарун передал мне семейную реликвию — золотой медальон, на котором изображен барс в знак того, что теперь Ирис принадлежит мне. Чарку с зирики отпили каждый из семьи по глотку. Затем состоялось праздничное застолье, где друзья и товарищи говорили заздравные тосты, дарили подарки, шутили и танцевали. На самом закате гости продолжили праздновать, а я, усадив Ирис на своего коня, должен был провести первую брачную ночь в пустынной тундре, опять-таки по древним традициям племени.
